Ориел услышала его брань и, обернувшись, увидела, как он протягивает руку, чтобы схватить ее. Она ударила по его голове вожжами. Он вскрикнул и схватился рукой за глаза. Лошади Ориел удалось вскарабкаться на вершину холма, а в это время второй бандит обогнал Джонни. Но теперь Ориел уже неслась вниз по склону к похожему на гигантское зеркало озеру.
Вдруг чья-то сильная рука схватила ее кисть. Ориел резко развернулась и вцепилась в эту руку зубами. Раздался вскрик, рука исчезла, но тут же появилась снова, схватив уже поводья. Лошадь дернулась, заржала, задрав голову, и Ориел почувствовала, как теряет опору и летит вниз.
Она упала на землю и больно ударилась головой о кочку. От сильного удара дыхание, казалось, покинуло ее тело, и она никак не могла вздохнуть. Джонни гарцевал рядом, отгоняя ее лошадь.
— Ах ты, сучка благородная!
Все, казалось, плыло; звуки становились почти неразличимы; она чувствовала только, как сильные руки схватили ее за шею. Джонни тряс ее, как щенка, и ее голова безвольно моталась из стороны в сторону. Когда Джонни отпустил ее, Ориел закрыла глаза, чтобы не видеть, как перед ее взором весь мир кружится в диком вихре.
Несколькими мгновениями позже она услышала лязганье стальных клинков. Кто-то вскрикнул. Ориел хотела привстать на локтях, но смогла только приподнять голову и увидела перед собой ноги одного из ее преследователей.
Она медленно перевела взгляд с кожаных ботфортов на длинные мускулистые ноги в черных чулках. Блеснула сабля, описав круг в воздухе, затем раздался звон клинков, сменившийся странным звуком, похожим на хрюканье. Ноги дрогнули, и тело преследователя рухнуло на траву. Кто-то медленно вытащил из поверженного окровавленную саблю.
Ориел попыталась подняться еще раз. Вышло уже лучше, но внезапно она почувствовала, как ее обхватили бережно чьи-то сильные руки.
— Дорогая, — раздался голос Блэйда.
— О, как хорошо!
Его губы коснулись ее, и она открыла глаза.
— Я боялась, что это Джонни.
— Ты цела? Как твои руки и ноги?
— Ты убил их?
— Ответь же, черт побери! Подумай хоть раз о себе!
Ориел согнула и выпрямила ногу, а потом подняла руку.
— Кажется, все в порядке. — Но вдруг застонала коснулась рукой лба. — Моя голова!
— Тебе еще повезло, что ты не сломала шею.
Он поднял ее и крепко обнял. От боли Ориел инстинктивно отдернулась. Блэйд осторожно поставил ее на землю, и она зарылась в его одежду, согреваясь его теплом. Обняв ее еще крепче, Блэйд склонился к ней. Казалось, он хотел ее проглотить, целуя так жарко, что она чуть не задохнулась. Когда он наконец оторвался от ее губ, она стала жадно глотать воздух.
Наконец Ориел смогла снова посмотреть в его глаза, и тут ее сердце кольнуло тяжелое предчувствие. Он никогда еще не смотрел на нее с такой яростью, смотрел так, будто она была ему совсем чужим человеком.
— Клянусь небом, сударыня, мне следовало бы не целовать вас, а отхлестать плеткой. Ты взяла на себя слишком много. Надо было довериться мне и подождать, что буду делать я. Разве я не говорил, что хорошо знаю Джека Миднайта?
И это было наградой за то, что она спасла их обоих!
Ориел вспыхнула от гнева.
— Ты, если хочешь, можешь доверять убийце и грабителю, но не я. — Она оттолкнула его. — У меня нет желания успокаивать твою уязвленную гордость; ты, похоже, забыл, что с каждой минутой Лесли уходит все дальше.
Она с трудом сдержала улыбку, когда, выругавшись, Блэйд рванулся к лошади. Но теперь она не позволит ему преследовать Лесли одному, не взяв ее с собой. Конечно, он будет спорить с ней, но Лесли слишком опасен, и Блэйд не должен оказаться с ним один на один. Он только что убил четверых, но это не значит, что ее помощь не пригодится ему в дальнейшем.
17
У ада нет пределов, нет границ,
Он только там, где мы живем,
И там, где ад, мы будем вечно.
Кристофер Марло
Блэйд ходил взад и вперед перед камином в комнате дядюшки Томаса в старом охотничьем домике. Ориел сидела в кресле, дрожа от холода и потирая плечи.
— Ты еще не пришла в себя? — спросил Блэйд.
— Нет.
Блэйд стал перевязывать ремень, поддерживающий ножны.
— Я только что убил четверых. Больше я не хочу подвергать тебя опасности. Мне придется скакать ночью. В спорах с тобой я потерял светлое время суток, и, если я ошибаюсь и Лесли поехал не в Лондон — я упущу его, тогда ты будешь виновата!
— Он отправился в Лондон. Лесли частенько там бывает, и ты же сам говорил, что он собирается встретиться с французским послом.
Блэйд начал выходить из себя.
— Ты не поедешь! Ты отправишься в Ричмонд-Холл и будешь там в полной безопасности.
— Я не буду в безопасности, и если ты оставишь меня, помни — я знаю здесь все стежки и короткие объезды. Я обгоню тебя.
Она взглянула на него, горделиво подняв подбородок. Даже гневаясь, он не мог не восхищаться ее мужеством. Блэйд снял руку с ее плеча и подошел к окну, в котором можно было видеть теряющийся в дымке лес. Она ничего не знала о мире, помимо своих книг и Ричмонд-Холла, но была готова рисковать жизнью, чтобы помочь ему. Но этого-то как раз и нельзя ей позволить. Блэйд никогда не испытывал такого страха, как увидев, что за ее лошадью устремились преследователи. Именно этим страхом была вызвана быстрота, с какой он, словно рысь, бросился на Сэмюэля и пронзил того насквозь его же собственным клинком.
Когда Блэйд представил, что Ориел могла умереть, он похолодел. Чего бы это ему ни стоило, он не даст ей впутаться в эту опасную игру. Видно, наступило время сказать ей правду.
Он расскажет ей все — пусть она даже возненавидит его, но зато будет в безопасности. Блэйд уперся лбом в холодное оконное стекло и произнес:
— Милая, мне нужно признаться тебе кое в чем.
— Поспеши, мы должны поскорее добраться до Холла, только там найдутся свежие лошади для нашего путешествия.
Он горько рассмеялся:
— Ты не поедешь, милая, и, чтобы ты не возражала, я собираюсь открыть тебе всю правду.
Блэйд повернулся к ней, но тут же отвел глаза, потому что встретиться с таким ясным взглядом было выше его сил.
— Помнишь пословицу, что хлеб обмана сладок для человека, но потом на его зубах остается песок?
— Ты хочешь сказать, что обманывал меня?
Блэйд чуть заметно кивнул и призвал на помощь все свое мужество, чтобы договорить до конца. Он вынул перчатки из-за пояса, похлопал ими по ладони и с усилием выдавил улыбку.
— Прости меня, милая, но во второй раз я прибыл в Ричмонд-Холл с секретной миссией. Ты была права, подозревая меня, когда я подмешивал снотворное твоему двоюродному брату. Я служу королеве и приехал выведать секреты у сэра Томаса, касающиеся законных прав Ее Величества на престол Англии.
