смотрела на него, затаив дыхание.
– Ты сказала, что боишься меня, – продолжал он тем же ровным тоном. – Но я тебе не верю. Ведь ты мой единственный друг. И знаешь что? Я не считаю, что я в чём-то провинился перед тобой. Да, я поцеловал тебя и насильно привёз сюда. А ещё я запрещаю тебе любить другого человека и не чувствую себя виноватым.
Ван Со достал из складок одежды серебряную шпильку с лотосом и синей бабочкой.
– Возьми, – протянул он украшение Хэ Су. – Я давно хотел тебе это подарить.
Но она не взглянула на подарок и жалобно прошептала:
– Я просто хотела помочь вам и не ждала от вас каких-либо чувств…
– Тогда беги от меня, если сможешь, – Ван Со взял её руку и вложил шпильку в ладонь. – И выброси это, если хочешь.
Он направился к ожидавшему в стороне коню и не смотрел, что сделала с подарком Хэ Су, потому что был уверен: она его не выбросит.
Ну кто бы мог предположить, что, возвращаясь во дворец, они встретят Ука и Чжона!
Увидев братьев на лесной дороге, Ван Со глухо зарычал: только их не хватало! Ему осталось не так много времени обнимать Хэ Су, ведь обратный путь всегда короче. Он даже не торопил коня, чтобы растянуть это время, чтобы чувствовать её сердцебиение и дышать запахом её волос. Принц иногда склонялся к Хэ Су и будто бы случайно касался губами её виска или щеки при резком повороте или на взгорье. Она лишь вздрагивала, а у него внутри разливалось медовое тепло, и губы хранили сладость прикосновения.
Нет, он больше не станет извиняться. Не станет нерешительно смотреть в её окна. Не станет ждать.
Хэ Су принадлежит ему! Она только его! И он не намерен ни отдавать её кому бы то ни было, ни мучиться сомнениями, ни запрещать себе что-либо.
Она – только его, и ничья больше!
Поэтому, наблюдая, как спешивается Чжон, а за ним Ук, Ван Со изо всех сил давил в себе раздражение и рукой с поводьями закрывал Хэ Су, отгораживая её от братьев.
Как они разнюхали, что он увёз её из дворца?
– Су! – бросился к ним Чжон, в то время как Ук смотрел в глаза Со так, что четвёртому принцу вдруг вспомнилась зимняя ночь и волки, окружившие его на снегу. Они смотрели на него так же, как и восьмой принц сейчас: оценивая его намерения, не скрывая ни настороженную злобу, ни холодную угрозу, прикидывая, с какой стороны и как лучше напасть, чтобы легче и быстрее покончить с ним.
– Как вы здесь оказались? – ахнула Хэ Су. – Неужели во дворце меня уже ищут?
– К счастью, только Ук и я в курсе, – успокоил её четырнадцатый принц. – Но скоро другие заметят твоё отсутствие. Нам нужно поторопиться!
Он потянулся к Хэ Су, чтобы снять её с коня.
Плечи Ван Со тут же напряглись, а руки перехватили поводья, заставляя жеребца дёрнуться в сторону от брата.
Он её не отдаст!
И при этом Ван Со даже не смотрел на Чжона. Он всё так же впивался взглядом в бледное ненавидящее лицо Ука, который до сих пор не произнёс ни единого слова.
– Ты что делаешь? – удивился Чжон, в недоумении разводя руками.
– Это я увёз её из дворца, – соизволил посмотреть на него Ван Со. – И я верну её обратно.
– Если люди увидят вас вместе, начнут распускать слухи, – наконец-то открыл рот Ван Ук. – А это очень плохо, Су.
«Да неужели? – оскалился волк внутри четвёртого принца. – А если её увидят с тобой или Чжоном, то, можно подумать, слухов не будет, да? Что ты несёшь!»
Почувствовав, что Хэ Су колеблется, Ван Со выпрямился, прижимая её к себе локтями:
– Его Величество предоставил её мне. И я позабочусь о ней.
– Ты позаботишься? – вздёрнул брови Ук.
Его неприкрытый сарказм вызвал в душе Ван Со всплеск злой обиды.
Два брата смотрели друг на друга так, что даже Чжон, который ещё не растерял наивной веры в братскую любовь и уважение, ойкнул и отступил на шаг. Воздух между ними начал стремительно уплотняться и грозоветь, и кто знает, во что бы вылилось безмолвное противостояние их взглядов, если бы Хэ Су вдруг не сказала:
– Я поеду с принцем Ван Со.
Это неожиданное заявление поразило всех, включая четвёртого принца, который был внутренне готов к тому, что Хэ Су будет вновь просить отпустить её, особенно после всего, что между ними произошло в эту ночь.
Ван Со насторожился. Почему она вдруг решила поехать с ним, ведь совсем недавно умоляла оставить её в покое? Боялась, что он сорвётся и устроит драку с братьями? Поэтому она так сказала? Беспокоилась за Чжона и Ука, которых в схватке он смог бы победить без особых усилий? Или за кого-то одного из них в особенности?
– Не переживайте за меня, – между тем продолжала уговаривать Ван Ука Су. – Он же сказал, что позаботится обо мне. Всё будет в порядке.
Почему же она вдруг выбрала его?
– Ты отправишься с ним? – недоверчиво переспросил восьмой принц.
– Да.
Ван Ук с явным усилием перевёл взгляд на Ван Со:
– Сдержи своё слово. Она не должна пострадать.
– Я тоже этого не хочу, – четвёртый принц сказал это главным образом для Хэ Су, а не для брата, убеждать которого у него и в мыслях не было. Ему было важно успокоить её, а на Ван Ука – плевать.
Но, несмотря на это, весь оставшийся путь Ван Со думал только о нём.
Он вспоминал, как Ук смотрел на него там, в бамбуковом лесу, в ночь церемонии изгнания духов, требуя отпустить Хэ Су. Вновь слышал, как Ук говорил ему после того, как Ван Со спас её от наказания принцессы: «Ты сказал, что она твоя. Ты ошибаешься. Здесь ничего не принадлежит тебе. И Ён Хва, и Хэ Су – мои». Перед его глазами опять возникло лицо восьмого принца, когда он видел их с Хэ Су под снегом…
Ван Со приходили в голову и другие взгляды и слова Ван Ука, и это всё ужасно ему не нравилось. Он скрипел зубами, сильнее натягивал поводья и старался переключиться на что-нибудь другое. Но мысли о
