уворачивался. Гонка продолжалась, я уже перестала понимать, сколько мы так летим и когда это всё вообще может закончиться.
Вайла не хотела убивать лиднера в полёте, видимо, боялась, что тот либо отпустит меня, либо придавит при падении на землю. Поэтому она изо всех сил старалась просто заставить его сесть. Хотя я и сама не понимала, зачем я падшему — уже можно было давно меня бросить и улететь отсюда.
Однако он упорно меня держал и даже как будто старался не убить.
Дело шло с переменным успехом. Земля то становилась ближе, то вновь отдалялась, а меня перестал греть даже страх — я начала замерзать. Вайла не экономила болты — запасных у неё было достаточно, на седле было закреплено несколько полных колчанов. Она изматывала падшего, и он медленно поддавался.
Пока наконец не решил уйти в крутое пике прямо в промежуток между деревьями. Ведь крупному дракону проскочить так же ловко, как он, вряд ли удастся. Но едва мы снизились, а я приготовилась к удару о землю в любой миг, как навстречу нам из темноты вылетел светлый силуэт, озарённый бирюзовым сиянием вкраплённых между чешуйками кристаллов.
Он выскочил словно из ниоткуда, растопырил когти, и лиднер, чтобы увернуться от них, метнулся в сторону. Ударился в дерево и, чудом меня не уронив, упал в огромный сугроб. Его когти наконец разжались, и я отлетела от него на несколько шагов. Правда, застряла в наносе, снег залепил мне лицо и попал за воротник.
Смахивая тающую жижу с глаз, я с трудом выбралась, попыталась встать и тут же провалилась по колено.
Моя недавняя знакомая драконица в это время от души валяла по земле лиднера, который был почти с неё размером и очень отчаянно сопротивлялся. Она буквально не давала ему поднять голову, ловко подсекала длинным хвостом, взлетала и падала сверху.
На падшего посыпались арбалетные болты. Вайла приземлилась неподалёку и, спешившись, наступала на него тоже, стараясь не попасть в чешуйчатый клубок, который мог раздавить её.
Дракон Вайлы тоже встряхнулся и присоединился к драконице — вместе они окончательно обездвижили лиднера, придавив его к земле. За их растопыренными крыльями и огромными телами я не видела, что происходит, но вот агрессивная возня ящеров прекратилась, а их противник окончательно затих.
— Какой огромный! — выдохнула Вайла, опустив арбалет. — Я никогда таких не видела! Если Раскол будет теперь порождать таких, нам придётся очень несладко!
Я наконец выбралась из сугроба и вышла на укатанную телами драконов площадку.
— Не понимаю, почему он забрал меня? — принялась отряхивать одежду. Снег подтаивал в самых разных и порой неожиданных местах, отчего меня начало пробирать ознобом. К тому же мой бушлат был продырявлен насквозь, и в прорехи тоже задувало.
— Может, он чувствовал, что между вами с лордом Инеем что-то есть? — с самым невинным видом предположила Вайла. — Я слышала не раз, что порой Раскол с помощью падших пытается ослабить лордов-Хранителей, лишив их пары.
— Я не его пара! — возмутилась я. — С чего бы?
— Ну… Это просто теория, — якобы равнодушно пожала плечами наездница.
— И между нами ничего нет!
Девушка закатила глаза.
— Ну-ну… Это ты падшим рассказывай. Но ты не думай, я не осуждаю, — она огляделась. — Надо бы убраться отсюда. Кто знает, не примчатся ли сюда теперь ещё падшие.
— Полетим в гарнизон! — предложила я. — Нам него теперь ещё ближе, чем до города!
Глаза Вайлы сразу загорелись азартом.
— Полетим! Там мы будем полезнее!
И я уже собралась было забраться в седло позади неё, но обнаружила, что, расправившись с лиднером, драконица не улетела. Она сидела рядом с ящером Вайлы и как будто чего-то ждала. Я подошла и протянула руку, предлагая прикоснуться — она опустила голову, чтобы мне удобно было погладить её между ноздрями.
— Спасибо! — проговорила я тихо.
— Она полетит с нами? — уточнила всадница.
— Я не знаю. Она очень вредная! — я с укором покосилась на драконицу, и та недовольно ударила хвостом по земле.
— Идём! — Вайла уже забралась на дракона, и мне пришлось спешно её догонять.
Всадница помогла мне сесть, мы сразу поднялись в воздух и полетели в сторону крепости, а драконица, немного подумав над чем-то, тоже взлетела и последовала за нами.
Глава 13
Глава 13
До Драконьей скалы нам и правда осталось недалеко, несмотря на то, что падший унёс меня неизвестно в какую сторону. Я могла лишь примерно определить, что тащил он свою добычу к Расколу. А дракон Вайлы ориентировался на местности гораздо лучше.
Мы быстро нашли правильный маршрут, и вскоре впереди, посреди самой густой ночной мглы показались башни крепости, только едва освещённые дежурными огнями. Но там было неспокойно — чем ближе мы подлетали, тем очевиднее становилась обстановка. Вокруг замка, время от времени пытаясь забраться на стены, почти кишели падшие самых разных размеров, от средних ползучих ящериц до огромных покрытых шипами змей.
Стрелки на стенах осыпали их зачарованными болтами, обездвиживали иногда на время, а порой и навсегда. Всё вокруг было усеяно телами порождений, которые медленно засыпало снегом.
Но самое ожесточённое сражение кипело в небе над гарнизоном. Нынешнее нападение на него проходило не только по земле — повсюду сновали крылатые падшие — лиднеры. Издалека они казались летучими мышами, но стоило нам подобраться к стенам, стало понятно, что они ненамного уступают в размерах драконам. Совсем как тот, что пытался утащить меня неизвестно куда.
— Берегись! — крикнула Вайла, когда один из них заметил нас и кинулся навстречу.
Она успела выстрелить пару раз до того, как он напал, но на него сбоку налетела драконица, сбила с полёта, кажется, сломала ему крыло, и он кулём полетел вниз. Довольная победой, моя знакомая издала победный рык. Но вышло так, что она привлекла внимание ещё нескольких падших. Пока они спешили к нам, Вайла подготовилась. Первому она сразу угодила в глаз, другого ранила — и тут на помощь снова пришла драконица.
Она двигалась так быстро и уверенно, что порождения не успевали понять, с какой стороны она нападёт в следующий момент. Казалось бы, её чешуя была светлой, но удивительным образом оставалась незаметной в темноте ровно до атаки, а затем снова растворялась во мгле. Порой я лишь замечала, как её хвост размазывается в белёсую линию.
— Хорошо всё-таки, что она полетела
