заходили, тем темнее становилось. Скорее всего было бы еще и холоднее, но заклинания Соломона работали превосходно. Проблема была только в одном — видимость. Уже через полчаса почти ничего не было видно. Хотя, проблемой это было только для меня и Мака. Мирик и вампир в темноте, даже подводной, ориентировались прекрасно. И я готова была положиться на них полностью, однако странное предчувствие не давало мне покоя.
Несколько часов прошли в тишине. Она прерывалась только парой незначительных фраз. Соломон никогда не был словоохотлив. Да и я все еще чувствовала себя немного опустошенной, поэтому нам обоим было вполне комфортно. Хотя темнота, давящая на меня со всех сторон, основательно подпортила мне настроение. Поэтому я весь путь провела, развалившись на спине грифона.
«Адлер, пора», — голос Соломона вывел меня из полудремы.
Я вздрогнула. Сон, как рукой сняло. Уже пора давать свою кровь? Сердце подскочило куда-то к груди и забилось часа-часто.
«Может уже перейдем на имена?» — не впопад сказала я, приказывая Мирику подойти к Маку.
«Чего это ты вдруг?» — вампир следил за тем, как я приближаюсь.
«У нас настолько интимные отношения, а ты все еще зовешь меня по фамилии», — пробормотала я, останавливаясь у бока цербера и вопросительно глядя на Соломона.
«Хорошо», — внезапно согласился парень. — «Однако тебе тоже стоит обращаться ко мне по имени».
Я смутилась. На самом деле я старалась не обращаться к вампиру вообще никак. Ни по фамилии, ни по имени. Просто так я пыталась провести черту между нами. И вот сейчас сама ее разрушила. Ну что за бестолочь? Это все из-за того, что мне страшно. Никак иначе.
«Ладно. Давай начинать», — я резко выдохнула и протянула слегка дрожащую руку к вампиру.
Он немного помедлили, затем аккуратно взял мою руку и помог перебраться к Маку на спину. Оказавшись вплотную к вампиру, я внезапно смутилась. Наши подводные шары объединилась, создавая один побольше. Теперь нас уже не разделял слой воды, и я могла четко видеть его выражение лица. И оно было слегка обеспокоенное.
— Если тебе страшно, можно всплыть и накопить энергию естественным путем, — сказал вампир, все еще держа меня за ладонь.
Его рука, в сравнении с моей, была просто гигантской. Мои, пусть и длинные, но толстые пальцы смотрелись в его руках так нелепо, что я даже на мгновение пришла в себя. Сейчас абсолютно не время думать о чем-либо, кроме победы. Ради моего будущего. Ради будущего дяди Оскара и всей деревни.
— Нет, все нормально. Кусай давай, — я закрыла глаза и отвернулась.
Когда губы Соломона коснулись моей кожи на запястье я вздрогнула и вспомнила, что совсем недавно там были отвратительные раны. Куда они делись? Неужто вампир смог их залечить без последствий? Очень даже может быть. Но как-то не верится. Надо будет после проверить.
Эти мысли ворохом пронеслись в моей голове, пока я чувствовала легкое онемение руки. Боли не было. Только странное и непонятное чувство страха и смущения. Я внезапно поняла, что нахожусь в объятиях Соломона. Что его права рука держит меня за талию в том самом месте, где ткани на рубашке нет. Под водой это не сразу было понятно. Но все же...
— Готово, — голос вампира отвлек меня от размышлений.
Я притянула свою руку к себе и внимательно оглядела запястье. Ничего, кроме двух небольших отверстий не осталось. Но и они затянулись практически сразу. К слову, шрамов от прошлых ран тоже не было.
— Ты меня подлечил? — спросила я, смотря на Мирика и думая, как перебраться к нему на спину безопаснее.
— Да, — Соломон подсадил меня.
Наши подводные шары разделились и между нами снова была толща воды. Я больше не видела лицо вампира так четко и это придало мне сил. Сожаление, которое на мгновение проникло в мое сознание, было мгновенно уничтожено. Не лезь, куда не просят!
«Спасибо», — уже мысленно отправила я сигнал. — «Не думала, что даже шрамов не останется».
«Да, тебе повезло», — пришел короткий ответ. — «Твоя кровь творит чудеса. Думаю, сейчас меня должно хватить до конца моря».
И мы снова замолчали. Я не знала, что следует сказать. Да и какие темы мы раньше вообще поднимали? И почему сейчас это так сложно? И почему это меня вообще беспокоит?
Вздохнув, я откинулась вперед, зарывшись лицом в мокрую гриву грифона. Мой подводный шар просто проминался под мокрой шерстью, но не впускал ее внутрь. Поэтому ощущала ее я только пальцами. От моих действий грифон мурлыкнул. Правда, я этого не услышала, а только почувствовала. Мирик был прекрасным монстром. Спокойным, любящим и красивым. Будет даже жалко расставаться с ним после гонок.
Я вздохнула. Одно из самых страшных мест в гонках — это море. Не потому что тут много врагов или ловушек. Это испытание на выносливость и магическую силу. Но для меня это испытание обернулось скукой смертной. По сути я могла ничего и не делать.
«Лишь изредка жертвовать свою кровь», — меня передернуло.
И почему я так боюсь этого? Даже испытав на себе укус вампира дважды, мне все равно страшно. Неужели дело только в том, что я труслива? Или, возможно, есть еще какая-то причина? Но какая? От таких размышлений у меня разболелась голова и я решила, что этот вопрос меня не так уж сильно волнует. Моя философия говорила о том, что если ты чего-то не понимаешь, а выяснить не получается, просто отпусти. Хотя, к занятиям это, конечно, не относилось. Иначе я была бы уже мертва.
За весь путь никаких приключений не случилось. Только раз на нас напало какое-то существо, размером с морского котика. Но Соломон быстро с ним разобрался. Я даже толком не успела разглядеть, как этот монстр выглядит. В итоге я даже умудрилась выспаться и практически полностью восстановила свои силы.
Выбрались мы из воды под вечер. Уже начинало темнеть. И, к моему облегчению, рядом с морем была небольшая пещера, куда мы все и направились.
— Костер разжечь не получится, но тут хотя бы нет ветра, — произнес вампир, накладывая на всех заклинание. Меня обдало теплым ветром и одежда сразу стало сухой и теплой. А вот животным повезло меньше. У Мирика грива превратилась в пушистый шар. Я фыркнула от смеха и помогла грифону загладить его шикарную прическу.
— Я давно хотела тебе сказать, — начала я, садясь рядом с вампиром, чтобы было
