гигантского базара драгун и казак вышли плечом к плечу, не особо таясь. У Николая уже имелся нахоженный маршрут, где можно было пройтись по весьма безлюдным переулкам, не рискуя заблудиться. А главное – по пути не раз предоставлялась возможность осмотреться украдкой. Сначала они задержались на главном проспекте, чтобы поглазеть на работу диковинного даже для русских парового погрузчика халифатского производства, который двумя огромными трехпалыми клешнями хватал с телеги ящики и сгружал их наземь. Потом покружили немного по дворикам двух соседних кварталов-махаллей, то замедляя, то ускоряя шаг…
– Я, конечно, не шпион, но мне кажется, та троица топает за нами от самой центральной улицы, – тихонько проговорил урядник во время очередной остановки – у лотка с лепешками, где заодно продавали и самсу – эдакие треугольные мясные пирожки. Взяв один такой в руки и сделав вид, что скептически рассматривает его подгорелые бока, казак взглядом указал командиру на трех неприметных ташкентцев, стоящих неподалеку. Те лузгали семечки, о чем-то оживленно беседовали и, казалось, на иностранцев даже не смотрели, – однако действительно остановились вместе с ними, без всякой видимой причины. Просто шли себе, шли – и вдруг встали.
– По-моему, не от центральной, только последние минут десять… – хмыкнул Николай, отсчитывая продавцу медяки. – Но все равно подозрительно. Давайте-ка, Дмитрий Александрович, попробуем один фокус в духе книжечек про тех самых шпионов…
Задуманный капитаном «фокус» заключался в том, чтобы спокойным, прогулочным шагом пройти до ближайшего угла, скрыться с глаз предполагаемых наблюдателей, тут же рывком добежать до какого-нибудь переулка и зайти в него поглубже. А оттуда уже тихо наблюдать за покинутой улицей – появятся ли преследователи и если появятся, то как станут себя вести. Вышло достаточно неплохо. Стоя в узком закоулке на краю арыка, под прикрытием массивного ствола старого ореха, Дронов и Невский видели, как неприметная троица прошла мимо по маршруту, который они оставили. Все трое при этом усиленно вертели головами и выглядели малость растерянно.
– Эк мы их обвели вокруг пальца, – удовлетворенно заметил казак, когда «хвост» скрылся из виду.
– Угу, – не столь радостно буркнул Николай, выходя из укрытия: стоять на земляном краю канавки, рискуя съехать пятками в воду, было весьма неудобно. – Повезло. Похоже, эти ребята и вправду были за нами. Нужно торопиться. Не факт, что во второй раз мы их даже заметим, – чай, осторожней станут. Пошли.
Он махнул рукой, указывая вдоль переулка. Капитан изучил закоулок прежде и знал, что в другом конце не тупик, а выход на параллельную улицу, с которой можно будет вернуться в знакомые места. Они с Невским почти бегом добрались до конца проулка, где капитан еще раз оглянулся – на всякий случай, чтобы убедиться в безопасности тыла. И тут же прошипел:
– Да твою же душу…
Один из троицы «неприметных», вроде как сброшенных с хвоста, как ни в чем не бывало топал следом за русскими, делая вид, что они его вовсе не интересуют. Откуда он взялся, Николай не понял. Вероятнее всего, пройдя немного вперед и не увидев преследуемых, шпики (если это были они) вернулись и разделились, чтобы обыскать боковые ответвления. Значит, «хитрой» уловки драгунского офицера надолго не хватило, а преследователи – профессионалы, знающие, что делают. Двух из них пока в поле зрения не было, но теперь это скорее тревожило… О совпадении речи уже точно не шло, это была несомненная слежка.
– Что там, господин капитан? – спросил Невский.
– Наши новые знакомые… Один из них. – Вопреки острому желанию, Дронов не ускорил шаг. «Хвост» наверняка заметил, как объект наблюдения обернулся, но ни к чему было прямо показывать неприятелю, что он раскрыт. – Да, шпион из меня получается тот еще… По-хорошему не вышло – будем пробовать по-плохому.
– Это мы завсегда, – ощерился Дмитрий Александрович, как бы невзначай проведя ладонью по оголовью шашки. – Но неужели прямо тут, посреди города изрубим?
– Да упаси боже. Нет, конечно. – Николай передернул плечами, вообразив, какой переполох начнется. – Еще нам в зиндан угодить не хватало, причем по заслугам, а не по навету, как в прошлый раз. Да и убивать сразу не стоит – вдруг ошибка? Тут не поле боя, где врагов по мундирам точно узнаешь.
– А что же тогда? – нахмурился казак, убрав руку от ножен.
– Потопаем в складской район, там неподалеку от сарая, где наших бойцов разместили, я пустырь приметил. Местечко глухое. Увяжутся туда за нами – сами виноваты… Постараемся без лишних жертв, но и без лишнего для себя риску. Будут сопротивляться – успокоим качественно.
– Но так мы их все равно к нашему убежищу приведем, по сути. Опасно это.
– Угу, – сдвинул теперь брови и Николай. – Потому надо сделать так, чтобы ни один из преследователей не сбежал. Тогда и не расскажут никому, у них же оптического телеграфа в карманах нету, поди. Идем не спеша – вдруг все же поверят, что мы их не видим…
Пустырь в районе рыночных складов представлял собой давнее, хорошо расчищенное пожарище, оставшееся после гибели в огне нескольких больших построек, – об этом говорили торчащие из земли обугленные огрызки балок, черные подпалины на соседних заборах и густая трава, всегда хорошо растущая на пепле. Попасть туда можно было лишь двумя путями, если не считать каких-нибудь тайных ходов, не обнаруженных капитаном при беглом осмотре. Дронов и Невский зашли с восточной стороны, с обычной улочки, тянущейся меж складских корпусов в нужном им направлении. За поворотом офицер тут же приказал жестом спутнику уходить вправо, готовить засаду. Тот немедленно скользнул вбок, прижался спиной к забору. Николай же продолжил шагать через пустырь ко второму входу, спокойно и неторопливо. Внезапно за его спиной раздались смачный удар и болезненный возглас. Капитан крутанулся на каблуках, выхватывая револьвер, и увидел, как один из вошедших вслед за ним на пустырь «неприметных» валится навзничь, получив в висок тяжелым казачьим кулаком. Второй, чуть подотставший, среагировал мгновенно – по-кошачьи ловко отпрыгнул назад, сунул руку за пазуху халата.
«Если достанет нож или кистень, доверю его Невскому, – молнией мелькнула мысль в голове Николая, пока он брал на мушку противника, краем глаза отмечая, как казачий урядник тянет из ножен шашку. – Если пистолет – придется стрелять».
Преследователь вытащил пистолет – тупорылый, короткий и явно однозарядный, с изящной выгнутой рукоятью, в которую не запрячешь магазин. Не тратя драгоценных секунд на колебания, Дронов вдавил спуск – три раза, чтобы с гарантией. Хлопки выстрелов эхом отдались от окружающих пустырь заборов и складских корпусов…
– А третий где?! – воскликнул казак, приседая над контуженным противником, чтобы проверить пульс. Другой супостат, бьющийся в конвульсиях с простреленной грудью, его уже не интересовал.
– Черт! – Николай бросился к проулку, выглянул из-за угла. На узкой улочке, с
