– Кто такие? Зачем прибыли?
На переговоры, естественно, вышел Сунна, который представил нас гостями Его величества Таваха.
– Мы направляемся к берегам Джанджомы, а по пути решили сообщить Его величеству о наших успехах.
Сунна, как я поняла, был уважаемым молодым человеком в этом городе. Потому что после его слов, стражи медленно открыли перед нашим кораблем ворота, а когда вода заполнила порог, мы смогли войти в город.
Медленно проплывали мимо нас невысокие белые домики бедноты, украшенные пестрыми мозаиками особняки знати. И с нескрываемым восхищением я любовалась высоким дворцом на западном берегу. Туда мы и отправимся, когда устроим «Стрелу» в порту. Вдоль берегов медленно прогуливались невысокие южане в белых одеждах. Усатые коренастые мужчины вели под руки закутанных в разноцветные покрывала жен. Незамужние девушки щеголяли в полупрозрачных нарядах. Странно, но факт: эти тоненькие красотки в блестящих лифах, парчовых кототеньних юбочках с длинными прозрачными оборками не сегодня, так завтра окажутся отданными замуж за кого-нибудь из этих веселых пареньков. Например, за одного из той компании, что на восточном берегу кидают сухари в воду. И преобразится мальчишка в красных шароварах и расстегнутой жилетке, облачится в длинный белый халат. Странное место и очень неожиданные традиции.
– А вот там на лавочке сидит вдовец, – показал нам Сунна.
Только Кани было совершенно неинтересно посмотреть на худого мужчину, который, сидя на скамейке, вдыхал пары, как объяснил наш местный житель, кальяна.
– Это он так пытается вызвать к себе душу умершей супруги.
Я вспомнила, как несколько южан в Утара вдыхали пары рами из подобных кувшинчиков. Делали они это как раз рядом с тем столиком, за которым сидели мы с Сорро. И мне тогда стало очень плохо.
– Дурацкие традиции. Неужели никто по любви не женится?
– Почему же? – пожал плечами воришка. – Каждый может жениться по любви. Но только если женщина не вышла замуж до восемнадцати лет, то ее против воли отправляют на ярмарки невест. А то если она не выйдет замуж до двадцати пяти, то ее сочтут никчемной и выдадут за шакалов. И это не народ придумал, это так танри прописали в нашем законе.
Жестоко. Не намного лучше, чем на Негара. Наверное, чем южнее земли, тем более странные законы придумывают эти высшие. К полудню мы пришвартовали наше судно в порту и сошли на землю.
Как и в Бате, к нам было подбежала толпа воришек, но Сунна тут же разогнал их, украв у одного из парнишек штаны. Пристыженный щипач мигом скрылся за ближайшим углом, да и остальные мигом ретировались. Зато… о, ужас, пока мы разбирались с ворами, куда-то исчезла Кани.
Она стояла рядом со мной и вдруг я обнаружила вместо нее пустое место. Был человек и испарился. Тут же я получила от спутников укор: «Мы же тебе говорили…» А дальше с вариациями: она лишь попутчик, наемница из Централи, хитрая интриганка, разведавшая все и вся о целях нашего путешествия.
Да, нехорошо получилось. Я, рассказала врагам обо всем, что мне известно. Я дура с куриными мозгами, как назвали меня давеча друзья.
– Но почему она тогда нас не убила? – удивилась я.
– Очень просто, – хихикнул Сорро, – не пришло еще время расправиться со мной, Сунна и тобой. Потому что…
Он посмотрел на толпу зевак-встречающих и молча прошел мимо них в тот переулок, куда нас уже давно звал Сунна.
– Почему? – не унималась я, когда гладила приютившуюся у меня на плече Ню.
– Элементарно, Лика, – на лице разбойника играла зверская улыбка, – мы единственные, кто может взять в руки легендарные артефакты. Она скорее заманит нас в Град, использует как инструмент в своих жестоких планах, и лишь потом убьет или отправит в другой мир.
– А что, другие миры существуют? – в моих глазах разгоралось любопытство.
– Почему бы и нет, – сказала Рэтти, – за Краем все может быть. Думается мне, что там намного лучше, чем в Инселерде, раз оттуда еще никто не вернулся.
– Или намного хуже, – вздохнула я.
– Выше нос – приказал нам Сунна, и мы продолжили подниматься ко дворцу Таваха.
К счастью нашему, мы не опоздали. Убийца еще не прибыл ко двору. Малек, его прекрасная жена и юная принцесса Захра, как представил ее нам Сунна, встретили нас в роскошном тронном зале и накормили поистине королевским обедом. Давно я не ела душистого мяса быка со сливами, политого оливковым маслом. А ароматные красные вина в последний раз я пила только в Нордстерне, потому что на Негара этот напиток был по строжайшим запретом высших.
Правители южных земель – гигантоманы. Им нравились просторные высокий дворцы, все залы которых украшены желными лотосообразными колоннами. Взглянув по своды, начинаешь думать, что попал в сказочный сад, в котором растет и постоянно цветет несколько сортов лотосов, а среди них живут рыжие кошки.
Пока я разглядывала причудливые рописи на потолке, сын фаворитки, которую я, кстати, так и не увидела, поведал правителю обо всех наших догадках и не упустил даже случай с Кани.
– Если та женщина и несет в себе опасность для Инселерда, – уверенно заявил король, – то мы должны встретить ее во всеоружии. И у меня для этого есть план.
Господин Тавах предстал передо мной идеальным правителем своего государства. Во мгновение ока он успел придумать хитрый план, как ускорить прибытие убийцы во дворец.
– На воле мы ее поймать не сможем, – закончил он свою речь. – А в стенах дома королевского – труда не составит. Особенно, когда на нашей стороне такой сильный человек, как Красная Бандана и такой проворный юноша, как мой Сунна.
Я заметила, что воришку король всегда называл «своим», на что его супруга и молоденькая Захра всегда отвечали недобрыми полными зависти взглядами. И я, кажется, кое-что поняла. Возможно, Сунна не понимал этого или не хотел видеть. Но, по-моему, оно было настолько очевидно, что принцесса с маликой просто насмехались над наивным юным дипломатом Таваха.
К вечеру «Огненная стрела» покинула город. Судно провожали громко, с песнями, обращенными к танри. По городу пустили слух, будто на бригантине с севера приплыли демоны, которые вознамерились уничтожить сложившиеся веками обычаи южных земель. Две девушки: рыжая и златовласая, Красная Бандана и несколько наемников, стояли на носу, с достоинством выслушивая все обидные слова в свой адрес и ничего не предпринимая.
Песни орали настолько громко, что все, находящиеся на «Стреле», слышали их до самого выхода из южной бухты. И только, когда судно завернуло за горный западный берег, можно было вздохнуть спокойно. Тишина и благодать!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
