учусь в меде, получив стипендию, так что твой аргумент отклонен. Я полностью упакован.
– Больше тебя только твое эго.
– Сказала принцесса-белоручка.
– Которая через несколько месяцев тоже будет учиться по стипендии, остынь, герой!
– Остываю, ты меня обыграла, – ухмыляюсь я и глотаю кофе. С сахаром.
Кстати, я предпочитаю без него – плохие калории, но его сварила Сирена, поэтому даже вида не подаю, будто что-то не так.
Сирена победоносно улыбается и начинает рассматривать кухню.
А я – ее.
Молча отмечаю, что на ней школьная форма, хотя вчера она была одета в спортивные шорты и футболку. Интересно. Видимо, поэтому у нее был огромный, тяжелый рюкзак.
И значит, она заранее предполагала вероятность того, что она останется на ночь у меня.
В мыслях сразу появляется уютная картина, как девушка собирается на нашу встречу, планируя ночевку. Почему картина так чертовски очаровательна?
– Ой, а кто это? – Сирена застывает возле холодильника и рассматривает какую-то прикрепленную там фотографию.
«Только не ту самую, дьявол!»
Я еще не вижу, какой именно из снимков она имеет в виду, но мое хорошее настроение резко дает крен и идет на спад. Какого черта я не избавился от той фотографии?
Нет, я знаю почему – она каждый день является для меня стимулом, но никто не должен ее видеть. Никто. И при этом я уверен, что речь именно о ней.
С трудом поворачиваюсь всем корпусом и наблюдаю за Сиреной.
«Ублюдство».
Кофе застывает в горле, а руки начинают дрожать. Я молчу, потому что вообще не хочу отвечать на вопрос. В курсе только Дасти, а Сирене знать вовсе не обязательно.
Это в принципе на хер ни к чему.
На снимке мои родители – более молодые, которые с нежностью обнимают упитанного малыша.
«Не упитанного – а жирного».
– Это твой братик, да? – продолжает Сирена, не дождавшись ответа. – Он такой…
Я сосредоточенно слежу за продолжением.
– Большой.
– Жирный, – поправляю я севшим голосом.
– Ну да, крупноват. – Сирена соглашается.
Твою мать, да, подтверждает мое уточнение. Мои челюсти становятся каменными, и я отставляю кружку с тошнотворно-сладким кофе.
– У тебя ведь большая семья. Может, когда-нибудь познакомишь нас? – Сирена еще не понимает, что атмосфера накаляется с каждой секундой, только потому, что я держусь из последних сил от всплеска гнева.
«Не злись на нее, идиот. Она все верно сказала. И тебе это отлично известно».
«Но я не могу».
– И с жирным братиком? – цежу я сквозь зубы, не в силах обуздать себя и свой голос. Моя главная проблема – гнев, который не должен быть направлен на нее, но, черт побери.
– И с ним… – Девушка растерянно смотрит на меня, отойдя от холодильника.
Уже понимает – что-то не так. И правильно.
– Так его нет, Сирена, – с улыбкой бешеного животного отвечаю я, наслаждаясь, как садист, ее реакцией. – Он сдох. Жирный сдох. Встречи не получится.
– Прости… Я не знала…
В больших карих глазах начинают закипать слезы, от которых меня корежит. Я чувствую себя уязвленным и поэтому злым. Разумная часть меня понимает, что я не имею права гнать на Сирену, но больные эмоции заставляют наслаждаться ее покрасневшими глазами и испуганным взглядом.
«Сама виновата, тебя никто не просил лезть».
Раз.
Два.
Три.
Я еще толком не понимаю, какое чувство во мне победило, я на грани добра и зла, черт побери.
Но вслух говорю:
– Ладно, нужно ехать.
Сирена затравленно кивает и смахивает слезу.
«Сука».
«Все же хорошо начиналось. Такое прекрасное утро».
– Я подкину тебя до школы, – продолжаю я, делая глубокий вдох.
Именно это и сделаю. На хрен все. Мне паршиво, я по уши запутался в том, что правильно, а что нет. Во мне куча противоречивых эмоций, мыслей и решений. Наверное, мне нужно время, чтобы побыть с собой наедине и прийти хоть к чему-то, поскольку сердиться на Сирену – полное дно.
Я довезу Сирену, а это не просто подбросить девушку до нужного места по дороге.
Я сам недавно закончил школу и знаю, что к чему. Такой выбор с моей стороны будет первым шагом к признанию, что мы пара. И что мы, вероятно, уже спим вместе. Я могу вызвать ей такси, чтобы в очередной избежать этого, но ни хрена.
В этом нет логики.
Я все еще зол. И пока не уверен, что официальные отношения с Сиреной не дорога в ад. Потому что ад уже не пугает меня.
Но, в конце концов, я зачем-то везу ее из центра через Даствуд прямо к воротам «Сент-Лайка», где как раз происходит массовое скопление школьников, заполнивших двор во время большой перемены.
Вот и наступил тот день, когда прошлый Кей Хирш поломался. Теперь он начинает выкидывать самые тупые и необдуманные поступки в жизни – отсчет пошел.
«Сирена, без обид, но я сам не знаю, к чему все приведет – это импровизация, в которой я не силен. Лучше бы тебе начать молиться».
Глава 21
Наше время
Кей
Я пропустил сегодня тренировку – раз.
Я зависаю в «Леваде», и мне впервые здесь все нравится – это два.
Потому что я чертовски пьян – три.
Мы с Алеком сидим за отдельным столом, на котором расположена куча бухла. И куча специальных рюмок – уже пустых, но будто ожидающих, когда мы их наполним. В зале сегодня особенно много народа – золотая молодежь города отрывается вовсю, бухает как не в себя, устраивает дикие танцы, сорит деньгами.
Полная анархия и свобода.
Я в заведении не новичок, однако раньше тусил тут в основном за компанию, чем из желания насладиться сомнительной атмосферой, но сейчас я прочувствовал ее. Есть во всем нотка отчаяния и безумия, мне кажется, я сейчас начинаю понимать друга, увязшего в этом хаосе на долгие годы.
На самом деле в последнее время я гораздо лучше понимаю его, узнав некоторые детали, поэтому судить его за саморазрушение – на хрен вообще. Черт знает, как бы я сам себя вел, будучи им.
Но у меня для него есть одна плохая новость, увы, которую я пытаюсь оттянуть, ведь мне хочется просто напиться, а не выяснять отношения с Брайтом. По крайней мере, я жду, когда он опьянеет немного больше. В соревновании, кто больше протянет трезвым, бесконечно вливая в себя алкоголь, Алек обыграет любого, потому что начал участвовать в этом «виде спорта» со школьных времен и уже порядком прокачал свой скил, пока я вел здоровый
