Читаем без скачивания Двойная ложь - Ридли Пиерсон

Цель поездки была двойной: выяснить, что знал недавно уволившийся Сэм Стаки о несчастном случае на переезде в Генуе, и, если получится, просмотреть вместе с Рукером материалы НУТБ по расследованию происшествия. Чем больше собиралось информации, тем сильнее укреплялся Тайлер в уверенности в том, что у него есть шансы не только найти Альвареса, но и раскрыть роль и вину «Нозерн Юнион» в происшедшем, если, конечно, компания в чем-то виновата.

Тайлеру пришлось выпить две кружки пива, чтобы подавить легкий приступ клаустрофобии, вызванный поездкой на поезде. Нелл Прист спала в соседнем кресле, несколько минут назад она положила голову на плечо Тайлера, удобно устроившись на время долгой поездки. Он чувствовал себя, словно школьник — боялся даже пошевелиться, — отчего все тело затекло, но он не встал даже для того, чтобы освободить раздутый от пива мочевой пузырь.

Тайлер удивился, увидев Прист на вокзале Пен-Стейшн, он просто не мог понять, как она могла так быстро собраться и приехать.

— Через полчаса после твоего отъезда меня вызвали в контору О’Мейли, — ответила Нелл. — Но сначала я позвонила Сельме, и она сказала, что О’Мейли лично вызывал ее и расспрашивал о нашем посещении.

— И Сельма все ему рассказала? — недовольно спросил Тайлер.

— Она не хотела распрощаться с работой. Да, рассказала.

— И?

— Я махнула рукой на его приказ, выключила пейджер и мобильник и направилась сюда.

— Но ведь тебе же придется возвращаться на работу, — сказал Тайлер.

— Конечно, и, когда приду, я скажу О’Мейли, что в последнюю минуту выяснилось, что ты направляешься в Вашингтон, чтобы допросить Стаки о несчастном случае в Генуе, и я подумала, что лучше проследить за тобой, чем бежать на встречу. Они меня похвалят.

— Сидеть на двух стульях — рискованное дело, — предупредил Тайлер.

— Но игра того стоит. — После недолгих колебаний Нелл призналась: — Происшествие в Генуе отсутствует в архиве, так как ты сказал. Я хочу услышать, что скажет Стаки, когда федеральный агент потребует от него правды. Я тебе нужна там, так же, как ты был нужен мне в случае с Сельмой Лонг. Не помаши ты у нее под носом своими документами, она ничего бы не сказала. Послушай, я как сотрудник службы безопасности «Нозерн Юнион» скажу Стаки, что тебе можно доверять: он может запросто на это купиться и заговорить. А если он заговорит, у нас будет свидетель. Но если ты явишься один — федеральный агент, который хочет чего-то там разнюхать, — он замолчит и позвонит О’Мейли или адвокату. Гарантирую на все сто процентов. И давай больше не будем об этом.

В конце восьмидесятых Вашингтонская узловая железнодорожная станция была реконструирована и превратилась в «многоцелевое учреждение» — и вокзал, и огромный торговый центр в комплекте с первоклассными ресторанами. Таким образом, в гигантском каменном строении горожан всегда гораздо больше, чем путешественников. На вокзале толпились покупатели и завсегдатаи ресторанов; народу было полно даже в восемь часов вечера, когда Тайлер и Прист вышли из вагона и поднялись по неработающему эскалатору в центральный зал, который представлял собой огромное помещение из мрамора и гранита с двенадцатиметровым потолком.

После короткого разговора с Нелл Тайлер занервничал, даже струсил, и взвинченное состояние не проходило. Они шли вдоль огромного количества витрин с выставленными длинными зимними пальто, куртками, рюкзаками и большими дорожными сумками. Подробности их встречи с Сельмой Лонг уже давно известны О’Мейли. Если ему есть чего бояться, если в разговоре с бывшим инженером-электриком может что-то выясниться, то О’Мейли постарается предотвратить встречу — увезет Стаки куда-нибудь или каким-то образом помешает Тайлеру.

Тайлер окинул беглым взглядом вокзал, подозревая, что О’Мейли расставил своих агентов, чтобы проследить за ним и, возможно, за Прист тоже. Аэропорт Рональда Рейгана тоже под наблюдением? Как далеко может зайти О’Мейли, чтобы перехватить его? Это зависит от того, что сейчас поставлено на кон.

Прист тоже была начеку, и первой подняла сигнал тревоги.

— Справа от тебя, — сказала Нелл, поворачивая голову налево. — Я видела, точно. Ее зовут Самнер. Одна из нас.

— Из команды?

— Я же тебе говорила: я не знаю, кто включен в команду. Не знаю даже, существует ли эта команда. — Они шли медленно и выглядели, как парочка, болтающая о пустяках. — Могу предположить, что не знаю и половины людей, которые у нас работают. Разве что вижу их возле кофейного автомата, вот и все, — добавила Нелл.

