Длительная жажда обострила ее черты, волосы немного растрепались, но не это главное. В ее глазах плескалась сила, которая не могла утаиться даже от человека. К тому же ее кожа приобрела легкое свечение. Вампирша будто светилась изнутри, так как выставила напоказ свою истинную сущность.
- Что это? - выдохнул Симон.
- Кто... что ты такое? - пролепетала Флора.
- Я то, что вы даже в своих кошмарах представить себе не могли! усмехнулась Алекса, продемонстрировав свои клыки.
- О, Господи! - оба невольно перекрестились.
- Бог здесь ни при чем. Да и как у вас хватает наглости взывать к нему? Разве вы не готовы были пойти на все, даже убийство, чтобы завладеть деньгами покойного герцога Ромуальдо?
- Господи! Господи! - только и повторяла Флора.
- Изыди! - рявкнул Симон, сорвав с груди крест и выставив его как щит перед собой.
- Ах, бросьте, - отмахнулась Алекса, как ни в чем не бывало протянув руку и вырвав крест.
Жажда клокотала в ней, и то, что человеческая кровь находилась так близко, буквально сводило с ума. И она решила, что хватит терпеть. Пришло время утолить жажду, и, судя по всему, пиршество обещало быть знатным.
Она улыбнулась, сверкнув клыками, от чего Симон дель Торро в ужасе попятился. Но было уже поздно. Вампирша заключила его в свои безжалостные объятья и впилась в плоть. О, после долгого терпенья, это было великолепно. Ощущать вкус этой крови, чувствовать как бешено бьется его сердце.
Но вот Алекса нашла в себе силы оторваться от трапезы и обратила взор на Флору. На лице женщины был неописуемый ужас. Вампирша слышала, как мечутся в ней мысли. Флора видела в ней ангела возмездия.
Когда Алекса, выпустив из рук все еще живого Симона, направилась к ней, она взвизгнула и, упав на колени, закрыла лицо руками. Но это нисколько не разжалобило вампиршу, ибо она пришла сюда мстить, и сердце ее сейчас было словно лед. К тому же жажда еще не была полностью утолена.
Взяв женщину за плечи, она резко подняла ее на ноги, а в следующий миг острые клыки вонзились в плоть Флоры, заставив ее вскрикнуть. Лицо исказила гримаса боли. Все оттого, что Алекса направила свои силы, чтобы не применить транс. Она хотела, чтобы эта женщина почувствовала, что значит быть жертвой вампира.
Когда она отпустила Флору, так была жива. Осев на пол, она в ужасе вращала глазами. Но вампирша еще не собиралась уходить. Игра только начиналась. Снова приблизившись к женщине, она опять силой подняла ее, не обращая внимания на ее на то желание. Держа Флору так, что ноги той едва касались пола, Алекса сказала:
- Ну, теперь ты поняла, с кем связалась? Поверь мне, не выйдет у тебя завладеть ни Антуанеттой, ни ее наследством! Ты недооценила меня. И теперь пришел час заплатить за свои подлости.
К ее удивлению, женщина не особо пыталась вырваться и лишь в ужасе смотрела на вампиршу. Когда же она заговорила, то с ее губ срывалась лишь одна фраза:
- Ангел смерти! Ангел смерти!
Заглянув в ее мысли, Алекса поняла, в чем дело. В них царил полный хаос, разум поглощал мрак. Эта женщина была порочна, и все же не выдержала встречи с тем, кто мог представлять еще больший порок, так как жизнь его питала кровь. Подобное откровение разрушило остовы ее разума. Перед вампиршей была уже не прежняя Флора Рамирес дель Торро, а жалкая умалишенная. Поняв это, она с отвращением отпустила женщину.
Это словно послужило толчком для нее. Она стала метаться по комнате, выкрикивая:
- Ангел смерти! Здесь ангел смерти! О, возьми меня! Я готова идти за тобой! Возьми свою жертву!
Выкрикнув это, Флора вдруг схватила тяжелую статуэтку и со всей силой опустила ее прямо на голову своего находящегося в забытьи супруга. Даже вампирша была поражена такой жестокостью, хоть и не сделала ни единого шага, чтобы предотвратить это.
Из страшной, смертельной раны брызнула кровь, но это нисколько не испугало Флору. Наоборот, она восторженно вскрикнула и, выпустив из рук орудие убийства, опустила их в кровь, и стала с диким визгом размазывать ее по лицу. Иногда сквозь ее бессвязное бормотание можно было разобрать:
- Кровь... Ангел смерти, наполни ее своей силой!.. Прими ее.. прими меня...
Она бормотала и бормотала, совершенно не замечая Алексу и то и дело взывая к ангелу смерти, будто он был рядом с ней. Вампирша отстраненно наблюдала за этим некоторое время и, наконец, сказала:
- Я хотела наказать тебя смертью, но судьба уготовила тебе еще худшую кару, лишив рассудка. Поэтому я оставляю тебе жизнь. Живи, живи наедине со своим безумством.
Сказав это, Алекса спокойно удалилась, по-прежнему не испытывая к этой женщине ни малейшей жалости. Она считала, что та получила то, что заслужила.
Вампирша знала, что теперь уже никто никогда не узнает, что на самом деле произошло здесь в эту ночь. Утром проснувшиеся слуги найдут труп своего господина и совершенно безумную госпожу. Ее облик будет ясно свидетельствовать о том, какая участь постигла Симона Рамиреса дель Торро. И никто даже не подумает о том, что тут мог побывать вампир. И то, что удалось узнать этим двоим, никогда не выйдет наружу.
Для людей этого города Алекса навсегда останется благородным бароном Алексом ван Ланденом.
С этими мыслями вампирша вернулась в дом герцога Ромуальдо. По старой привычке она постаралась проникнуть в дом словно тень, никого не побеспокоив. Но стоило ей переступить порог, как она столкнулась с Раминой. Видимо, та уже давно почувствовала ее приближение.
- Наконец-то ты вернулась! - слабо улыбнулась она. - Все кончено? подумать только, как просто звучал этот вопрос в устах вампира.
- Да, - кивнула Алекса.
- Ты их...
- Нет. Судьба сама вынесла свой вердикт - она обезумела и убила своего мужа.
- Понятно. Ты скажешь Антуанетте?
- Не все.
Рамина кивнула, соглашаясь, что это правильное решение, а потом заметила:
- У тебя рубашка в крови.
- А, это, - отмахнулась вампирша, тоже заметив несколько алых пятен на груди, воротничке и манжетах. - Видимо следы моей трапезы.
Вскоре из темноты выросла фигура Витторио. По его лицу было заметно, что он тоже увидел кровь, но ничего не сказал. "Хороший признак, - подумала Алекса. - Если он хочет стать действительно сильным вампиром, храбро противостоящим времени, он должен спокойно относится к подобным вещам". Хотя она понимала, что этот птенец гораздо дальше от нее, чем Рамина. У них никогда не будет привязанности более, чем предполагают отношения создания и творца. Он не нуждался в ней. Но это не слишком огорчало ее. В конце-концов, вампирша догадывалась с самого начала, что так оно и будет.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
