Пискнул негромко замок, и входная дверь с мягким шелестом вновь отъехала в сторону. На пороге возникла всё та же девушка. Папка на сей раз была зажата у неё подмышкой, а в руках оказался чистый стакан и бутылка воды. На пластике не значилось ни этикетки, ни каких-то других отличительных знаков, кроме метки самого материала. Всего через несколько секунд девушка ловко поставила перед Ирнестом стакан с прохладной водой, а чуть поодаль — бутыль. На запотевших стенках остались следы её пальцев — крохотные капельки скатывались вниз, стекая на матовое покрытие стола.
— Спасибо, — Ирнест попытался улыбнуться и поднёс стакан к губам.
Несмотря на нелепые подозрения, скребущиеся где-то в подсознании, вода оказалась всего лишь водой как на запах, так и на вкус, разве что на языке осталось ощущение чего-то знакомого. Сразу стало легче дышать, стоило живительной влаге прокатиться по горлу. Ирнест почувствовал себя готовым прождать окончательно запаздывающего профессора ещё столько же, но этого и не потребовалось.
— Кара, девочка моя, можешь идти, — прошамкал Филипп, заглядывая в каморку, как только дверь в очередной раз скрылась в стене.
— Да, конечно, — девушка подскочила с места, бросив последний тревожный взгляд на Ирнеста, и скрылась в коридоре.
— Не вздумай сразу в отдел идти, ты помнишь? — прокричал ей вслед Филипп, высовываясь за дверь.
— Да-да, — глухо прозвучал голос Кары, по всей видимости, успевшей отойти на достаточное расстояние. — Сразу же в душ.
Филипп вздохнул и покачал головой, возвращаясь в комнату:
— Ну, как ты тут? Извёлся весь поди?
Ирнест вопросительно поднял брови — из головы никак не шёл последний обмен репликами, — но всё же решил, что спрашивать о едва ли не подслушанном разговоре невежливо. Филипп захихикал и поманил парня за собой:
— Пойдём, нас уже ждут.
Ирнест залпом допил воду, стакан с которой всё ещё держал в руке, и поспешил за старичком, что с необычайным проворством скрылся в коридоре. Голова немного кружилась то ли от духоты, то ли от приторных духов девушки, но передвижению это никак не мешало. Ирнест, разве что, с нетерпением уже ждал того момента, когда выйдет на свежий воздух.
Коридор казался пустым — длинные переходы с металлическими стенами, в которых не было ни дверей, ни каких-либо опознавательных знаков. После недолгой прогулки Ирнесту стало казаться, что он попал в западню. Он мотнул головой, припоминая слова Элли, — тот тоже описывал длинные коридоры, в которых не было никого и ничего. Вот только там студентов была целая группа, а Ирнест вынужден был идти в неизвестность совсем один. За стенами ему чудились неясные шепотки и далёкие звуки, опознать которые было просто невозможно. Филипп уверенно шёл вперёд, изредка чуть поворачивая голову в сторону, словно проверяя подопечного боковым зрением, но молчание нарушать не спешил.
Они шли недолго. В какой-то момент Филипп, наконец, вывел совершенно потерявшего чувство направления Ирнеста к неприметной, но уже знакомой на вид раздвижной двери.
— Вот и пришли, — хмыкнул старик и поднёс левое запястье к замку.
Эта комната была гораздо просторнее, чем первая, хотя половину её скрывала странная полупрозрачная плёнка — вторая часть казалась куда более освещённой, чем та, в которой они находились. Одну из стен почти полностью занимало нагромождение какого-то электронного хлама: все устройства казались мёртвыми, с торчащими проводами-внутренностями и оплавленными краями. Рядом со всем этим добром сидел, с ногами забравшись в кресло, молодой парень. Одна рука у него была перебинтована от середины ладони и почти до самого плеча, а вторая — левая — дёргано металась по листам бумаги, добавляя то здесь, то там неровные заметки. На писк двери парень не отреагировал совершенно — уши его были заложены чем-то, напоминающим самодельные наушники.
— Лео! Встречай гостей, — Филипп прошествовал в комнату, по-хозяйски подкатывая к себе второе кресло. — Лео!
