– Какого рода преступный сговор? – с самым серьезным видом спросил Рик. Он верил всему, что было только что сказано Тедом. Слишком долго проработали они копами, чтобы полностью ошибаться. – Чтобы вымогать у нее деньги?
Тед покачал головой.
– Только не тогда, когда в этом замешан такой тип, как Уотерс. Речь идет не о «чистом» преступлении. Думаю, что она и ее дети являются потенциальными жертвами похищения. Эдисону позарез нужны тридцать миллионов долларов, причем нужны быстро. Ее состояние составляет пятьсот миллионов или около того. Мне не нравится, что эти факты так хорошо соответствуют друг другу. Не нравится и то, что в этом как-то замешан Уотерс.
Но даже если он и не замешан, то это не меняет того факта, что у Эдисона имеется досье на Барнса размером с телефонный справочник Манхэттена. И фотография ее и детишек.
Рику это тоже не нравилось, но он вдруг вспомнил еще кое-что.
– Через два дня он уезжает в Европу. Зачем, черт возьми, он это делает, если обанкротился?
– Возможно, его жена не знает об этом. К тому же его отъезд из страны ничего не меняет – ведь он не собирается делать это своими руками. По-моему, это будет делать кто-то другой. Если его не будет в стране, когда все произойдет, то это обеспечит ему надежное алиби. По крайней мере могу поклясться, что он так думает. Если я прав, то возникает вопрос: кто будет это делать и когда, – сказал Тед.
Они пока еще не знали наверняка, что именно подразумевается под словом «это». Но что бы это ни означало, оба они были уверены, что ничего хорошего ждать не приходится.
– Ты собираешься задержать Моргана и побеседовать с ним? – с интересом спросил Рик. – Или Уотерса?
Тед покачал головой.
– Боюсь их спугнуть. Я хочу подождать и посмотреть, что они будут делать, и предупредить ее. Я обязан это сделать.
– Думаешь, тебе позволят направить парней для ее охраны?
– Возможно. Я собираюсь сегодня поговорить с шефом. Но сначала я хочу поговорить с ней. Может быть, она что-то видела или знает что-то такое, чего мы не знаем. Что-то такое, чего она и сама не знает, что знает.
Им обоим не раз приходилось с этим сталкиваться. Хотя Тед подозревал, что шеф может подумать, будто он спятил. Раньше он положительно относился к тому, что подсказывала интуиция Теда, потому что подсказки эти чаще всего бывали правильными. Это было похоже на деньги, лежащие на счете в банке, и Тед был намерен сейчас ими воспользоваться. Он был абсолютно уверен в своей правоте. Рик тоже был уверен в том, что Тед прав. Он предложил бы ему в помощь сотрудников ФБР, но оснований для этого еще недостаточно. Пока это дело не выходило за рамки компетенции Полицейского департамента Сан-Франциско. Хотя на Эдисона было заведено дело, Рик не думал, что генеральный прокурор США позволит ему направить сотрудников для защиты семьи Барнсов, однако он намеревался в любом случае позвонить ему, чтобы держать в курсе дела. У них было слишком мало улик, чтобы выдвинуть против Эдисона обвинение в сговоре с целью похищения людей. Но Рик полагал, что это лишь дело времени. Тед поднялся с места, вид у него был испуганный. Он терпеть не мог подобные ситуации. Кто-нибудь непременно пострадает, если они не примут мер. Но какие это должны быть меры, он и сам еще не знал. Он хотел обсудить это с шефом, после того как поговорит с миссис Барнс. Уже собравшись уходить, он взглянул на Рика.
– Не хочешь пойти со мной? Просто так, ради интереса? Может, какие-нибудь новые мысли появятся после того, как мы с ней поговорим. Мне бы очень хотелось услышать твое мнение, – сказал Тед.
Рик кивнул и следом за ним вышел из кабинета.
За последние два дня работа граничила с безумием. Все началось с клочка бумаги в ящике письменного стола Эдисона с каким-то именем, нацарапанным на нем, и с досье на Аллана Барнса, которое вообще было лишено всякого смысла. Все было лишено смысла. Но мало-помалу картина начала проясняться. Рик и Тед слишком давно занимались распутыванием подобных ситуаций. И вместе, и поодиночке. Они знали, как работает мозг преступника. Надо было представить себе, как думает преступник, и все время на шаг опережать его. Тед надеялся, что сейчас они опережают мысли преступника.
Как только они с Риком сели в машину, Тед позвонил Фернанде по сотовому телефону. Рик предупредил своих в офисе, что уходит на пару часиков. Он скучал по совместной работе с Тедом. Он получал от нее удовольствие. Но сказать об этом Теду он не осмеливался. Тед сейчас был слишком встревожен, чтобы наслаждаться работой. Фернанда была дома и ответила по телефону, запыхавшись. Она объяснила, что упаковывает вещи сына, который уезжает в спортивный лагерь.
– Вы снова по поводу взрыва машины? – спросила она встревоженно.
Из трубки доносилась громкая музыка, так что он понял, что кто-то из детей дома. Тед надеялся, что они все дома. Ему не хотелось пугать их, но ее нужно было предупредить. Даже если это ее испугает, она должна быть предупреждена.
– Нет, непосредственного отношения мой визит к взрыву машины не имеет, – уклончиво сказал Тед. – Косвенно он с ним связан, но на самом деле речь пойдет совсем о другом.
Она сказала, что будет дома.
Тед припарковал машину на подъездной аллее и направился к входной двери, внимательно оглядываясь вокруг, нет ли где-нибудь Уотерса или Моргана, наблюдающих за ней с противоположной стороны улицы. Несмотря на такую возможность, он умышленно решил войти в дом, не скрываясь, через парадное. Питер Морган едва ли узнал бы его, а если бы даже он или Уотерс узнали, то Тед всегда был сторонником теории, согласно которой явное присутствие полиции в подобных обстоятельствах следует рассматривать как фактор устрашения. ФБР обычно предпочитало не лезть на глаза, что, как казалось Теду, ставило жертву в положение живой приманки.
Питер Морган видел, как они входили в дом. На мгновение ему показалось, что это копы, но потом он решил, что у него сдают нервы. Зачем бы копам появляться в ее доме? Видимо, из-за того, что назначенный день был теперь совсем близко, у него развилась паранойя. Он знал также, что накануне был арестован Эдисон, которому предъявили какие-то смехотворные обвинения в связи с неуплатой налогов. Эдисон сказал, что это его ничуть не беспокоит. Планы относительно его поездки в Европу не нарушились, не изменились и их планы. Все было в полном порядке, и кем бы ни были двое мужчин, которые вошли в ее дом, Фернанда их, судя по всему, знала. Она радостно улыбнулась мужчине азиатской внешности, который нажал кнопку звонка. Питер подумал, что это, может быть, биржевые маклеры, или адвокаты, или те, которые управляют ее капиталами. Иногда люди, связанные с деньгами, сами походили на полицейских. Питер даже не потрудился позвонить Эдисону и сказать ему об этом. Для этого не было причин. А главное – Эдисон предупредил Питера, чтобы тот некоторое время звонил ему только в том случае, если возникнет какая-нибудь проблема, хотя сам утверждал, что звонок на его сотовый телефон невозможно проследить, тогда как телефон Питера вполне можно было взять под контроль. У него пока не нашлось времени купить один из телефонов, рекомендованных Эдисоном, и он собирался сделать это на следующей неделе.
