– Далеко не все, – зевнул Денис. День сегодня выдался жаркий, и он с тоской подумал о пляже. – Многого не знаем совсем. Вот если бы получить доступ к компьютерной сети Вооруженных сил Европы...
– Помечтай-помечтай, – язвительно отозвался Бакаль. – Кто у нас главный хакер?
– Ну, не настолько же, – вяло огрызнулся Денис. – Хотя специалиста можно и нанять. Деньги у нас есть.
– Не хватало попасться на шпионаже. – Тан резко встал, прошелся по комнате, сунув руки в карманы светлых брюк. – Что мы там найдем? Еще одно подтверждение феномена Бороздича о короткоживущих локальных изменениях земной коры? В таких зонах – аномальное изменение гравитации, подвижки почвы, энергетические выбросы. Короче, все то, что мы сами на себе испытали в Елюю Черкечех. Только там этот эффект носит постоянный характер. Что-то я не заметил на Вилюе никаких военных специалистов.
– Еще бы, – отозвался Денис. – Ортодоксальная геофизика не признает сам факт существования таких зон. Что там делать нормальным ученым?
– Может быть, и «дрейф нуля» они не признают? – язвительно заметил Бакаль.
– Ну, это-то не признать трудно. С «дрейфом» сталкиваются почти все специалисты, работающие с высокоточной измерительной аппаратурой. При тонких метеорологических измерениях ошибки повторяются с неизменным постоянством. Поэтому и не приходится говорить о стабильном окружающем пространстве, как принято почему-то считать.
– Но вернемся к аркам Долины Смерти, – напомнил Тан. – Если мы все же наблюдали электромагнитный приемник и передатчик, то вот вам и постоянные возмущения атмосферы, вот вам и «дрейф нуля» и прочие аномальные явления.
– Тогда и эффект радиоэха можно запросто объяснить. – Денис звонко щелкнул пальцами, как кастаньетами.
– Это каким же образом?
– А таким, что становится понятно, почему радиосигналы возвращаются на Землю эхом, словно с разной периодичностью их отражает какое-то космическое тело.
– Еще Брейсуэлл предположил, что это происходит из-за того, что вокруг Земли вращается невидимый инопланетный зонд.
– Ну-ну – подзадорил Бакаля Денис.
– Что «ну-ну», – с неудовольствием повторил тот. – Вращается, и все.
– Эх ты, аналитик, – с сожалением констатировал Денис. – Мы же с этого начинали. Еще в Долине Смерти Тан говорил о неизвестном космическом источнике, направляющем на землю поток мощных энергетических частиц, и о том, что он до сих пор не обнаружен. Вполне вероятно, что он находится на том самом невидимом зонде.
– Тогда все сходится, – задумчиво пробормотал Тан. – Но остается непонятным одно: Фрогг не говорил о внеземном происхождении генератора. Он говорил, что его похитили из будущего. Что же тогда получается – и зонд из будущего, и арки в Елюю Черкечех? Не многовато ли?
– И мне непонятно. – Денис тоже встал, выглянул в окно. Трава на давно не стриженном газоне поникла от жары, стала пыльной. – Пойду приму душ. Вы тут порассуждайте еще, если хотите, я потом вернусь.
По пути Денис завернул на кухню, открыл холодильник и взял с полки влажный, покрытый капельками конденсата пакет с апельсиновым соком, потом, подумав, достал из шкафа бутылку «Шатоне» и направился к себе. Стакан вина – душ, подумал он. Еще стакан вина. И какой-нибудь детектив. А вечером надо бы вытащить всю компанию из дома куда-нибудь на люди. Посидим в кафе у моря, поглядим на закат. Совсем мы тут отупели взаперти.
Поставив на стол пакет и бутылку, Денис первым делом выключил кондиционер – воздух переохладился, так и простыть недолго – и направился в душ. Установив контрастный температурный режим, Денис с удовольствием встал под упруго бьющие струи и замер.
Сейчас взбодрюсь, подумал он. Две минуты горячей, две минуты холодной. Потом еще разок. Потом водный массаж. Как огурчик буду.
Пластиковая стенка душа задвигалась автоматически. В ограниченном пространстве, заполненном душным паром, Денис чувствовал себя, как в коконе. Но вдруг шторка плавно поехала в сторону и, щурясь через стекающую на глаза воду, Денис увидел Шаки. Одежды на ней не было совсем, зато на подносе перед собой она держала два бокала вина и крупную кисть винограда.
– Шаки! – укоризненно крикнул Денис. – Зачем ты сюда? Я голый!
– Я тоже, – голос Шаки звучал глухо, словно она простыла. – Хочешь вина?
В этот момент горячая вода сменилась холодной. Пар мгновенно рассеялся, и Денис невольно обхватил себя за плечи руками.
– Ты стесняешься, как девушка, – рассмеялась Шаки и поставила поднос прямо на пол, не обращая внимания на то, что бокалы заливает из душа. Скоро по полу побежали розовые струйки. – Ты меня боишься?
– Да нет, – замямлил Денис, невольно отмечая, какая красивая у Шаки грудь, как вызывающе торчат бледно-розовые соски, а по гладкому животу пробегает мелкая дрожь. – Но зачем?
– Затем, – вновь глухо сказала Шаки и вдруг припала к Денису так, что он ощутил ее всю, гибкую и сильную.
Шаки просунула руки Денису подмышки, крепко обхватила за спину и неумело прижалась губами к его рту.
Дальше Денис не сопротивлялся. Неся Шаки на руках к постели, он еще отметил про себя, что вся эта сцена выглядит неестественно и комично – он впервые подвергся подобному сексуальному нападению и чувствовал себя неловко. Отступить было невозможно, а не уступить – глупо. Но потом он забыл о своих мыслях, забыл настолько, что, очнувшись, почувствовал возвращение к реальности, как после глубокого обморока.
Шаки лежала рядом, бесстыдно раскинувшись на белой простыне, на которой растеклось крупное красное пятно, как от раздавленного винограда, на ее губах застыла несмелая улыбка.
– Ты... – приподнявшись на локте и глядя на пятно, сказал Денис. – Ты...
– Да, дорогой, – тихо сказала Шаки и вдруг удовлетворенно рассмеялась. – У меня раньше не было мужчин.
– А как же... – начал было Денис, но осекся.
– Развратные африканские нравы, да? – поддразнивая его, сказала Шаки. – Ты это имел в виду? Но не забывай, в прошлой жизни я была колдуньей. Меня боялись. А я хотела жить как все. Но не могла.
– Почему ты выбрала меня? – чувствуя себя подлецом, спросил Денис.
Еще не договорив, он понял, что этого спрашивать не следует, но было уже поздно.
– Потому что я тебя люблю, – просто сказала Шаки и озорно блеснула глазами. – Кажется, что люблю. Или люблю на самом деле. Но ведь это неважно. Тебе было хорошо?
– Да, – признался Денис.
– Мне тоже, – теперь уже совсем как прежде рассмеялась Шаки. – Пойдем в душ?
22. Шаки
Бабушка говорила Шаки, что она может полностью утратить свой дар колдуньи, став женщиной. Что этого следует опасаться. Не каждому дано сохранить свое тайное умение после такого, казалось бы, естественного желания создать семью. Но это уже случалось со многими колдунами. И, бросая робкие взгляды на старающихся ее избегать мужчин, Шаки иногда думала: да, обычная жизнь не для нее, не нужна ей никакая любовь, если она потеряет дар видеть невидимое, подчинять своей воле людей и животных и разучится летать. А теперь об этих глупостях ей даже и вспоминать не хочется. Какая наивность, какое детство!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
