Гилберт – или Стивен, если этот человек сказал правду по поводу своего имени, – откровенно разговаривал с ней во время их путешествия, и все равно Вивьен пребывала в состоянии напряжения, была испугана и испытывала физический дискомфорт – ей было холодно и ее подташнивало; в то же время похититель держался раскованно и казался очень довольным, ожидая ее полнейшего подчинения. Ей приходилось постоянно напоминать себе, что она не должна действовать необдуманно и пытаться убежать, поскольку, по крайней мере сейчас, он не убьет ее, если она не даст ему повода.
Сначала Вивьен удивило, что Гилберт Монтегю на самом деле оказался Стивеном Честером, шурином Уилла, и что брат и сестра планировали этот заговор более двух лет. Стивен рассказал ей, как они с сестрой Элинор обвинили герцога Трента в убийстве Элизабет, после того как герцог отказал им в помощи. После оправдания Уилла, частично благодаря свидетельству его знатных и уважаемых друзей, Элинор буквально рассвирепела. В результате она направила все свои усилия на то, чтобы захватить хотя бы часть принадлежавшей Элизабет собственности, которая имела весьма значительную ценность. А когда идея заполучить сонет провалилась, Стивен предложил похитить Вивьен, чтобы потребовать от Уилла выкуп за нее.
С момента их прибытия в коттедж Стивен предложил пленнице лишь небольшую порцию холодного картофельного супа с беконом. На вкус это варево напоминало растопленное сало, но Вивьен съела все целиком, зная, что ей необходимо поддерживать силы. Потом Стивен запер ее в маленькой комнате, где в одном углу стояла старая продавленная койка, а в другом – ночная ваза, и это были единственные предметы, находившиеся в ее распоряжении.
Но больше всего Вивьен беспокоило отсутствие света. Она подумала, что действительно может сойти с ума, потеряв счет времени, не имея никого, с кем можно было бы поговорить, и не слыша ничего, кроме шума морского ветра за каменными стенами.
Когда они приехали, она попыталась кричать, но Стивен только посмеялся над ее наивностью. Рядом на побережье не было никого, кто услышал бы ее крики и пришел на помощь. С этого момента Вивьен убедила себя, что ей следует прекратить все попытки к спасению. Время – вот все, чем она располагала, и только Господу Богу известно, улыбнется ли ей удача.
. Зато она могла неотрывно думать о герцоге – это позволяло сосредоточиться на всем хорошем, что произошло за последнее время в ее жизни. Уилла она считала единственным возможным спасителем, своей величайшей надеждой. К тому же другой у нее все равно не было. Стивен, казалось, был абсолютно уверен, что герцог Трент заплатит требуемый выкуп, и теперь дожидался подтверждения этому. Во всяком случае, пока он не касался ее в оскорбительной или недозволенной манере, но Вивьен не могла быть уверена, что этого не случится вообще. Итак, пока от Уилла не пришло никакого сообщения, она оставалась во власти Стивена и молилась лишь о том, чтобы он напился до потери сознания и забыл, что она находится всего в нескольких шагах от него, запертая в темноте и старательно считающая минуты.
Неожиданно через крошечную щель в полу Вивьен заметила движение тени и услышала приглушенный звук передвигаемого по полу стула. Она быстро села, подозрительно прислушиваясь к порывам ветра и скрипу досок пола.
Поняв, что Стивен направляется к ней, Вивьен замерла. Ему потребовалось лишь несколько секунд, чтобы отпереть дверь, и вот уже он распахнул ее и, очутившись рядом с пленницей, схватил ее за запястье и рывком поднял с койки, а затем завернул ей руку за спину и приставил острый конец ножа к горлу.
– Держите рот на замке, милочка, и тогда, возможно, вам удастся спастись, – прошептал он и потащил ее к двери. – К нам прибыл гость, и надеюсь, это ваш герцог.
Уилл изо всех сил ударил сапогом в толстую деревянную дверь коттеджа. Слабый свет, который он, подъезжая, увидел в окне, неожиданно погас, и это значило, что их заметили. Впрочем, теперь это не имело никакого значения. Он повидал немало каменных коттеджей и достаточно хорошо представлял расположение комнат внутри. Колина Уилл оставил у задней двери, так как тот отличался быстротой и ловкостью. Герцог был почти уверен, что в доме нет никого, кроме Вивьен и Стивена, и не опасался никаких сюрпризов, потому что твердо знал: Стивен не убьет ее, пока не получит деньги, которые, по его мнению, уже почти у него в кармане.
Держа пистолет наготове, Уилл подал знак Сэму и дважды ударил по двери каблуком. Дверь, наконец поддалась, и они, ворвавшись, остановились, чтобы привыкнуть к темноте. Однако им не пришлось ждать – лампа Стивена осветила комнату.
Осторожно выпрямившись, Уилл увидел Вивьен. При одном взгляде на ее глаза и испуганное выражение лица он мгновенно почувствовал желание пристрелить негодяя, который крепко держал ее. Однако Вивьен стояла слишком близко к Стивену, и к тому же мерзавец крепко прижимал двадцатидюймовое лезвие ножа к ее белоснежной шее. Все, что Уилл мог сделать, – это ждать подходящего момента.
– Ваша светлость! Какая приятная неожиданность! А я уже начал сомневаться в ваших способностях, – Стивен нагло ухмыльнулся. – Почему же вы так задержались?
– Я смотрю, вас прямо-таки пот прошиб от неожиданности. – Уилл мрачно усмехнулся.
– Какой там пот? – Стивен с досадой вздохнул. – Ваши действия по-прежнему легко предсказуемы. Я жду вас уже несколько часов.
Уилл склонил голову набок.
– Вы плохой актер, и это заметно. Вы вовсе не ожидали нас.
Стивен прищурился.
– Верно, я жду не вас, а деньги. И не важно, где и как это случится.
Уилл поднял пистолет и прицелился в похитителя.
– У меня ушло некоторое время на то, чтобы посетить вашу стареющую злобную сестру и положить конец власти и престижу, которыми все еще пользуется ваша семья. Будьте уверены, с прошлым покончено, и когда я покончу сегодня с вами, вы с Элинор будете полностью разорены. – Его губы насмешливо изогнулись. – Теперь вам известно, почему я задержался.
Глаза Стивена вспыхнули.
– А я-то думал, что эта женщина значит для вас больше, чем репутация моей семьи...
– Так и есть. – Уилл посмотрел негодяю в глаза. – И теперь спасти ее из ваших когтей – моя главная цель.
– Тем не менее, вы оставили мне достаточно времени, чтобы поиграть с ней. – Стивен осклабился.
У Уилла пересохло во рту; казалось, его гнев вот-вот вырвется на свободу. И все же он продолжал смотреть на похитителя.
– Не пытайтесь разозлить меня, это не сработает. Что бы вы ни сделали, сейчас это не имеет никакого значения. Я вас нашел, и я здесь. Исход этого матча не вызывает никаких сомнений.
