любовью в первый раз, несмотря на то, что были друзьями в течение года. Со Стефани я предполагал, что она есть, но я не был бы абсолютно уверен до нашего первого раза вместе. Вот что двигало мной — поиск связи.
Теперь многие вещи встали на свои места. У меня был ответ для Джойс. Она знала, что это произойдет; она догадалась. Даже если она не знала точно, что это такое, у нее была основная идея. Мне нужно было что-то очень конкретное от женщины и я искал это. У Джойс этого не было, и она это знала. Единственный вопрос теперь заключался в том, когда ей об этом сказать.
Джойс собиралась встречаться, пока меня не будет, так что мне не нужно было ни звонить ей сейчас и говорить об этом, ни писать письмо. Мы поговорим, когда я вернусь, как она и просила. В какой-то степени я был огорчен таким исходом, но в конце концов я понял, что Джойс была права, и мне просто нужно было с этим смириться.
Теперь, когда я понял причину, мне нужно было понять, что делать. Могу ли я найти связь без секса? И существует ли вообще такая связь? Я вспомнил свои отношения с Дженнифер до того, как мы стали любовниками. Были ли там какие-то знаки? Я так не думал. Я должен был спросить у нее.
Думая о Дженнифер, я подумал, не было ли ее отношение основано на убеждении, что я никогда не найду другую связь и всегда буду возвращаться к ней. Это было бы логично. Но что, если связь не всегда обнаруживается мгновенно, или что, если она может развиваться? Это тоже соответствовало мышлению Дженнифер. Она не возражала против интрижек и рандомных дефлораций.
Но как Джойс вписывалась в ее мысли? Возможно, если связь могла развиться со временем, то я был с Джойс достаточно долго, чтобы Дженнифер считала, что она никогда не разовьется. И это могло бы объяснить ее отношение к Кэти Уилл, что наша взаимная влюбленность может быть намеком на связь. В этом была проблема с Бекки? Что связь может развиться, по крайней мере, в воображении Дженнифер?
А как насчет Мелани? Нет, проблема Дженнифер с ней заключалась не в связи, а в ее собственных страхах и желаниях. У нас с Мелани было что-то особенное, но даже Мелани в конце концов признала, что это не было похоже на то, что было у нас с Дженнифер. И опять же, это хорошо вписывалось в мою теорию.
А как насчет других девушек? Были ли у них возможности? Мне пришлось отложить в сторону качество секса и внимательно посмотреть на тех, с кем у меня была связь, даже на базовом уровне. На ум пришли Бетани, Анна и, что удивительно, Элис. Две последние были теми девушками, к которым я сделал первый шаг. Было ли это тем, что было? Видел ли я потенциальную связь? Я должен был обдумать это подробнее.
Конечно, сложность с ними была в Стефани. Это был своего рода камень преткновения. Мне совсем не нужно было скрывать это от Дженнифер. Я понятия не имел, как отреагируют Элис или Бетани, но был уверен, что Анна отреагирует негативно. На данном этапе это должно было стать важным моментом. В долгосрочной перспективе, возможно, и нет, в зависимости от того, как будут развиваться события. Еще один разговор с Сарой может оказаться полезным.
Я написал еще несколько страниц в дневнике, прежде чем лечь спать. Спал я крепко.
В воскресенье утром я проснулся как обычно, поплавал, принял душ и пошел завтракать. Я сидел за столом, когда на кухню вошла Стефани, подошла ко мне сзади, обняла меня и поцеловала в щеку. Не говоря ни слова, она приготовила свой завтрак и присоединилась ко мне.
«Стив, мама и папа сильно поссорились прошлой ночью».
«Я так и понял».
«Папа победил, я думаю, но мама сказала, что разберется с тобой как-то по-другому. Я понятия не имею, что это значит».
«Через месяц мне будет все равно».
«Думаю, после этого у них был примирительный секс».
«Слишком много информации, Мелкая!»
«Ты не спишь с ними в комнате с общей стеной!»
«Именно поэтому я найду для нас укромное местечко. Спорим, ты будешь кричать!» — поддразнил я.
«Ты можешь узнать это в любое время, когда захочешь, старший брат! Ну, во всяком случае, после вторника», — поддразнила она.
Я подавил смешок. Как раз в это время у нее должны были закончиться месячные.
«Стефани, когда я вернусь, ОК? Тогда мы все и решим».
«Да, наверное», — тихо сказала она.
«Могу я сказать кое-что, не расстраивая тебя?»
«Конечно, Большой Брат».
«Я хочу, чтобы ты выглядела как женщина, а не как маленькая девочка».
Она хихикнула: «Тебе нравятся сиськи, Стив!»
Я засмеялся и мы молча закончили завтрак.
После того, как она ушла в церковь с мамой и Джеффом, я пошел искать папу. Он работал в своем огороде.
«Стив, ты не наказан. Твоя мама очень сердится, что я не разрешаю ей наказывать тебя, но я не думаю, что это было бы справедливо. Просто убедись, что ты не даешь ей повода действовать. Это будут трудные пять недель, но потом ты уедешь в Швецию».
«Спасибо, папа. Есть шанс, что ты отвезешь меня в Детройт?»
«Нет. Пять часов в машине будет тяжело, но просто сохраняй спокойствие, а потом сядь в самолет».
«Я так и сделаю. И еще раз спасибо».
«Твоя мама поговорит с миссис Сандерс, ты же знаешь. И она обвинит ее в неподобающих отношениях».
«Как ты думаешь, мама позвонит в полицию?»
«Я бы не удивился, по крайней мере, она будет угрожать. Возможно, ты захочешь поговорить с миссис Сандерс».
«Уже позаботился», — сказала я. «Я оставил ей сообщение на автоответчике вчера вечером. Она получит его, как только вернется домой после медового месяца».
Я помогал ему около часа, в основном выдергивая сорняки. Я пошел в дом принять душ, а затем позвонил Дженнифер и попросил ее приехать. Она сказала, что мама привезет ее после обеда, поэтому я включил свой Apple и работал над изучением языка ассемблера 6502.
Около полудня я обедал со Стефани и сообщил ей, что я не наказан и что Дженнифер придет после обеда. Мама вошла, когда мы ели.
«Стефани, я не хочу, чтобы ты была рядом со своим братом. Он оказывает ужасное влияние, и это не приведет ни к чему хорошему!»
«Мама,
