– Позже, – продолжил Стивен как ни в чем не бывало, – когда я начал рассматривать всю последовательность своих действий, в один прекрасный день мне пришло в голову, что это был самый блестящий ход, который я когда-либо сделал. Я мог воспользоваться именем Монтегю, чтобы разбогатеть, получив от вас сонет и продав его в Европе, на Ближнем Востоке или в Америке, где его подлинность будет подтверждена. Я легко смог бы заработать кругленькую сумму, и тогда Гилберт исчез бы, а Стивен, наконец, вернулся бы домой и уютно устроился в обществе. К сожалению, теперь, чтобы устроиться, я вынужден буду покинуть страну. Но к счастью, Средиземноморье хорошо в любое время года. – Он понизил голос: – Так где же мои деньги?
Уилл внимательно посмотрел на него.
– Да уж, вы с сестрой неплохо поработали над своим планом и снова вошли в мою жизнь, используя невинную женщину.
Стивен насмешливо смотрел на него.
– Невинную? Она была очень хороша, ваша светлость, при самых разных способах. – Он понизил голос до еле слышного шепота: – Так как насчет моих денег?
Тело Уилла покрылось холодным потом; ему пришлось сжать зубы в попытке сосредоточиться, не потерять контроль над собой. Если это случится, она умрет.
– Почему я должен заплатить за то, что по праву принадлежит мне?
Потребовалось несколько секунд, чтобы Стивен понял смысл услышанного. Его лицо побагровело, глаза расширились. Внезапно рука затряслась так сильно, что острие ножа царапнуло горло Вивьен и на ее коже выступила кровь.
– Вы никогда не узнаете, сколько стоила вам ваша глупость... – Голос Стивена дрожал.
– И вы тоже никогда не узнаете, что... – Неожиданно Уилл топнул ногой и громовым голосом крикнул: – А ну отпусти ее!
В ту же минуту дверь распахнулась, и в комнату ворвался Колин. Вздрогнув, Стивен ослабил хватку, и Вивьен мгновенно воспользовалась этой оплошностью: изловчившись, она изо всех сил ударила его каблуком по коленной чашечке. Взвыв от боли, Стивен схватил свою жертву за волосы и ударил головой о стену.
И в тот же момент раздался выстрел.
На какую-то долю секунды Стивен словно окаменел, затем нож выпал из его разжавшихся пальцев и он упал на пол. Из его виска медленно поползла тонкая струйка крови.
Глава 22
Поскольку Вивьен не подавала признаков жизни, Уилл с ужасом подумал, что она сейчас умрет. Она лежала у него на коленях всю дорогу, пока он и его спутники скакали к Пензансу под ледяным ливнем. Все трое хранили молчание, лишь изредка перебрасываясь короткими репликами, и Уиллу казалось, что он преодолевает самый долгий путь в своей жизни.
Когда Стивен рухнул на пол, Уилл тут же оказался рядом с Вивьен и сразу заметил, что рана на ее голове сильно кровоточит: она ударилась лбом об острый выступ каменной стены. Он быстро оторвал кусок ткани от рубашки Стивена и перевязал рану, после чего они пустились в обратный путь. Едва они отъехали, Вивьен застонала, а затем вновь погрузилась в забытье.
Всадники помчались во весь опор, и Уилл мог думать лишь о том, как им поскорее добраться до дома и оказать помощь отважной женщине, которая ничем не заслужила такой печальной участи.
Когда, наконец, они остановились у входа в дом Уилла, Сэм и Колин, быстро спешившись, помогли Уиллу перенести Вивьен внутрь, после чего он снова взял ее на руки и понес наверх.
– Немедленно пошлите за моим хирургом; скажите, что это дело жизни и смерти, – приказал он Уилсону, поднимаясь по ступеням. – И приготовьте ванну в моей спальне.
– Сию минуту, ваша светлость. – Уилсон со всех ног бросился выполнять поручение.
Добравшись до верхней площадки, Уилл внес Вивьен в спальню и нежно положил на бархатное покрывало, бережно устроив ее голову на своей подушке.
При этом он пытался думать лишь о самом неотложном и первостепенном на данный момент: как вымыть ее, что скажет при осмотре доктор и что еще предпринять, чтобы ей стало полегче?
Пока же Вивьен выглядела как упавший с небес ангел; слабая и грязная, она лежала неподвижно, тихо и глубоко дыша – ее грудь медленно поднималась и опускалась, показывая, что она все еще жива.
Хотя Уиллу казалось, что он стоял так вечность, прошло лишь несколько секунд, прежде чем раздался стук в дверь и вошли четыре служанки – две несли медную ванну, третья – два ведра воды, от которой шел пар, а самая молоденькая – полотенца и мыло.
С легким реверансом девушка сказала:
– Сейчас принесут воды, ваша светлость. Что-нибудь еще?
– Нет. Я пошлю за вами, когда понадобитесь. – Герцог снова повернулся к Вивьен.
Несколько секунд спустя принесли воду, и ванна наполнилась почти на три четверти.
– Оставьте нас, – приказал Уилл. – И не беспокойте до прихода доктора.
– Хорошо, ваша светлость.
Когда комната опустела, Уилл снял испачканную рубашку, а затем начал раздевать Вивьен. Он снял с нее туфли, повернул на бок и расстегнул платье от ворота до талии. Осторожно сняв и его, и нижние юбки, он бросил их на пол рядом с кроватью, скатал чулки и снял их, после чего снова повернул Вивьен на бок и стал расстегивать корсет. С крайней осторожностью он расшнуровал его и наконец снял и отбросил в сторону.
Уилл смотрел на нее, обнаженную, зная, что это прекрасное зрелище навсегда останется в его памяти. Но он также не мог не замечать окровавленную повязку на ее голове и омрачавшую впечатление от этого прекрасного видения.
Ком подступил к горлу, и внезапно он почувствовал почти физическую усталость. Если бы герцог мог, он охотно свалился бы прямо здесь, рядом, чтобы прижаться к ее прекрасному телу и спать, спать – дни и ночи подряд, только от нее черпая тепло и силы. Но ему нужно было смотреть вперед и прежде всего помочь ей.
Через несколько секунд Уилл взял себя в руки и, подняв Вивьен, понес к ванне, а затем опустил в воду. Взяв губку, он обтер ей лицо и смыл кровь с бледной холодной кожи ниже подбородка. К счастью, рана на шее Вивьен оказалась всего лишь легкой царапиной. Убедившись в этом, Уилл намылил губку и начал мыть ее тело, грудь, ноги, слегка касаясь нежной кожи между бедер. Наконец, он осторожно размотал кусок материи, которым была обвязана ее голова, и, увидев, что рана перестала кровоточить, снял повязку.
Рана действительно уже не казалась такой устрашающей, но теперь появилась огромная шишка. Вивьен все еще не издала ни звука и ни разу не пошевелилась с тех пор, как герцог привез ее в свой дом, но большего он все равно сейчас не мог для нее сделать. Теперь им только оставалось ждать доктора.
Уилл перенес Вивьен на кровать и принялся осторожно вытирать. Закончив, он вытащил из-под нее покрывало и закрыл ее до шеи, откинув ладонью волосы со лба, затем присел на край кровати с полотенцем, перекинутым через руку, и стал смотреть, как она лежит, спокойная и почти безжизненная.
