Мелас только 13 числа сосредоточил свою армию. На следующий день он с рассветом перешел с 35 000 Бормиду и стремительно атаковал нас. Дивизия Гарданна принуждена была отступить; Виктор принял ее и расположил на правом фланге дивизии Шамбарлака, выстроенной в одну линию от деревни Маренго до Бормиды. Генерал Гаддик с правым флангом австрийцев развернулся против позиции Виктора в две линии. Кайм, командовавший центром, стал косвенной линией на левом фланге Гаддикка. Отт был направлен против Кастель-Чериоло; резерв, под начальством Эльсница, остался позади правого фланга на дороге, ведущей из Маренго в Алессандрию; но две трети его кавалерии были весьма некстати отряжены к югу от Алессандрии по дороге к Акви, для наблюдения за Сюше и Массеной.
Мы не были в готовности принять сражение. Я поспешил расположить свои уступы так, чтоб они взаимно могли друг друга поддерживать, и отозвал Дезе из Ривальты к Сан-Джульяно. В 10 часов утра я уже должен был ввести Ланна в линию на правом крыле Виктора, которого Кайм готов был взять во фланг. Виктор упорно защищал переход через ручей Барботту, на берегу которого лежит Маренго: с обеих сторон открыли живой, убийственный огонь: австрийцы теряли много людей, и Мелас пустил в атаку половину оставшейся у него резервной кавалерии. Эта отдельная бригада была опрокинута в болотистый ручей, и неприятель, имевший вдвое более кавалерии, чем мы, уже в начале битвы был лишен ее действия на том пункте, где она могла бы решить победу. Ланну удалось удержать центр неприятеля; но между тем Отт прошел за Кастель-Чериоло, подкрепленный кавалерией центра под начальством Фримона и угрожал обходом нашему правому флангу. Я противопоставил ему моих гвардейских гренадер. Эти восемь сотен храбрых, подавшись вперед по равнине между Кастель-Чериоло и Виллановой, построились в каре, подобный неприступному редуту, и отбивали повторные атаки австрийских эскадронов. Пользуясь славным сопротивлением этого отборного войска, я отрядил 5 батальонов из дивизии Моннье к Кастель-Чериоло, чтобы вытеснить засевшую там неприятельскую легкую пехоту. К несчастью, стремительная атака австрийцев на левый фланг дивизии Моннье отделила этого генерала от части войск его, принудила примкнуть к Ланну, оттеснила левую фланговую бригаду, и заставила, таким образом, и бригаду Карра-Сен-Сира(15) следовать за движением всех лишив то самое время, когда застрельщики ее уже вторгались в Кастель-Чериоло.
Однако же кратковременное занятие этой деревни дало моему правому флангу опорный пункт и восстановило дела мои на этом крыле. Зато на левом фланге они шли хуже. Виктор, несколько часов сопротивлявшийся усиленным атакам неприятеля, не мог долее держаться; левый фланг его отступил и потерял опору Бормиды; центр был прорван и весь корпус его опрокинут в беспорядке на Сан-Джульяно. Поражение левого крыла моего, открыв фланг Ланна, заставило его также начать отступление, которое он и произвел в большом порядке по направлению на Гилину.
Уже победные клики раздавались в рядах австрийцев. Все мои генералы, и в особенности Бертье, считали сражение проигранным. Но Дезе и я думали иначе. Быстрыми шагами приближался Дезе к Сан-Джульяно; 6 000 свежего войска, которые он мне вел, должны были сделать чудеса под предводительством такого начальника. Я употребил все возможные усилия для замедления отступления моего левого фланга, чтобы дать Дезе время прибыть на поле сражения. После кратковременного отдыха неприятель снова начал сильно наступать; но ошибка, которую сделал Мелас, лишив свой правый фланг кавалерии и отрядив ее против Сюше и Массены, лишила его возможности преследовать нас с должного стремительностью и собрать трофеи победы; если бы эта кавалерия могла быть употреблена для преследования Виктора, она привела бы всю армию мою в величайшее расстройство и доставила бы австрийцам неотъемлемую победу.
Наконец, к 5-ти часам вечера Дезе дебушировал из Сан-Джульяно и выстроился впереди этой деревни; Ланн занял позицию косвенною линией между правым флангом Дезе и Виллановой; каре моей гвардии связывало оконечность линии Ланна с Кастель-Чериоло. Кавалерия Шампо построилась за Дезе, а Келлермана — за интервалом между Дезе и Ланном. Виктор старался собрать свои батальоны сзади и левее Дезе. Наступающий неприятель растягивался более и более с обоих флангов. Левое крыло его под командой Отта уже достигло Виллановы; центр его, остановившись на короткое время на высотах Гуаско, готовился наступать к Сан-Джульяно, а правый фланг дебушировал из Кассина-Гроссы. Мелас так был уверен в победе, что поспешил в Алессандрию для отправления известия в Вену и Геную об одержанном им успехе, приказав своему начальнику штаба Цаху(16) продолжать наступление походными колоннами по большой дороге в Тортону и собирать плоды победы. Нисколько не сомневаясь в успехе, Цах двинулся уступами весьма отдаленными один от другого. За первым уступом, состоявшим из 5 000 отборнейших войск под личным его начальством, следовали на четверть льё расстояния другие три, под командой Кайма, Белльгарда и Эльсница. Как только голова колонны достигла Сан-Джульяно, моя замаскированная резервная артиллерия открыла сильный огонь и распространила смерть в рядах неприятельских; в то же время Дезе произвел стремительную атаку; к несчастью, одна из первых пуль поразила в грудь этого храброго генерала и лишила Францию одного из преданнейших сынов ее, а меня — одного из любимейших сподвижников. Солдаты наши, озлобленные смертью своего знаменитого начальника, удвоили усилия; неприятель, спешивший навстречу верной победе, остановился в изумлении. Келлерман воспользовался этим мгновением и атаковал его с фланга четырьмя эскадронами. Приведенная в беспорядок неприятельская колонна смялась в кучу и передняя часть ее, отрезанная и окруженная, положила наконец оружие. Войска наши, пользуясь этим успехом, двинулись вперед. Келлерман, предоставив пехоте собирать пленных, поспешил на встречу отряда Кайма, следовавшего за Цахом на четверть льё расстояния; блистательная кавалерийская атака, выполненная своевременно и неожиданно, произвела здесь тот же беспорядок. Австрийцы в смятении обратились в бегство. Резерв их старался удерживаться в Маренго, но без успеха: ничто не могло остановить стремительного напора наших войск. Неприятель был принужден перейти Бормиду в величайшем беспорядке, оставив нам 8 знамен, 20 орудий и 10 000 пленных.
Генерал Отт, дошедший между тем до Гилины, мог почесть за счастье, что успел возвратиться к Кастель-Чериоло, уже занятому нашими застрельщиками, и не без затруднения отступил к мостовому укреплению на Бормиде.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
