не было, так, лёгкий пушок. Летать они однозначно не умели. И вопль падающего птенца звучал музыкой в ушах убийцы.
Сестру же он просто толкнул под когти приземляющегося в гнездо отца. И тот её просто раздавил. Недолго думая, отец выкинул её в пропасть. Он стал старшим. Лучшие куски пищи доставались ему. Но, самый маленький птенец вдруг начал невероятно быстро развиваться. Как физически, так и интеллектуально. Такое бывает с последышами, которым приходится бороться за выживание.
Это напугало птенца, который уже считал себя победителем и дало следующий жизненный урок — нельзя недооценивать конкурентов! Этого птенца он просто задушил во сне, придавив появляющимися перьями его клюв.
Дело оставалось за малым! Всего две жизни, и он останется единственным! Вскоре всё случилось, и родители так и не поняли, что случайные смерти были не случайны. Мать горевала, а отец выглядел так, словно ему фиолетово. Хотя, однажды, детёныш увидел в его глазах слёзы. Отец пах слабостью и горем, что категорически не понравилось крохотному кречету. С тех пор старший перестал быть примером для подражания.
После были годы взросления, восторг первого полёта, кайф от первой самки. Но бывший птенец уже твёрдо знал, чего хочет от этой жизни. Он хотел верховодить, жаждал власти! И однажды его отец не вернулся с охоты. Новый глава семьи никогда не признался никому, почему это произошло. И это был единственный поступок в его очень длинной жизни, за который ему было стыдно. Но! Так было необходимо.
Обретя власть, он решил, что энергии, поступающей от их поклонников, недостаточно. И он решил, что нужно продвинуть свой род настолько, чтобы их знали все! И, те капельки энергии, что будут идти от неверующих, но знающих, начнут складываться в полновесные ручьи, а потом и реки.
И он с энтузиазмом начал исполнять свою задумку. Через полторы тысячи лет он смог устроить так, что очередной человечишка занял трон. Да, он купался в благодати, ни в чём себе не отказывая. Чем больше он тратил силу на свой род, тем больше ему возвращалось.
И вот теперь, с высоты этой пирамиды, он наслаждался властью и силой. Но хотелось большего! Любому нормальному существу всегда хочется большего. Вот взять обычного человека. Он зарабатывает триста рублей, хорошие деньги в моём новом мире. Ему хватает на жизнь, еду, одежду. Даже получается откладывать на отпуск.
Но, конечно, хочется побольше. И вот, он нашёл работу, где платят восемьсот рублей! Думаете, он станет больше откладывать? Хрена с два! Он просто будет больше тратить. Будет покупать более дорогую колбасу, отдыхать не в Мурманске, а в Сочи, влезет в кредит, прикупив машинку не по карману. Если же он начнёт зарабатывать три тысячи, появятся новые сверхнеобходимые траты. И даже если он выйдет на доход в десять тысяч, ничего не поменяется. Ему, получающему недавно триста рублей, опять будет не хватать.
Похоже, именно такая ситуация была и у кречета. Ему хотелось больше, ещё больше! Много больше! До бесконечности. Причём, верни того же человечка на зарплату в триста рублей, он побесится, но перестроится обратно. И ему снова будет хватать этих копеек.
А сейчас целью этого бога было ни много ни мало мировое господство. И он, подспудно, стремился к этому. Вот только мировую войну развязывать пока не был готов, боялся потерять достигнутое. Всё-таки, население России было довольно небольшим, особенно на фоне азиатских стран.
* * *
Из этой истории я вынырнул внезапно. В душе осталась какая-то брезгливость. Я и подумать не мог, что боги могут быть хуже даже людей. Фу, мерзость. Убить кучу родных? Просто ради власти? Хотя, о чём я? Меня убили просто ради почти рядового тендера на точечную застройку внутри садового кольца Москвы. Это намного мельче всемирной власти.
— Ты чего завис? — хмыкнула птица. — Неужели так испугался? Я убью тебя быстро, не переживай! Ничего личного, ты мне нравишься, да и пользы от тебя много было. Просто так сложилось, что мне нужно то, что есть в тебе.
— Завещаю весь адамантий, что есть во мне, распределить между всеми богами, последователей которых я знаю, кроме Кречета! — выкрикнул я в небеса. — После моей кончины он должен быть поделен в равных частях.
— Что⁈ — взорвался кречет. — Нет, ты не можешь! Он мой, по праву!
— По праву сильного, да? — усмехнулся я. — Хрен тебе по всей морде, точнее, по всему клюву! Я кое-что узнал про этот металл, у него свой разум. И он послушается меня. Вот теперь да, можешь попытаться убить меня. Не скажу, что не буду сопротивляться, отцеубийца. И братоубийца. Дерзай, а мы посмотрим, чья возьмёт! Учти, щадить тебя я не буду, даже ради императора и старика.
Вместо ответа огромная птица просто пропала, а до меня донеслась пара слов:
— Ты ещё пожалеешь! Отныне Кречеты и Прокречеты твои официальные враги.
Ну, отлично. Самая влиятельная семья всея России отныне мои враги. Да я и месяца не протяну. И смысл этому гадкому Кречету такое делать? Металл-то он всё равно не получит! Или он после моей кончины собирается поубивать всех богов, которые являются моими наследниками? Хотя, не удивлюсь. После того, что я узнал.
Я остался в одиночестве напротив пустого сейфа в огромном ангаре из бетона. Хотя нет, со мной были мои грустные мысли. Кречет — последний, кого я хотел видеть во врагах. Но и он не на ребёнка нарвался, я нашёл выход из ситуации, я выжил. Пока что. Впрочем, не буду забегать вперёд, бесполезно сейчас что-то загадывать.
Я устало плюхнулся на бетон. М-да, вот тебе и неведомый сейф. Сколько всего и сразу! При этом, ещё вчера я даже не знал об этом металле, жил себе, кайфуя. И сразу всё осложнилось. Интересно, какие теперь у меня будут отношения с Сергеевичем? Этот момент был единственный, который меня беспокоил в сложившейся ситуации. На императора плевать, где он и где я? Он про меня даже не вспомнит, а вот старикан… я привязался к нему и полюбил его несносный характер.
Мангуст больше не появлялся, и я, грустный и весь в раздумьях, встал с бетонного пола и пошёл к неприметной дверке. Выйдя в защищённую зону, я нажал кнопку вызова, чтобы меня выпустили.
Сотрудник, увидев моё кислое лицо и бросив быстрый взгляд на пустой сейф, рассыпался любезностями, пытаясь меня утешить. Но я его заткнул, относительно вежливо пояснив, что мне это не надо. К счастью, он
