class="p1">Патлы метались из стороны в сторону, будто ему на темя уронили тарелку заплесневелой лапши. Тони пулей влетел в замусоренный переулок, перескочил через кучку гнилой картошки и тряпья, под которой посапывал бездомный, и…
…Резко притормозил, когда вдалеке, перекрыв ему выход, вырос могучий, как бык, силуэт.
Одна рука была откинута в сторону. В пальцах была зажата дубинка.
Тони развернулся…
Побледнел.
Второй преследователь, ухмыляясь, неторопливо подбирался сзади.
– Попался в клещи, Блоха? Отдавай хабар!
…Нет, не зря Тони Блоха гордился своей смекалкой и живучестью. Стремительно оглядевшись, он приметил низ пожарной лестницы. Подпрыгнул, обезьянкой вскарабкался по ступеням и влетел в первое не заколоченное окно. Брызнуло стекло.
С улицы донеслась отборная ругань. Потом – скрежет старых ступенек.
Тони кувыркнулся, встал, огляделся.
Заброшенная комната, гниль, вонь и труха. Вперёд!
Хлопнула дверь, Тони выскочил на лестничную площадку…
Зашипел, увидев заблокированную хламом лестницу – и услышал, как позади него на пол посыпались остатки стекла.
«А вот сейчас ты влип».
Тони метнулся дальше по коридору, вломился во вторую заброшенную квартиру, дверь которой болталась на соплях. Подскочив к окну, чертыхнулся – намертво заколочено.
В отдалении послышались голоса. Тони вздрогнул и кое-как, сломанными стульями, заблокировал проход, понимая, что если это и поможет, то ненадолго.
Рюкзак с весело оскаленными черепушками полетел на замызганный пол. Встав на колени, Тони по локоть запустил в рюкзак руку, и стал метать наружу один предмет за другим. Ничего полезного не попадалось: золотые цепочки, соверены, статуэтки, брошки, пузатые кошельки…
Из первой квартиры, утробно ворча, выбирались его загонщики. Дело начинало пахнуть керосином.
Ни одного ножика, ни завалящего лезвия, только цацки, деньги, да эта тупая фиговина из псевдосеребра, которую так и не удалось никому продать!..
Старик Ювелир, увидев её тогда, лишь фыркнул, пустив на подбородок жёлтую от табака слюну.
«Занятная вещица, да и только. Ну, стрелка двигается. И что? Никакой ценности. Работай усерднее, Блоха!»
Работай усерднее… Осточертело ему работать на них и всё время делиться! Теперь он – сам за себя!
Тони чуть было не отбросил тяжёлый кругляш в сторону, но потом передумал. Стиснул в пальцах и встал сбоку от входа. Если получится им шарахнуть…
Тони прикусил корочку на нижней губе, слизнул выступившую кровь. Как же хочется выбраться, как же хочется выжить, убраться отсюда, далеко-далеко-далеко…
Потный палец сдвинул стрелку, что застряла между частью со звездой и звездой в кресте. В тёмном, словно бездонный колодец, стекле блеснула искорка. Тони, заметив её краем глаза, так удивился, что даже перестал прислушиваться.
В стекле взвихрился свет. Закружился по часовой стрелке, как кружится молоко в горячем кофе…
У Тони медленно отвисла челюсть. Он еле сдержался, когда предмет вдруг раскалился и обжёг ему пальцы.
Беззвучно положить на пол, присесть рядом…
Из чёрной глубины ударил свет. Целый столп – до протёкшего, пятнистого потолка. Тони проглотил рвущееся с языка дрянное слово. Сердце тамтамом забилось в тонкой, цыплячьей груди.
Шаги неумолимо приближались по коридору. Тони моргнул – и бессознательно вытянул пальцы вперёд.
Но дотронуться не успел. Потому что из света, из этого столпа, навстречу тоже выдвинулась рука: белая, как у фарфоровой балерины… но без аккуратных розовых ноготков.
Тони тупо смотрел, как пятерня, увенчанная когтями-кинжалами, хватает пространство. Как появляется вторая чудовищная длань. Как свет расширяется, словно раздвигаемый с той стороны…
И из него начинает вылезать нечто.
