восьмой год. Но она терпеливо слушалась его. Когда же Шарлотта выходила из комнаты, гостья рассказывала ему о впечатлении, которое произвели её книги на читателей, которых она знала или слышала их мнение. Патрик Бронте не скрывал своего чувства гордости за одарённую дочь. Он просил её рассказывать и повторять ещё и ещё, стараясь запечатлеть всё услышанное в своей памяти.
В одной из многочисленных бесед гостья спросила у Шарлотты, откуда та взяла описание действия опиума для того, чтобы сделать эпизод в «Виллетт», не из своего ли опыта?
— Нет, милая Элизабет, что Вы! Я никогда не пробовала курить опиум, ни в каком его виде!
— Откуда же, душечка Вы узнали, как это происходит?
— У меня такая привычка. Если мне надо чего-нибудь описать, что мне неизвестно из практики, я начинаю думать, как мог бы развиваться этот процесс. Бывало я останавливалась и неделями не знала, как писать дальше. И тогда я думала, думала сосредоточенно каждый день, по вечерам, перед сном. Бывало проходило много дней подряд, пока однажды утром не просыпалась и понимала, как нужно это описывать, чтобы выглядело достоверно.
Во время прогулок по Хауорту и его окрестностям Элизабет удивлялась, что все мимо кого они проходили знали Шарлотту и нежно приветствовали, а она справлялась о здоровье членов семей, зная всех по именам.
В одной из бесед, касающейся темы жизни человека на земле. Шарлотта высказала мысль, в которой была уверена, что некоторым людям горести изначально предназначались. Кстати этим её выводом проникнут роман «Виллетт». В данном случае она имела в виду себя и привела пример. В прошлом июле она вместе со своими знакомыми, супружеской парой планировали пожить в Шотландии месяц. Туда всей душой стремились и они и Шарлотта. Но пробыть в Эдинбурге удалось только два дня, так как вскоре годовалый ребёнок спутников Шарлотты заболел и они, с таким же рвением с каким направлялись в Шотландию, теперь поспешили обратно в Йоркшир. Шарлотта не сказала, но имела в виду, что если человек рождён для страданий, то ни счастья, ни удовольствий он не получит. Она, видимо считала, что ей суждено страдать, а значит, не в её власти что-либо изменить в своей жизни и надо смириться с тем к чему тебя предначертал Бог. Похоже, именно так она думала о себе и с этих же позиций изобразила жизнь персонажей своего последнего романа.
Приятельницы, расставаясь, решили продолжить обмен ответными визитами.
— Дорогая Шарлотта, если Вы соскучитесь по суете, милости просим к нам, — сказала, улыбаясь Элизабет.
— А, если Вам, милая Элизабет, захочется тишины, помните, Вас ждут в пасторате, — промолвила Шарлотта.
Вскоре после отъезда миссис Гаскелл Шарлотта навестила мисс Вулер.
Зиму Шарлотта провела относительно неплохо. Но одиночество всё же одолевало её в долгие тёмные часы бесконечных холодных дней. Три с половиной года прошло, как последняя младшая сестра покинула этот мир, но Шарлотте по-прежнему не хватает её милых родных сестричек и Брануэлла, и это естественно, ведь она росла в компании своих сестёр и единственного брата. Всю жизнь они делились радостями и горестями, вместе придумывали разные истории. Потом встречались реже, но сознание того, что на каникулы встретятся, согревали их скучающие души. А сколько они претерпели от бедного несчастного брата! Как им тогда было тяжело, но оказалось, что ещё тяжелее и горше их утрата. И теперь она одна, ей так казалось, хотя в доме были и отец и Табби и Марта. Но ей одиноко. Как жаль, что её друзья живут далековато от неё, а как было бы здорово, если бы Эллен, и мисс Вулер жили в пределах пешей прогулки. Они бы чаще виделись, и ей было бы легче проводить эти тягучие зимние вечера. Утешает, радует и разнообразит её тихую жизнь переписка. Шарлотта беседует со своими друзьями, изливая на бумагу свои размышления по поводу прочитанных книг, их авторов, делиться своими мыслями о дружбе, о предназначении человека, о жизни, судьбе, о стойких людях, рассуждает о политике, пишет о разном, много и подробно.
В январе заболел Патрик Бронте и дочь сосредоточила своё внимание на отце, ухаживая за ним. Его зрение снова стало ухудшаться, и он страшно боялся слепоты. Патрика Бронте, всегда очень живо интересующегося политикой, очень расстроил ещё и конфликт между Россией и Англией, и союзником последней Францией. Царь, защищая интересы России, ввязался в так называемую Крымскую войну. Шарлотта, так же как и её отец, прежде всего, верили английским и европейским политикам и не одобряли действия России.
Шарлотта чувствует себя сносно, её самочувствие бывало и хуже, теперь же донимают в основном головная боль и расстройство желудка. В начале весны она навестила миссис Гаскел, потом Эллен и мисс Вулер. Три недели она провела с друзьями поочерёдно, но ей хотелось бы их видеть и говорить с ними ежедневно, но, увы, она и этим довольна, хотя всё же порой грустит.
В начале апреля после некоторой переписки с Патриком Бронте пасторат посетил возвратившийся в Хауорт мистер Николлс. Пастор обещал ему, что, как только его нынешнему помощнику подберут место, мистер Николлс снова вернется в приход Хауорта, более того поселится в пасторате. Патрик Бронте изменил свой взгляд на замужество дочери. «Ведь мне уже семьдесят семь, снова зрение слабеет, и сколько ему осталось, то ведает только Бог, — думал он. — И, что станет с дочерью, единственным выжившим моим ребёнком? Она итак мается от одиночества, и что же дальше? После моей смерти ей покидать родной дом и искать приют на чужбине? И стареть в одиночестве?.. Подходящая партия не складывается. Жаль, очень жаль, но что поделать. Мистер Николлс опять просит её руки, а может это её судьба? Кто знает? Всё-таки каждой женщине хочется иметь мужа, детей. А я своим упрямством лишаю её женского счастья. Что же пусть женятся, может, ещё успею увидеть внуков…»
Шарлотта понимала, что, вряд ли она воспылает страстью к мужу, но она выполнит свой долг и постарается быть хорошей женой, она почти была уверена, что чувство нежной привязанности она ощутит. «Судьба, которую провидение в Его совершенстве и мудрости, кажется, предлагает мне, не будет, я знаю, расцениваться как бриллиант, но я полагаю, что я вижу в этом некоторые крупицы реального счастья». Главное для Шарлотты то, что будущий супруг уважительно относиться к её отцу.
Мистер Николлс настаивал, чтобы свадьба состоялась этим летом, и лучше, по его мнению, в июне. Шарлотте же казалось, что это слишком скоро. Она ощущала смешение некоторой грусти и
