Читаем без скачивания Предпоследняя истина - Филип Дик

Он вышел. Уэбстер Фут продолжал смотреть фильм в одиночестве.

Двенадцать фигур шагают, пробираясь сквозь развалины. Бывший подземный житель явно выбился из сил, а второй человек - несомненно Дэвид Лантано. И все же, как сказал Ценцио, человек этот явно среднего возраста. Странно, сказал себе Уэбстер Фут. Вероятно, в этом виновата радиация. Она убивает его, и смерть избрала себе такую личину: преждевременную старость. Лучше бы Лантано убраться оттуда, пока не поздно, пока еще можно что-то сделать.

– Вот видите, - Ценцио принес досье на Лантано, включил верхний свет, остановил проектор. - Он родился в 2002 году. Значит, ему двадцать три года. Так что этот человек, - он снова выключил свет, - не Дэвид Лантано.

– Его отец?

– Согласно досье, его отец умер еще до войны.

Ценцио под небольшой настольной лампой продолжал читать сведения, собранные их корпорацией на йенсениста Дэвида Лантано. Интересно, что Лантано бывший житель убежища. Как-то в один прекрасный день он вышел из развалин Сан-Франциско и попросил убежища в одном из жилых комплексов Рансибла. Его отправили, как это принято в таких случаях, в Берлинский психиатрический институт миссис Морген. Она обнаружила, что он необыкновенно талантлив, и посоветовала Агентству принять его на работу, дав испытательный срок. Он начал писать речи и занимается этим до сих пор.

Очень талантливые речи, сказано здесь.

– Это он на экране, - сказал Уэбстер Фут, - радиация убивает его. И жадность. Он стремится стать владельцем поместья, и Агентство лишится талантливого составителя речей, а он - своей жизни.

– У него жена и дети, так что он не бесплоден. Они вместе, всей семьей, вышли из развалин Сан-Франциско. Это трогательно.

– Вероятно, они тоже умрут. Еще до конца этого года. Включи снова проектор, мой мальчик.

Послушный Ценцио снова включил проектор. Бывший подземный житель плелся позади всех. На какое-то время оба человека скрылись за большим полуразрушенным зданием, потом снова вышли из-за него на свет Божий; железки по-прежнему следовали за ними гуськом.

Неожиданно Уэбстер Фут воскликнул:

– Господи, да что же это такое? Останови проектор!

Ценцио выполнил его приказ, фигуры людей и железок замерли на экране.

– Можешь увеличить изображение одного только Лантано? - спросил Фут.

Ценцио умело настроил систему увеличительных линз, манипулируя точной и приблизительной наводкой; человек, первый из двух, более смуглый, заполнил собой весь экран. Несомненно, он был молод и обладал недюжинной силой.

Ценцио и Уэбстер Фут встревоженно переглянулись.

– Так-то, мой мальчик, - наконец выдавил из себя Фут. - Этот кадр полностью отвергает россказни о радиации.

– Он так и должен выглядеть. Как сейчас. Это согласуется с возрастом, указанным в досье.

Фут сказал:

– В хранилище передовых видов оружия в Агентстве, в Нью-Йорке, хранится некое оружие, работающее по тому же принципу, что и машина времени. Оружие это они используют как своего рода зонд для забрасывания в прошлое различных предметов. Доступ к нему имеет только Броз. Однако то, что мы видим, свидетельствует, что Лантано завладел этим оружием или его модификацией, изготовленной в Агентстве. Я полагаю, что стоило бы вести за Лантано непрерывное наблюдение при помощи видеокамеры, если только это технически возможно. Сможем встроить видеокамеру в железку из его ближайшего окружения? Я понимаю, это рискованно. Но если он ее и обнаружит, то все, что он сможет предпринять - это разбить ее вдребезги. А узнать, кто ее установил, ему не удастся. А нам нужно сделать всего лишь несколько снимков, буквально несколько!…

Тем временем фильм закончился, проектор издал звонок, фигуры остановились. Ценцио включил свет, оба встали, потягиваясь и разминаясь.

– Какие несколько снимков? - поинтересовался Ценцио.

– Фотографий Лантано, чтобы увидеть, насколько старым он становится тогда, когда из юноши вдруг становится стариком.

– Может, мы уже это видели?

– А может быть, и нет. Знаешь, - вдруг сказал Фут, неожиданно оказавшийся во власти своих экстрасенсорно-интуитивных прозрений, - этот парень не белый, он негр или индеец, или кто-нибудь там еще.

– Но ведь индейцев больше нет, - сказал Ценцио. - Вспомните статью накануне войны: программа переселения народов привела к тому, что все индейцы попали на Марс; все они погибли в первый же год войны, которую сначала вели только на Марсе, а те из них, кто остался на Земле…

– Однако вот один из них, - оборвал его Фут, - и в этом нет никаких сомнений. Совсем необязательно сохраниться нескольким десяткам, чтобы утверждать, что перед нами один из них, на которого прежде не обратили внимания.

В комнату вошел один из лаборантов:

– Мистер Фут, позвольте вам доложить о портативном телевизоре. Том самом, который вы приказали вскрыть.

Фут сказал:

– Вы открыли его, и он оказался обычным довоенным цветным объемным телевизором марки "Филко 3-Д".

– Мы не смогли его открыть.

– Использовали резцы из рексероида?

Резцами из рексероида, который привозили с Юпитера, обычно удавалось разрезать все что угодно. Эти резцы хранились в лондонской лаборатории как раз для таких случаев.

– Корпус этого телевизора не иначе как рексероидный, резцы углубляются в него на сантиметр, потом это вещество сжирает кромку резца, и тот выходит из строя. Мы заказали еще несколько таких резцов, но их придется доставить с Луны, на более близких складах их не оказалось. Ни у кого из йенсенистов их нет, даже у Айзенблада в Москве. А если бы они у них и были, они все равно не расстались бы с ними. Вы же знаете, как йенсенисты соперничают между собой. Они побоятся, что если одолжат вам…

– Не нужно читать мне проповедь, - попросил Фут, - постарайтесь еще.

Корпус этой машины я рассматривал лично: это не сплав, а пластмасса.

– Тогда это такая пластмасса, с которой мы никогда раньше не сталкивались.

Уэбстер сказал:

– Несомненно, это передовое оружие из секретных хранилищ Агентства, до которых, однако, кто-то все-таки добрался. Оно было разработано в самом конце войны, и им так и не воспользовались. Разве вы не узнаете почерк немцев? Да это же "Гештальт-махер". Я с таким уже имел дело. - Он потрогал лоб. - Мне подсказывает эго нарост на моей лобной кости. Я просто убежден в этом. Когда вы вскроете ее, вы увидите устройства, которые оставляют следы крови и другие улики: волосы, обрывки тканей, отпечатки пальцев, имитацию человеческого голоса и волну головного мозга. - И, подумал он, вы увидите гомеостатическое острие, пропитанное цианистым калием. А это самое главное. - Вы пытались ее нагреть?