Оба они знали, что на это требуется время.
– Я хочу сказать, что нужно поискать как следует. Закатать ковры. Если нужно, приподнять днище машины.
– В буквальном смысле? – изумился Рик. Он не мог понять, что хотел найти Тед. Пока Тед и сам этого не знал. Но мощное шестое чувство подсказывало ему, что надо искать.
– Нет, не в буквальном смысле. Я просто хочу, чтобы его тщательно проверили. Я хочу знать, что за деньги у этого парня и нет ли у него каких-нибудь неприятностей. Направь на него луч прожектора. Найди все, что сможешь, сейчас. Что бы ты ни раскопал, сразу же дай мне знать.
Он понимал, что расследование может сильно затянуться, особенно если речь шла о деньгах и на карту не были поставлены человеческие жизни. Но в данном случае, возможно, под угрозой могли оказаться люди. А может быть, затевалось что-то еще.
– Буду у тебя через десять минут, – сказал он и, прибавив скорость, устремился к центру города.
– На это потребуется время, – извиняющимся тоном сказал Рик.
– Сколько? – с нетерпением спросил Тед.
– Пара часов. Может, день или два. Я постараюсь раздобыть тебе все, что смогу, сегодня.
Он собирался заставить своих сотрудников связаться с группой компьютерного анализа в Вашингтоне и с их информаторами из подпольной финансовой сети. Но на это потребуется время.
– Господи, ну и неторопливые у тебя парни работают! Сделай все, что сможешь. Я уже на полпути. Буду через пять минут.
– Дай мне только начать. Можешь почитать досье на Аллана Барнса, а мы постараемся покопаться и найти что-нибудь еще. Увидимся, – сказал Рик и повесил трубку.
Когда Тед входил в кабинет Рика, досье Барнса лежало на его столе, а трое сотрудников не отрываясь сидели за компьютерами, связывались с другими учреждениями и самыми надежными информаторами, чтобы узнать, нет ли у них дополнительной информации. Так или иначе, они все равно планировали провести эту работу в связи с Эдисоном. Он просто ускорил ее. Значительно. И три часа спустя, когда Тед и Рик беседовали, подкрепляясь сандвичами, появились результаты. Все три сотрудника одновременно вошли в кабинет и протянули стопку бумаг.
– Ну, каков результат? – спросил Рик, окидывая их взглядом.
Тед к тому времени закончил читать досье Барнса. Там не было ничего, кроме газетных статей и журнальных вырезок о победах и достижениях Аллана Барнса и фотографии Фернанды и ребятишек.
– У Эдисона тридцать миллионов долга. «Титаник» идет ко дну, – сказал один из сотрудников. Его самый надежный информатор оказался настоящей золотой жилой.
– Ну и ну! – удивился Рик и взглянул на Теда. – Ничего себе должок!
– Его холдинг-компания на грани банкротства, – пояснил другой сотрудник, – но пока ему удавалось скрывать это, хотя теперь это вот-вот станет достоянием гласности. Он осуществил ловкий трюк, достойный иллюзионистов из цирка братьев Ринглинг. Мы думаем, что он инвестировал в операции средства своих южноамериканских партнеров. Дело провалилось, он потерял деньги. Он стал заимствовать средства в других компаниях и, чтобы залатать дыры, влез в огромные долги. Кредиторы наседали на него и, чтобы покрыть самые неотложные долги, он не брезговал различными махинациями. Всплыли факты мошенничества с кредитными картами. Но как утверждает мой информатор, положение его настолько серьезно, что ему никогда не выпутаться. Чтобы удержаться на плаву, ему требуется огромная сумма денег, а ему никто не желает давать в долг. По словам другого моего информатора, он годами занимался отмыванием денег. Для этой цели была создана целая система в Неваде, а мы-то ломали головы, пытаясь догадаться, зачем она нужна. Если вы хотите знать, каково сейчас его положение, то я отвечу: он по уши в дерьме. А если вам требуется узнать, почему и каким образом так произошло и в чьи операции он вкладывал деньги, то для этого потребуется время. И придется задействовать значительно больше народу. Я вам дал черновой отчет. Еще многое предстоит проверить. Но можно с уверенностью сказать, что дела у него очень и очень плохи.
– Думаю, пока этого достаточно, – спокойно сказал Рик и поблагодарил всех сотрудников за оперативную работу. Как только они ушли, он повернулся к Теду: – Итак, что ты обо всем этом думаешь?
– Я думаю, что у нас имеется парень, который задолжал не менее тридцати миллионов долларов, а может быть, и того больше. Есть женщина, чей муж оставил ей примерно полмиллиарда долларов, если верить газетам, которым я лично не верю. Но даже если ее состояние составляет половину этой суммы, она является беззащитной жертвой вместе со своими тремя детишками. Мы имеем двух негодяев, совершивших тяжкие преступления, которые всего шесть недель назад были выпущены из тюрьмы и теперь разгуливают на свободе. Оба они каким-то образом связаны с Эдисоном и друг с другом. Мы имеем взрыв машины на той же улице, где живет наша беззащитная жертва. У меня нет сомнений в том, что она намечена жертвой, как и ее ребятишки. И знаешь что еще? Я думаю, что жертвой ее наметил Эдисон. Для этого ему и понадобилось заводить это досье. Конечно, к суду его за это привлечь невозможно, но я чувствую, что что-то затевается, и думаю, что Эдисон использовал Моргана для того, чтобы выйти на Уотерса. Возможно, они оба в деле, но, может быть, и нет. Думаю, что Уотерс следил за ней, когда подложил взрывное устройство под машину судьи Макинтайра. Теперь я не сомневаюсь, что это его рук дело. Слишком уж невероятное совпадение, что они оказались соседями, проживающими на одной улице. Наверное, он решил, что если уж он все равно находится там, то у него есть возможность убить одним выстрелом двух зайцев. Почему бы и нет? Чистая случайность, что сынишка Барнсов не опознал его, и этому мерзавцу просто повезло. Я думаю, что мы здесь имеем дело с преступным сговором против Фернанды Барнс. Ты, конечно, можешь подумать, что я спятил, потому что у меня пока нет никаких доказательств, но я нутром чую, что прав.
С годами они оба научились доверять своей интуиции, и она их почти никогда не подводила. Более того, они научились доверять интуиции друг друга, как это сделал сейчас Рик. Все, что сказал ему только что Тед, имело для него смысл. В криминальном мире именно так размышляли люди и так делались дела. Но между пониманием того, что происходит, и возможностью доказать это лежала глубокая пропасть, через которую нужно было сделать головокружительный прыжок, и на это нередко требовалось много времени. Иногда время, которое требовалось для того, чтобы подтвердить догадку, могло стоить человеческих жизней. Если Тед прав, то в данном случае так оно и было. Сейчас же они могли опираться только на интуицию и ничем не могли помочь Фернанде, пока не будут предприняты какие-нибудь действия против нее или ребятишек. А у них существовали только догадки, основанные на интуиции.
