Широкополая кожаная шляпа Алика явно мешала их более быстрому продвижению по дороге, но зато частично спасала от дождя. Сдуть ее мог встречный ветер только вместе с головой — натянутая лямка шляпы резала подбородок. Но ведь за всякое удобство надо платить каким-либо неудобством. Волосы, однако, были уже совершенно мокрые, с них вода ручьями спускалась вниз и слетала на дорогу уже раздерганными ветром гроздьями крупных капель. Макушка Рябцева, в которую при сильном торможении Алик обязательно бы ударился своим подбородком, блестела мокрой лысиной, почти не заметной в сухую погоду.
Юрко Винничук ждал их в баре «Волшебный фонарь» на Федорова. Он сидел за барной стойкой с бокалом белого вина. Серые выглаженные брюки, начищенные черные утконосые туфли и бежевый свитер крупной вязки придавали ему необычную солидность. «В таком наряде водку не пьют!» — подумал Алик, одновременно заметив на вешалке мокрый черный плащ и внизу, на деревянном полу, лежащий в небольшой лужице воды свернутый зонтик.
— Юрко, — Алик представил старинного знакомого бывшему капитану.
— Рябцев, — представился тот и протянул руку.
— А имя-отчество? — поинтересовался Юрко Винничук.
Алик хотел было вставить быстро имя-отчество Рябцева в этот словесный момент знакомства, чтобы быстрее перейти к делу, но с удивлением понял, что не знает ни его имени, ни отчества. Ошарашенный, он «прыгнул» в память, но и там наткнулся только на комбинацию «капитан Рябцев».
— Пан Юрий, — заговорил Рябцев удивительно вежливо. — Я не пользуюсь, честно говоря, своим именем уже лет сорок, если не больше. Пока мать была жива, пользовался, а потом перестал… Дело в том, что я служил в КГБ.
— Во Львовском? — уточнил Винничук.
— Да, но мы к вам по другому поводу приехали… Давайте присядем, — предложил Рябцев и оглянулся на свободный столик у витражного окна.
— Вам что-нибудь взять? — спросил Юрко, переставляя свой бокал с барной стойки на выбранный столик.
— Кофе и пятьдесят грамм «Vana Tallin», — заказал Алик, расслабляя лямку и снимая шляпу.
Он повесил шляпу на вешалку рядом с плащом Винничука. Рябцев тоже снял плащ, встряхнул его так, что брызги воды усеяли пол вокруг.
— Мне тоже кофе, — сказал он.
— Тоже с ликером? — спросил Юрко Винничук.
— Нет, я за рулем. Мне лучше пятьдесят коньяка.
— Так что у вас за сенсация? — нетерпеливо проговорил Винничук, аккуратно перенеся на стол и кофе, и ликер с коньяком.
Рябцев, внимательно глядя в глаза писателю, четко и подробно рассказал свою теорию происходящих во Львове аномальных явлений. Юрко Винничук, слушая бывшего капитана, хмурился, иногда едва сдерживал губы от иронической улыбки. Рябцев не мог этого не заметить, и его голос под конец рассказа несколько обмяк. Алик поймал себя на мысли, что переживает за своего бывшего гэбистского «куратора». Ему хотелось, чтобы Винничук серьезнее воспринимал слова Рябцева, но одновременно вспомнились ему давние совместные пьянки, во время которых Юрко любил зло пошутить, всегда иронизировал, ничего никогда не воспринимал на веру и всерьез. «Может, надо было кого-то другого подыскать?» — подумал Алик. И снова «прыгнул» в память. Однако не было у него больше в запасе знакомых писателей.
— Да-а, — дослушав рассказ Рябцева и выдержав двухминутную паузу, выдохнул Винничук. — Однодневную сенсацию из этого можно было бы слепить…
— Пан Юрий, — перебил его Рябцев. — Спросите у Алика, он не даст соврать… Всё это происходит на самом деле!
— Может, у вас во Львове и происходит, а у меня в Винниках всё тихо и спокойно! — неспешно продолжил Винничук. — Ночные выбросы соленого воздуха или газа — это вот может быть интересно… Скорее всего какое-то подпольное производство или лаборатории… — Глаза Винничука постепенно загорались идеей. — Если лаборатория, или нарколаборатория работает, то должен накапливаться какой-нибудь газ… Они могут его задерживать до ночи, а ночью выпускать… Это уже интереснее. Или даже эксперименты с газом? — Винничук совершенно серьезным пытливым взглядом уставился в глаза Рябцеву. — А вы не помните, в советское время на территории города хранилось химическое оружие?
— Да везде оно хранилось, — Рябцев пожал плечами. — Потом его вывезли… Химическое оружие не пахнет, оно, если что не так, просто убивает… И запах у отравляющих газов другой, не йодистый…
— А вы всё про газы знаете? — спросил Винничук, и Алик, уловив в его голосе ехидную интонацию, скривил губы.
— Нет, — по-простецки признался Рябцев. — Я не был специалистом по газу, я был специалистом по хиппи.
Взгляд Винничука мгновенно стал веселым, и он перевел его на Алика.
Алик, в это время допивавший свой кофе, чуть не поперхнулся.
— Так вы что, с того времени вместе? Связанные одной цепью? — нараспев произнес Винничук.
— Нет, пан Юрий. — Рябцев вздохнул, опустил взгляд на бокал с остатками коньяка и снова поднял его на писателя. — Мы с Аликом с 1986 года по этот сентябрь не виделись! Я его всегда уважал и буду уважать! Просто существовала одна важная вещь, которую я должен был рассказать Алику. Поэтому я его в сентябре и нашел.
— И что же это за вещь? — заинтересовался Винничук, округлив глаза.
Алик только было открыл рот, чтобы рассказать, как краешком глаза заметил приподнявшуюся над столом ладонь бывшего капитана.
— Не надо, — произнес Рябцев голосом, в котором неожиданно зазвучал металл. — Если пан писатель не верит тому, что мы ему сейчас рассказали, то он не поверит и во всё остальное!
Алик допил ликер, оглянулся на барную стойку, размышляя: взять ли еще рюмочку?
— Вы, пан Рябцев, не думайте, что я над вами смеюсь, — лицо Винничука стало более приветливым. — Я всё запомнил и буду над этим думать. Я очень люблю думать, но обычно в одиночестве… Такая у меня привычка. Бокал вина, я и мысли. Телефон Алика у меня есть. Если я что-то придумаю или возникнут еще вопросы, я вас найду… Вы, кстати, колонки мои читаете? — Винничук посмотрел на бывшего капитана с обезоруживающей улыбкой на лице.
— Колонки? — переспросил растерянно Рябцев. — Я газеты редко покупаю…
— А Интернетом пользуетесь?
— Нет, у меня другое увлечение, — признался Рябцев. — Голуби. Может, я вас как-нибудь к себе приглашу…
Рябцев тут же покосил в сторону Алика, проверяя его реакцию на собственные слова. Алик, ощутив на себе быстротечный, ищущий поддержки взгляд бывшего капитана, едва заметно кивнул.
Глава 28
Дождливое утро принесло Тарасу e-mail-сюрприз из России. Незнакомый человек по имени Арнольд предлагал себя в качестве эксклюзивного агента Тараса по Рязанской области.