Только после второго окрика парень вздрогнул и повернулся к вошедшим. В зубах у него оказалось зажато наполовину погрызенное яблоко. Цепко просканировав Ирнеста с ног до головы, Лео толкнулся здоровой рукой от стола, заставляя кресло подкатиться ближе к нему, и протянул ладонь. После официального рукопожатия, парень вновь отъехал на своё место перед разложенными заметками, всё также не произнося ни слова. Только сейчас Ирнест заметил несколько широких мониторов, темнеющих перед ним. Электроника в их краях не была так уж редка, но самому Исту доводилось работать на компьютерах только в университетских лабораториях, поэтому он заинтересованно принялся разглядывать обстановку, пытаясь понять, куда какие провода шли или для чего именно предназначался очередной странный прибор.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Филипп сверлил Лео тяжёлым взглядом, но терпеливо молчал, ожидая, когда хозяин комнаты сам обратит на гостей своё драгоценное внимание. Тот продолжал что-то чиркать в бумагах, периодически запрокидывая голову, шумно втягивая яблочный сок, который всё норовил потечь по подбородку. Через пару минут Лео всё-таки перехватил рукой огрызок и в несколько больших укусов прикончил его, щелчком отправляя веточку в стоящую под столом мусорку. Выдернув наушники, парень кинул их на стол и обернулся.
— Не ждал я вас так скоро, — возвестил он, утирая подбородок забинтованной рукой, и вдруг вновь подкатился ближе к Ирнесту: — Чёт ты не выглядишь удивлённым. Каменный, что ли?
Ирнест чуть нахмурился, невольно отступая на шаг. Филипп зашикал на разошедшегося парня:
— Умерь свой пыл, Лео. Ничего и не было.
— Это как так? — он во все глаза вытаращился на Ирнеста. — Что прям вообще не сработало?
Филипп качнул головой и нетерпеливо взмахнул рукой:
— Ты бы лучше делом занялся. Лис тебя точно съест! Ещё один промах, и…
— Понял — не дурак, — Лео делано сверкнул зубами, касаясь пальцами виска, и перевёл взгляд на Ирнеста: — Пошли, пацан, ща тебя препарировать будем.
Парень встал с кресла, который для Ирнеста уже казался его продолжением, и вразвалочку, немного сутулясь, двинулся к той самой плотной плёнке, преграждающей комнату. Ирнест кинул быстрый взгляд на Филиппа.
— Иди, не бойся, — фыркнул тот. — Резать не будут… Лео хоть и двинутый маленько, но дело своё знает.
— Я всё слышал, старик! — Донёсся из другой части комнаты недовольный голос, а через секунду там же что-то громыхнуло и монотонно зажужжало.
Ирнест осторожно двинулся в сторону отогнутого клеёнчатого края. Несмотря на заверения Филиппа, оставаться наедине с незнакомцем не хотелось. Тем более, тот чувствовал себя на закрытой территории куда свободнее, хотя и не казался слишком уж старше Ирнеста. Это настораживало.
— Раздевайся, — бросил Лео, копаясь в каком-то металлическом ящике, к которому тянулась связка проводов; второй ящик, больше похожий на узкий шкаф, уже мерно гудел рядом, перемигиваясь разноцветными индикаторами. — Там за ширмой место есть, если очень стрёмно.
Ирнест мазнул взглядом по идеально белым стенам и громоздкой капсуле, возвышающейся прямо по центру комнаты, и зашёл за небольшой в ярко-голубой цветочек кусок ткани, растянутый на двух стойках. За ширмой действительно обнаружилась невысокая скамья. Ирнест принялся расстёгивать мелкие пуговицы на пиджаке и рубашке.
— Всё снимай, — крикнул ему из-за усиливающегося шума Лео. — Тапки только надень.
Пальцы Ирнеста дрогнули на мгновение, но он послушно продолжил стягивать с себя форму. Так и подмывало высказать Филиппу всё насчёт его недавнего обещания. Говорил же, что в лабораторию не потащат… И что теперь? Ирнест не без труда отыскал под скамейкой тончайшие, огромного размера, белые тапочки. Даже его немаленькая ступня бултыхалась в них как горошина в стакане.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Ирнест выглянул из-за ширмы и нашёл взглядом Лео — тот уже расположился на одноногом табурете и достал откуда-то очередное яблоко. Только завидев готового к процедурам парня, Лео нажал на пару кнопок на длинной и узкой панели. Тихонько вжикнув, капсула, уже успевшая заинтересовать Ирнеста, раскрылась.