— Нам надо разделиться, — мягко сказал Тайлер.

Толпа спешила наружу в холод, чтобы успеть занять очередь за такси. Под ногами то чавкало, то было скользко. Тайлер видел пар от собственного дыхания.

— Отстань и столкнись с ней. Задержи ее. Я тем временем сяду в такси.

— Но без меня разговора со Стаки не получится. Поверь мне.

— Предупреди меня, когда будет возможность, если заметишь, что она не одна или что за мной следят. В любом случае, я приму меры предосторожности. А когда со всем покончишь, встретимся у Стаки дома. Но смотри, не притащи хвост. Иначе тебя выгонят с работы, — добавил он.

— Не нравится мне все это, — заметила Прист.

— Есть другие предложения?

Нелл промолчала.

— Эта женщина, Самнер, скажет тебе, что оказалась на вокзале случайно, — предупредил Тайлер. — Будет говорить, что ждет кого-то. С таким же успехом глухой может говорить о том, что собирается на дискотеку. В какой-то момент ей придется сдаться, потому что никто не появится. Она позвонит по мобильному телефону. Позвонит для того, чтобы передать кому-то, что я ушел. Ей придется действовать быстро и в какой-то степени рисковать — как, впрочем, и тебе. Но ты должна задержать ее.

— А ты подождешь меня, — напомнила Нелл.

— Я буду действовать по обстановке. Может быть, они его уже предупредили. Может быть, они не собирались делать этого, пока не выяснили что я здесь.

— Я нужна тебе, Питер.

— Буду ждать тебя, сколько смогу.

Нелл Прист повернулась и направилась широкими уверенными шагами в сторону вокзала.

Несмотря на то что последние двенадцать лет он считал этот город своим домом, возвращение было нерадостным. Слишком много бередящих душу воспоминаний. Драка с Честером Вашингтоном положила конец прошлой жизни. Жертва правовой системы, применившей расовую дискриминацию, чтобы пригвоздить его за превышение служебных полномочий, Тайлер испытывал такую обиду на город, что относиться к нему по-прежнему уже не мог. Никогда больше этот город не станет для него домом.

Декабрьский дождь припустил еще сильнее, буквально на глазах капли превращались во влажные хлопья снега размером с пятицентовую монету. «Дворники» счищали их с лобового стекла, образуя мокрые разводы. По указанию Тайлера, таксист дважды объехал весь громадный квартал, делая четыре последовательных поворота направо, в то время как сам Тайлер наблюдал, нет ли за ним хвоста. Решив, что за ними никто не следит, он попросил водителя остановится на некотором расстоянии от многоквартирного дома Стаки — не хотел высаживаться по необходимому ему адресу.

Не исключено, раньше он не раз проезжал мимо этого дома, не обращая на него никакого внимания. Мрачные ряды подобных построек воздвигались в начале семидесятых годов, разрушая очаровательную красоту зданий, построенных из бурого кирпича, своей коробкообразной бетонной унылостью. Для полисмена, да и для самих жителей это был район контрастов: несколько кварталов в ту или иную сторону — и вы попадаете в небезопасные районы. Почти всегда по этим улицам шел раздел между черным и белым районами. Тайлер звонил Стаки из Нью-Йорка, представившись специалистом по телемаркетингу, работающим на междугороднюю телефонную кампанию. Позвонил он только для того, чтобы удостовериться, что Стаки дома, — не хотелось ехать впустую. Если его дома не окажется, придется ждать. Войдя в небольшое фойе с рядами почтовых ящиков на стенах, он подошел к звонкам и нашел имя Стаки напротив таблички 5В. Тайлер дотронулся пальцем до кнопки, но не нажал ее, памятуя об обещании дождаться Нелл. В здании было теплее, чем на улице, поэтому он остался в фойе, ожидая ее звонка или приезда.

Прошло пять минут.

Десять.

Пока он размышлял, как ему поступить, фойе быстро пересек мальчишка — разносчик пиццы — и позвонил в одну из квартир.

Тайлер, увидев возможность пройти в подъезд, сказал разносчику:

— Думаешь, она торопится? А ведь знает, что я жду. Скорее всего, торчит сейчас перед зеркалом.

Разносчик пиццы дозвонился, и ему открыли. Он придержал дверь для Тайлера.

— Так идите, подгоните ее, — предложил мальчишка.

Из-за клаустрофобии Тайлер не воспользовался лифтом, а пошел по лестнице. Он добрался до пятого этажа — как лихорадочно колотится сердце! Пройдя квартиры Е, D и С, он в конце концов очутился возле двери с табличкой В. В коридоре стоял сильный запах табачного дыма. Прямо перед дверью в квартиру он наступил на тонкий прорезиненный коврик и нажал на кнопку звонка. Коврик под ногами показался ему слишком мягким и мокрым.