немолодой женщиной, одетой в потрепанную домашнюю одежду, довольно резво отреагировало на крик. Глаза ее сосредоточились на Ане, и она каким-то неестественным, быстрым движением поднялась с пола, разворачиваясь к нам лицом. Из-под халата вывалилась сморщенная грудь, но зомбячку это не волновало — стеснение точно было ей чуждо, как и другие аспекты человеческого бытия.
Я уже вскинул оружие, наводя луч фонаря на лицо монструозной старухи, когда она попыталась с места в карьер стартовать. И тут ее подвело то, что не раз становилось причиной травм у людей в нашем южном городке.
Это были мокрые резиновые тапочки, а вернее один, оставшийся у нее на ноге. Она просто проскользнула на кафельном полу в луже крови, и вместо бодрого рывка к дезориентированной жертве зомби полетела вверх тормашками, смешно раскинув варикозные ноги в разные стороны и приземляясь затылком прямо на кафель.
От удара раздался сочный характерный треск, и кафельная плитка аж «выстрелила» небольшими осколками, такой силы оказался удар головой.
Я уже считал, что все, зомбихе шандец — этот треск точно означал, что у нее черепушка треснула. Но черта с два!
Тварюге, похоже, мозг при ударе не повредило, ну, или же этого удара было недостаточно, чтобы его повредить, уж больно толстый слой кости его защищал. Она перевернулась вниз животом и, опираясь на ладони, попыталась встать, но мокрые руки предательски разъехались, и она опять упала, теперь лицом вниз, в лужу крови. И тут же, забурчав что-то, принялась ворочаться, поднимаясь обратно.
Я прицелился, наводя пятно света от фонаря ей на затылок, и аккуратно выбрал слабину спускового крючка, собираясь стрелять. Можно было бы еще понаблюдать, в конце концов, никакая информация лишней не будет, а этот одинокий зомби никакой особой опасности для вооруженного меня не представлял. Вот только…подъезд — не самое удобное и безопасное место для подобного. Да и Анькины вопли точно уже предупредили всех в подъезде, причем как мертвых, так и живых. А, следовательно, эти самые живые могут попереть из квартир и доставить мне массу проблем. Не говоря уж о том, что и себе тоже, если среди них окажутся, например, еще и мертвецы. Тетку то кто-то покусал.
Так что надо шевелить булками. И чем быстрее, тем лучше.
Я чуть повернул корпус оружия и проверил, что оно стоит в режиме ОД — одиночного огня, после чего легонько дожал пальцем спуск. Совсем негромко треснул выстрел, и 9-мм пуля прошила затылок так и не успевшей подняться обратно мертвячки. Ее лоб вновь врезался в кафель, и в этот раз подниматься она не спешила. Из-под простреленной башки на потрескавшийся кафель вытекло совсем чуть-чуть буроватой жижи, в которую превратилась ее кровь.
Я же, убедившись, что противник убит, перепрыгивая через две ступени, ссыпался вниз, к Аньке. Попытки увещевания не дали эффекта, так что пришлось легонько съездить ей по щеке ладонью. Не полноценная пощечина, но все равно сработало. Она перестала верещать и посмотрела на меня более-менее осмысленным взглядом.
— Ты охренел, что ли, совсем⁈ — обиженно спросила Аня, уставившись на меня глазами, полными слез, и схватившись за щеку, по которой я только что ей надавал.
— Ну прости, не знаю других способов, как можно быстро привести человека в чувство.
— Но это…это… Ты на меня руку поднял!
— А ты забыла обо всем и бросила меня, — укоризненно заявил я.
— Но там…там… Ты же сам видел!
— Видел, — кивнул я, — но ведь не бросил тебя, не убежал?
— Ну ты ведь уже видел их, и сейчас ты что…убил его?
— Убил, — кивнул я, — и тебя заставил оклематься. А то неизвестно, сколько бы тут еще сидела. Теперь, кстати, еще есть сомнения в том, что живые мертвецы существуют?
Аня потупила только что пылавший праведной яростью взгляд.
— И повторяю — слушать меня неукоснительно, — процедил я. — Ты сейчас могла погибнуть сама и меня за собой утащить.
— Но…
— Никаких «но»! Что бы там ни происходило — держи себя в руках. Помни, от этого зависит твоя жизнь и жизнь тех, кто рядом. Поняла?
Она кивнула и тихо, себе под нос буркнула:
— Поняла…
Глава 15
Квартира монстра
Вот что люблю в Ане, так это то, что она умеет признавать свои ошибки, и когда села в лужу — не пытается использовать прием, столь любимый многими другими девушками: «Да, я неправа, но козел все равно ты».
— Так, теперь соберись. Нам надо быстро добраться до твоей квартиры, потому что таких, как эта, — я кивнул в сторону лежащей ничком тетки, — тут может быть еще несколько.
— Еще? — широко распахнув глаза, испуганно переспросила Аня. — И… сколько?
— Без понятия, — пожал я плечами. — Она вообще откуда, не знаешь?
Аня присмотрелась и тихонько сказала:
— Знаю конечно! Это тетя Зина с четвертого этажа. Я ее и дядю Мишу еще с детства знаю.
— Ага…еще и дядя Миша там? Это все плохо, блин. Очень плохо!
— Почему?
— Ань, а ты подумай сама. Квартира выше нас, так? Вряд ли тетенька зомбанулась и спокойно тут на лестнице сидела. А значит, вышла она из квартиры. И что-то мне подсказывает, что с дядей Мишей там все…нехорошо, а нам мимо их квартиры нужно идти.
Я протянул ей руку, и Аня, ухватившись за нее, рывком поднялась с пола. Тут же нагнулась, подбирая выпавший из рук пистолет, и кивнула мне, мол, пошли. Ее все еще заметно потряхивало, но вроде в себя все-таки она пришла — вот что значит тренированная психика врача. Мне бутылка коньяка потребовалась и вся ночь после «близкой встречи» с моим первым «мертвяком», а ей вон, минуты хватило. Хотя, может, ее позже еще «догонит»…
Мы продолжили движение. На площадке четвертого этажа нас встретила распахнутая настежь дверь одной из квартир.
— Тети Зины, да? — сразу догадался я.
— Да.
Из дверей на нас никто не прыгал, но запах из квартиры был весьма неприятный. Оттуда тянуло гарью и каким-то совсем уж неудобоваримым ароматом. Как будто бомжами, что ли, чем-то затхлым, вонючим… Я уже приготовился захлопнуть дверь, благо в ней был «английский» замок. Но кое-что зацепило мой взгляд, когда я мимоходом заглянул внутрь и осматривал прихожую.
— Хм… Ань, а чем дядя Миша занимался вообще, ну, раз уж ты их знаешь?
— Да его пару
