пришлось недолго, но к удивлению молодого человека, Патрик Сэвидж появился не со стороны центра города, а вышел из собственного дома. Поначалу Алекс и не понял, что это тот, кого он ждет. Из подъезда опираясь на гравитационную подставку вышел сгорбленный старик, одетый в дорогой, но помятый и весьма засаленный плащ и мятую шляпу. Старик зашаркал в противоположную от Алекса сторону. Стил еще не зная, что это Сэвидж, быстрым шагом направился вслед за ним, слегка опередил, заглянул в его старческие слезящиеся глаза на испитом лице и заговорил:
— Мистер, я видел вы только, что вышли из того дома. Вы должно быть знаете мистера Сэвиджа. Не подскажите как мне с ним увидится?
Старик остановился и уставился на Алекса. По небритой щеке катилась одинокая мутная слеза.
— Ничего себе тип. Интересно кем он приходится мистеру Сэвиджу, — подумал Алекс. Старик продолжал молча стоять, жуя губами и шаря мутным взглядом по лицу Алекса.
— Мистер?… — Старик продолжал молчать.
— Мистер, с Вами все в порядке? Не могли бы Вы ответить на мой вопрос?
— Ну, — прошамкал старик.
— Что ну? — слегка опешил Алекс.
— Что тебе надо от мистера Сэвиджа, парень?
— А Вы?
— Да я, я! … — раздраженно выплюнул старик. — Что надо то?
— Видите ли мистер Сэвидж, через неделю День столичной полиции и наш журнал «Криминальный вестник», в связи с этой датой, хотел бы задать Вам, как одному из опытнейших столичных криминалистов, несколько вопросов. Не возражаете?
— Я уже не работаю, криминалистом! Что вам надо от меня?
— Как? Не может быть! — не сдержался Алекс, но тут же взял себя в руки. — Тем более нам будет интересно Ваше мнение, так сказать: «Взгляд профессионала со стороны».
Старик внимательно смотрел на Стила, смотрел так долго, что Алекс успел разглядеть каждую, похожую на глубокий шрам, морщину на лице старика, увидеть где-то в глубине водянистых глаз тускло вспыхнувшую искру интереса.
— Хорошо, пойдемте! — прошелестел старик и потащился назад к дому.
Через некоторое время Сэвидж разблокировал входную дверь и почти учтиво попросил Алекса открыть ее, так как ему старческими пальцами трудно нажимать на ручку двери. Алекс открыл и попал в просторный холл, хорошо отделанный, но очень по-спартански обставленный. Кроме небольшого дивана и пары видовых картин в нем ничего не было. Из холла в комнаты вело несколько дверей.
— Простите не расслышал вашего имени.
— Алекс, — Алекс Болонски из «Криминального курьера».
Патрик Сэвидж, удивленно вскинул бровь:
— Ну что же проходите, раздевайтесь, — очень любезно пригласил полковник, — гляньте какие у меня уникальные пейзажи с Фомальгаута. Алекс подошел и стал рассматривать пейзажи, отмечая краем уха какое-то шебуршение позади.
— Итак Алекс, так что привело Вас ко-мне?! В голосе старика, Алекс услышал, что — то холодное и отчужденное. Он развернулся к хозяину. Патрик Сэвидж уже успел переоблачится из плаща в домашнюю куртку. Его левая рука была засунута в карман куртки, правая сжимала старый потертый излучатель, направленный на Алекса.
Алекса передернуло:
— Что это все значит мистер Сэвидж?!!
— Ровным счетом ничего. Кроме того, что с тех пор как вы здесь появились и до сего момента, я не слышал ни слова правды. И думаю теперь мне пора ее услышать. Начнем с имени. Итак, ваше имя? Ваше настоящее имя?
— Но с чего вы взяли? — Алекс чувствовал, как накатывающая на него волнами паника, мешает сосредоточиться, поэтому тянул время.
— Что ж молодой человек на первый вопрос из любезности, я отвечу, ровно для того, чтобы вы поняли, в насколько серьезную историю вы попали. Но это будет единственный вопрос, на который Вы получите ответ. Вы поняли?
— Да! — промямлил Алекс лихорадочно соображая, что делать дальше.
— Хорошо! Итак, первые сомнения возникли у меня относительно того, что вы репортер издания на криминальную тему. Возникли они сразу как вы представились и стали уточнять, не знаю ли я мистера Сэвиджа. Чтоб вы знали, — репортеры криминальной хроники люди, весьма осведомленные и особенно по части личного состава. Всех следователей, комиссаров, криминалистов и даже дознавателей они знают в лицо. Я правда сделал допуск на то, что вы начинающий репортер, но потом вспомнил один свой разговор с Хьюго Пульцером, ведущим репортером «Криминального вестника». Он как-то за бокалом веремейского рассказывал, что такие солидные издания как «… вестник» и «… курьер» берут только хорошо подготовленные кадры, знающие специфику работы. Так, что эта версия не прошла. Я насторожился, но ждал момента убедиться в своих подозрениях. И когда во второй раз, вы представились репортером «… курьера», а не «… вестника», я понял, что вы лжете. Так что молодой человек, я хочу услышать ваше имя и советую не врать если не хотите получить дырку в груди.
— Вы не рискнете выстрелить, — самонадеянно сказал Алекс.
— С чего вдруг? Очень даже легко! Мне даже ничего изобретать не придется. После того как я застрелю вас, мне достаточно будет вызвать полицию и сообщить, что в моем доме оказался неизвестный мне гражданин, который, когда я его застал у себя дома представился репортером криминальной хроники, тогда, как таковым не являлся. Потом он попытался на меня напасть, и я вынужден был защищаться. И меня кстати оправдает любой суд. Вы знаете, что бывает за разглашение персональных данных полицейского? А уж за вторжение в его дом и подавно. Тем более обнаружат ваши отпечатки пальцев на ручке входной двери и ключах. Так что имя! Не заставляйте меня нервничать!
Алекс на полминуты задумался, а потом словно бросившись в омут с головой выпалил:
— Хорошо, мистер Сэвидж, я, пожалуй, расскажу вам правду. Всю правду. Вот только боюсь эта правда Вам не понравится.
— Ладно хватит т лирических отступлений! Что мне понравится или не понравится, буду решать я сам. Твое дело рассказать правду.
— Правду? Правда заключается в том, мистер Сэвидж, что меня зовут Алекс Стил, и я пришел поговорить с вами об убийстве моего отца, Виктора Стила.
Алекс ожидал чего угодно со стороны Патрика: бурного высказывания возмущения, недоверия, неверия и даже немедленной пальбы. Но то, что произошло дальше, привело его в полное замешательство. Сэвидж как-то сразу сник,
