Женщины засмеялись, обмениваясь сплетнями и колкими замечаниями о других представительницах прекрасного пола. К облегчению миссис Куинс, Ройалл продолжала прихорашиваться, явно позабыв о своей клятве не идти на вечеринку.
Она выглядела просто по-королевски со своими золотыми локонами, поднятыми над гладким лбом. Светлая кожа ровно блестела, а сапфир ее платья выгодно оттенял золотистые крапинки глаз.
Приложив ожерелье к своей грациозной шее, Ройалл передумала и вместо него пристегнула к лифу маленькую брошь с топазом. Довольная собственным отражением, она надела туфли — тоже сапфирового цвета.
— Пора идти, миссис Куинс. Мы же не хотим опоздать к Дуквенсам.
Розали Куинс победоносно улыбнулась и последовала за Ройалл. Дар убеждения всегда был одним из ее величайших достоинств.
* * *
— Миссис Куинс, вы не поможете мне застегнуть крючки? — попросила Ройалл. — Я никак не могу до них дотянуться.
— Одну секундочку, дорогая. Я уже почти готова.
Молодая леди сидела перед зеркалом, обвивая золотой лентой свои замысловато заплетенные волосы. Женщины вернулись с вечеринки у Дуквенсов, чтобы одеться к маскараду.
— Я никогда не пойму, — побормотала Ройалл себе под нос, — почему они начинают бал в такое нелепое время — в половине одиннадцатого.
У нее вырвался глубокий вздох. Она не радовалась предстоящему веселью, зная, что там будет Себастьян. Ее раздражало, что все женщины города строили ему глазки. Можно было подумать, что он какое-то божество! Ройалл не приходило в голову, что ее раздражение и гнев были вызваны простой ревностью.
— Сеньор Ривера то, сеньор Ривера это, — прорычала она своему отражению.
И что же он? Этот бастард[2] принимал все как должное. Надменный, отвратительный… мужчина.
Глаза Ройалл потемнели, когда она вспомнила сцену, произошедшую позавчера на вечеринке у Розуэллов! Себастьян отпускал комплименты толстой, некрасивой, глупо хихикающей дочке Розуэллов, и миссис Розуэлл довольно улыбалась разочарованным матерям, чьи дочери бросали завистливые взгляды на Нэнси. А Себастьян упивался каждой минутой этого спектакля! Отвратительный мужчина! Как будто его действительно могла интересовать такая глупышка, как Нэнси Розуэлл.
А потом он бесцеремонно оставил бедняжку и переключил внимание на другую, без сомненья, награждая ее теми же комплиментами, которые только что говорил Нэнси! Несколько раз Ройалл замечала, что Себастьян бросал взгляды в ее сторону, а один раз даже намеренно подошел к кругу женщин, с которыми она разговаривала, и пригласил на танец Цинтию Тейлор, поприветствовав всех в кругу и подчеркнуто игнорируя ее. Это было публичной пощечиной, такой, которую не скоро позабудешь.
Розали Куинс вошла в комнату, встретившись взглядом с гримасничающей подругой.
— Ройалл, что-нибудь случилось? Ты больна? Понимаю: утятина под соусом была слишком острой, но могу поклясться, что ты съела лишь крохотный кусочек! А, вижу, что Анна действительно превзошла себя. Ты прелестна, юная леди, просто прелестна.
Ройалл вспыхнула от комплиментов миссис Куинс. Она повернулась к своему отражению и стала придирчиво рассматривать себя. Мягкое белое платье было сшито в стиле, столь популярном во время царствования Жозефины Наполеон. Золотая лента окаймляла треугольный вырез, пересекалась под грудью и несколько раз была обернута вокруг нее. С чистой белизной мерцающего шелка контрастировали золотые браслеты на руке и золотые лайковые туфли. В руке она держала миниатюрный лук и стрелы. «Пронзить бы Себастьяна Риверу в том месте, где это принесет больше пользы», — мрачно подумала она.
Глаза миссис Куинс осмотрели Ройалл с золотой головы до лайковых туфель на ногах.
— Уверена, что когда древние говорили о Диане-охотнице, они не могли себе и представить ее такой красивой, как ты.
— Миссис Куинс, пожалуйста, перестаньте называть меня красивой. Я ценю вашу доброту, но уверена, что вы слишком безудержно расточаете свои похвалы.
— Глупости, детка, у людей моего возраста есть привилегия говорить то, что у них на уме. Тебе лучше быть осторожнее этим вечером, иначе ты можешь оказаться в окружении влюбленных молодых людей и разгневаешь всех матерей, хотя не думаю, что это тебя удивит. Я видела, какое воздействие ты оказываешь на молодых джентльменов здесь, в Манаусе, и уверяю тебя, что в эту ночь у тебя не будет недостатка в поклонниках! Сам Себастьян едва ли сможет удержаться на расстоянии.
Розали Куинс не спеша застегивала крошечные крючки на спине костюма Ройалл, давая ей больше времени рассмотреть себя в зеркале.
«Миссис Куинс права в своих оценках», — самодовольно подумала Ройалл. Она знала, что выглядит прелестно в костюме, сшитом Анной. Платье подчеркивало стройность ее фигуры, а глубокий вырез довольно смело открывал соблазнительную выпуклость груди. А что больше всего привлекает внимание мужчин, как не женская грудь?
— Ройалл, нам следует поспешить. Алонзо уже ждет нас внизу.
Ройалл лишь вполуха слушала седовласую леди, которую полюбила всем сердцем.
— Ох уж этот мужчина! — пожаловалась Розали. — Иногда мне кажется, что у него часы вместо мозгов. Ты же знаешь, как он терпеть не может ждать.
Ройалл едва прислушивалась к ворчанию миссис Куинс, пока они шли по коридору к центральной лестнице. Розали внезапно затихла. Она лучезарно улыбнулась Алонзо, который стоял у подножия лестницы и восхищенно смотрел на свою жену. Уже не раз Ройалл становилась свидетельницей проявления любви между супругами Куинс. Алонзо был высоким розовощеким мужчиной с серебристо-белыми волосами. В поблекших, выцветших глазах таилась нежность к Розали, не угасшая после стольких прожитых вместе лет. Он явно обожал ее, и это чувство безусловно было взаимным. Когда они спускались по лестнице, муж расточал комплименты по поводу прекрасного выбора Розали — платья из бледно-голубого атласа, — и только потом ему пришло в голову сделать комплимент Ройалл по поводу ее костюма.
У Ройалл не было причины оскорбиться отсутствием восторга с его стороны относительно ее внешности. Наоборот, она, как всегда, восхищалась этой парой и радовалась глубокой любви, которая была между супругами.
* * *
Карета свернула на круговую подъездную дорожку к дому Паррадеев, где должен был состояться бал. Движение экипажей внезапно застопорилось.
— Алонзо, я должна быть в первом ряду. Меня как знатока искусства обязали оценивать костюмы.
Алонзо Куинс посмотрел на свою жену и улыбнулся.
— Насколько я могу судить, мы застряли тут на некоторое время. Почему бы вам с Ройалл не выйти из кареты и не пройти к парадному входу пешком. Здесь же совсем недалеко.