По изгаженному полу метнулись волосы – тёмные, будто водоросли, испачканные в нефти. Качнулось белое, как маска из папье-маше, лицо. Протиснулись, дрогнули и во всю комнату распахнулись чёрные крылья.
Тони Блоха истерически захохотал.
Позади затрещали раскидываемые стулья. Бандиты ворвались внутрь, торжествующе гогоча…
И увидели то, что для всех троих стало последним виденным в жизни.
***
От фонтана доносились возня, смешки и влажное чмоканье. На парапете сидели двое: франтоватый парень с кошачьими усиками над верхней губой и напомаженная девчонка ему под стать. Их приятели давно отправились по домам, но эта парочка так и не уходила, в полутьме продолжая обниматься…
…И, несомненно, искать приключения на свои модные задницы.
С высоты фонтана, изогнув жирное тельце и разметав каменные крылышки, прямо в них и так уже целился воинственный карапуз. Но это было отнюдь не самое страшное.
Дориан скривился, услышав новый смачный «чмок».
«Действительно раздражает. Теперь понимаю, зачем ей всё это. Но сколько можно выжидать?»
Дориан посмотрел время, недовольно цокнул языком. Убрав часы в карман, повёл шеей, отчего позвонки захрустели, как чипсы.
«Где ты? Ну где-е-е же-е-е ты-ы-ы?..»
Вдалеке, за пухлым плечиком щекастого Амура, вспыхнули два огонька – два рубина, что загорелись над крышей дома.
«Привет, Кира», – мрачно улыбнулся Дориан.
По черепице распласталась тень – чуть светлее, чем сама темнота. Но вот она вздыбилась, поднялась… Пониже красных огоньков блеснуло нечто овальное, зелёное, побольше…
И тень пантерой прыгнула с крыши.
Сальто в воздухе. Приземление. Всё без единого звука.
Влюблённые дурачки расхохотались, не зная, что смерть уже подкрадывается к ним, медленно вырастая за спиной…
Но тут Дориан выдвинулся из переулка, шагнул в кружок света от фонаря. И ухмыльнулся.
– Давненько не виделись, сестричка!
Пара вздрогнула, заметив его. Тень – тоже.
Девчонка огляделась и ойкнула, вдруг осознав, что поблизости больше никого нет. Ощутила смутную, необъяснимую угрозу и принялась тормошить парня.
– Пойдём отсюда, Ленни! Поздно уже, домой хочу. Пойдём!
Парочка торопливо встала и резво пошла прочь, взявшись за руки.
– Правильное решение, – прокомментировал Дориан, проводив их взглядом.
А после – глянул на тень, что стояла на противоположной ему стороне.
Она ненавидяще кривила тонкие, как пиявки, губы.
– Дориан Дрейк. Собственной персоной. А я ведь думала, что та ведьма давным-давно порвала тебя в клочья.
Дориан мило улыбнулся.
– Жив-здоров, как видишь. Если, конечно, можно назвать жизнью то мерзкое состояние, в коем я пребываю.
– Жаль…
Улыбка Дориана стала шире.
– Надеюсь, ты не в обиде, что тебя оставили без ужина?
В ответ тень зарычала и одним махом перелетела фонтан. Густой зеленью блеснул яркий, словно кошачий глаз, берилл на брошке у самого горла. Взметнулись каштановые пряди.
– Что ты здесь забыл? Чего тебе тут нужно? Это – моя территория! – плюясь, прошипела Кира в лицо Дориану.
Он не отодвинулся. Продолжил насмешливо смотреть сверху, глядя в красные, как подкрашенная ртуть, глаза. А ведь когда-то они были добрыми, изумрудно-зелёными…
Дориан прогнал воспоминание. Сел на парапет фонтана и жестом предложил Кире сесть.
Конечно, его никто не послушался.
– Говори, чего надо или проваливай!
– Нужна помощь. Твоя.
Одна бровь глумливо взлетела вверх. Совсем как, бывало, взлетала у него.
– Моя помощь?
