в глазах Хевича на мгновение появились веселые огоньки. – Помимо сказанного, у меня для вас важная информация. Давайте не будем спешить. Я передам вам эту информацию, вы ее проверите, а затем уже будете решать, что делать с остальным.
– Хорошо, – по некоторому размышлению согласился Алексей. – Что за информация?
– Президент одной из двух самых сильных карханских планет, Джеймс Родерик, послезавтра тайно прибывает на Росс для переговоров с вами.
– Цель? – насторожился император, никак такого не ждавший.
– Его компаньоны задумали уничтожить свои планеты в случае поражения. Вместе со всем населением. Родерик с таким подходом не согласен.
– Как уничтожить?! – отшатнулся Алексей. – Что за дикость?!
– От этих дам и господ еще и не того ожидать можно, – заверил Хевич. – Моак, Харди, Колхайн и иже с ними на все пойдут, для них ничего святого, кроме прибыли, не существует. Родерик все же человечней, поэтому с ним вполне можно иметь дело. Но это не все.
– А что еще?
– Фаргосские пираты также тайно направили к вам посла.
– Пираты?! – изумился император. – А им-то чего надо?
– Хотят принести вам клятву верности, – с едва заметной улыбкой на губах сообщил секретарь.
– Только их мне и не хватало!.. – в сердцах едва не выругался Алексей, с трудом сдержавшись.
– Зря, Ваше величество, они могут оказаться очень полезными. К тому же, фаргосцы не такие уж и чудовища – у них просто не было другого способа выжить. Пиратские кланы образовались из шахтерских общин, которым после распада Кархана стало нечего есть. Для них слово – свято. Никогда ни один из фаргосских пиратов своего слова не нарушал, предпочитая этому смерть. А если кто и нарушал, то на него обрушивался гнев всех до единого кланов. Сколько он мог после этого прожить вы и сами можете представить. Почему я говорю об этом? Дело в том, что мы издавна торгуем с фаргосцами – и ни разу не пожалели об этом. Удивительно, что на одной из планет бывшего Объединения смогла сформироваться такая необычная культура, но факт остается фактом. Если фаргосцы дадут вам клятву верности, то никогда не предадут и выполнят любой приказ.
– Но что мне с ними делать? – тоскливо спросил император. – Куда пристроить?
– Дальняя разведка, например, – пожал плечами Хевич. – Курьерская служба. Пограничная служба. Охрана торговых караванов. Полицейская служба в пространстве. Да мало ли еще что. Пригодятся, особенно в свете скорой войны с Карханом.
– Пожалуй, – после недолгого раздумья согласился Алексей. – Но вернемся к вашей СБ. Каковы ее цели? И совпадают ли декларируемые цели с истинными?
– По первому вопросу – восстановление единой, сильной Империи, вместо сотни ни на что не годных мелких псевдогосударств. Человечество должно стать единым, мало ли кто может нам встретиться в космосе. А по второму… Могу сказать только, что это станет ясно со временем. Сами убедитесь. По крайней мере, надеюсь на это.
– Пожалуй, – наклонил голову император. – Думаю, мне нужно встретиться с вашим руководством и обсудить все детально. Гарантии безопасности – мое слово.
– Этого достаточно, – заверил секретарь. – Через три дня они будут здесь. Назначьте время аудиенции.
– Двадцать один пятнадцать, – сказал Алексей, сверившись со своим расписанием.
– Хорошо. Позвольте откланяться?
– Идите. И я не освобождаю вас от обязанностей секретаря.
– Как прикажете, Ваше величество.
Хевич низко, но с достоинством поклонился и вышел. Алексей задумчиво посмотрел на закрывшуюся дверь, достал из коробки сигару и не спеша раскурил. Признание секретаря оказалось для него полной неожиданностью, хотя он не сказал бы, что неприятной, совсем наоборот. Появились новые возможности. А вот как их использовать стоит очень хорошо подумать.
* * *
Следуя за двумя громилами-синтарцами, Родерик нервно ежился – вот уж звери, от одного взгляда дрожь пробирает. Еще двое шли следом, поэтому оборачиваться тоже не хотелось – уж больно отвратительной была репутация синтарских бойцов. Придушат как кутенка, ежели что им не понравится.
Как ни странно, долго дожидаться аудиенции не пришлось. Родерик считал, что даже связаться с главой ДИБ, генералом Тарковичем, удастся не раньше, чем через три-четыре дня, однако его приятно удивили. Едва президентская яхта успела выйти из гиперпространства невдалеке Росса, как последовал вызов пограничной службы. Родерик сообщил вежливому молодому офицеру, на удивление хорошо говорившему по-кархански, что прибыл с крайне важными известиями, сообщить которые может только главе ДИБ. Не выказав никакого удивления, тот попросил подождать немного и исчез с экрана. А снова появившись через несколько минут, переключил президента на пресс-службу ДИБ. Там его очень быстро провели по инстанциям, и уже через полчаса Родерик увидел на экране хмурое лицо генерала Тарковича.
– Насколько я понимаю, вы президент Новейра Джеймс Родерик? – безразлично поинтересовался тот.
– Да… – ошарашенно подтвердил он. – Но откуда?..
– Все потом. Император ждет вас. Садитесь на правительственную посадочную площадку № 12, координаты переданы в ваш бортовой компьютер.
Экран погас. А господин президент в прострации замер с приоткрытым ртом. Император ждет его?! Но откуда он мог узнать о том, что Родерик собрался на Росс?!! Это казалось какой-то мистикой, чем-то запредельным. Как сомнамбула президент подошел к компьютеру и действительно обнаружил в папке входящих сообщений переданные с Росса координаты. Ввел их и обессилено рухнул в кресло, предоставив автопилоту совершать посадку.
Когда Родерик вышел из яхты, у трапа его встретили четверо синтарцев, коротко приказав следовать за ними. Они долго вели президента по каким-то длинным коридорам, но, что удивительно, навстречу не попалось ни одного человека. В конце концов сопровождающие привели президента в какой-то скромно обставленный кабинет, тщательно обыскали, а затем оставили наедине с собой. Однако не прошло и пяти минут, как дверь отворилась и в нее вошел молодой мужчина в черном императорском мундире. Родерик встал и впился глазами в его лицо. Да, ошибки быть не может, это Алесий II.
– Здравствуйте, Ваше величество! – подался вперед Родерик, судорожно кланяясь.
– Добрый день, господин президент, – император подошел и протянул руку.
Пожав ее, Родерик постарался незаметно изучить своего оппонента. Его величество был совсем еще молод, непозволительно молод для государственного деятеля. Однако лицо совершенно спокойное, в глазах уверенность в себе.
– Ну и как я вам? – с едва заметной иронией поинтересовался император.
– Ну, что я могу сказать, Ваше величество… – смутился президент.
Алесий на удивление хорошо говорил по-кархански, разве что малозаметный акцент слышался, причем акцент не росский, а какой-то другой.
– Присаживайтесь, поговорим, – император показал на два кресла у журнального столика.
– О делах наших скорбных… – неожиданно добавил с потолка чей-то вкрадчивый голос, заставивший Родерика вздрогнуть и приняться лихорадочно оглядываться.
– Только тебя не хватало… – скривился Алесий. – Сгинь, железяка несчастная!
– А я что, я
