Глава охотников, низкорослый крепыш Егор, несколько раз делал неоднозначные намёки, приглашая вдовушку отметить очередной удачный поход. Радищева отговаривалась занятостью, внутренне копя раздражение, но приходилось терпеть, ради хороших отношений.
Вот и в тот вечер, крутясь перед зеркалом, Наталья думала, а не принять ли ухаживания Егора Павловича, может чего и выйдет? Отдаст себя в жертву, но у детей появится шанс, может скопят на поступление в академию, одарённым открыто множество дорог, если они не под другим родом. Рода активно принимали одарённых, но отношение там было не лучше чем у английских колонизаторов в Эфиопии. Не такой судьбы мать семейства хотела для отпрысков, ой не такой.
А затем памятный вечер, где она одиноко подъехала на такси, намеренно опаздывая на десять минут. К этому времени кортежи других аристократов разъехались, выполнив свою работу, доставив праздных гуляк к месту. Никем не замеченная, Наталья вышла из машины, лёгким шагом направляясь к дверям поместья очередного аристократа.
За спиной раздался шум мотора, явно не той малолитражки, на которой приехала сама женщина. Басовитый гул нескольких машин, от которого Наталья сжалась в несколько раз, ускоряя шаг, чтобы не попасться на глаза. Пересудов потом не оберёшься, а репутация и без того таяла как кусок лежащего на асфальте в тридцатиградусную жару пломбира.
Но привратники на входе не пустили одетую в простенькое платье аристократку, неспешно сверяя списки.
— Как вы там говорите? Радищева? — поинтересовался подтянутый солдат.
— Да, род Радищевых.
— Слышал, слышал, — кивнул сложенный будто манекен парень, продолжая копаться в листах на планшетке. — Сейчас уточню.
Привратник на глазах Натальи вошёл в сеть, пролистывая на сефероне фамилии первой сотни семей. За спиной снова послышались звуки, в этот раз тяжёлые шаги, заставившие второго воина вытянутся в струнку.
— Боюсь вы не можете войти, — вежливо ответил парень, отводя взгляд. — Род Радищевых только сегодня стал сто третьим в списке, мне очень жаль.
Наталья замерла, на глазах предательски выступила влага. Красная от стыда, она развернулась на каблуках, чтобы убраться, но тут обувь подвела и один из каблуков приказал долго жить.
Женщина отправилась в короткий полёт, отмечая в голове, что падает на самое дно.
Но удара об землю не случилось. Хрупкая от недоедания и нервного напряжения фигура женщины зависла в воздухе, удерживаемая сильными руками. Подняв в взгляд, она упёрлась в могучую мужскую грудь, заслонившую весь обзор. Пришлось поднять голову выше, чтобы увидеть того, кто её поймал.
Сердце Натальи пропустило удар, перед ней стоял виденный ранее на одном из приёмов Константин Фонвизин, глава одного из великих родов. Коротко стриженный, гладко выбритый, тем не менее он не походил ни на одного рафинированного аристократа, что сейчас заполонили поместье за спиной. Сколько он услышал? Промелькнула мысль в голове, но тут же была выветрена накатившим смущением.
— Она со мной.
Коротко сказал Константин, даже больше приказал, не смевшим пикнуть солдатам.
— Леди, вы составите мне компанию? — спросил он мягко. — Так получилось, что сегодня я один.
— Я… я… — потерялась Наталья, коротко взглянув на туфли, что не осталось незамеченным.
— Сейчас.
Мужчина отпустил женщину, выпустив из объятий, а затем встал на одно колено, вызывая у неё недоумение. Он взял её за не прикрытую ничем лодыжку, аккуратно, даже нежно, второй рукой просто отломив оставшийся каблук.
— Судя по всем законам физики, теперь вы можете спокойно ходить. — улыбнулся он, вставая.
Женщина вымученно улыбнулась, совершенно не понимая, что происходит. Ей оставалось только пожать плечами и принять предложение аристократа. Даже будучи в положении первой сотни, она бы не рискнула отказать такому человеку, а теперь и подавно.
Привратники почтительно расступились, поспешно открывая двери.
В уши ворвался шум развлекающихся людей и Наталью закружил водоворот событий.
Как давно она не ощущала себя центром внимания, да наверное никогда. Все с удивлением смотрели на неё, провожая парочку пристальным взглядом, жадно ожидая, когда же они пройдут, чтобы начать обсуждать неожиданную новость.
Лакеи услужливо подносили лучшее, а каждый хоть сколько-то значимый аристократ разрезал толпу, словно акула почувствовавшая добычу, чтобы первым засвидетельствовать почтение роду Фонвзиных.
На Наталью косились, но ничего не говорили, забалтывая вежливыми разговорами, пытаясь выяснить, что происходит между ней и одиноким главой одного из четырёх великих родов.
Наталья даже не представляла о чём говорить со спасителем положения. Пока совершался ритуал приветствий, она тихой мышкой стояла рядом, хватаясь за локоть Константина, будто за спасительную соломинку. Но нет-нет, встречала усталый взгляд Фонвизина, который скучающе скользил по толпе, что была на голову ниже него, как по положению, так и по росту.
Тогда она решилась на смелый шаг, чуть выступив вперёд и натянув максимально беззаботную улыбку.
— С вашего разрешения, я украду своего кавалера. — кивнула она собравшимся, утягивая мужчину прочь.
Весь путь до укромного уголка в зале, она корила себя за столь наглый шаг. Но стоило им скрыться с радаров всевозможных лизоблюдов, как Наталья заметила благодарную улыбку аристократа, что приободрило её лучше укола адреналина.
— Спасибо, — как обычно не многословно обронил Константин. — Всё думал, когда это закончится.
Наталью будто прорвало, бессвязным потоком слов.
Напряжение нашло выход, она говорила и говорила, украдкой смотря на него. Про званые ужины, банкеты, сборища. Как сама ощущала себя, когда потеряла мужа. Как было неловко находится в обществе, как пыталась скрыться с официальных сборищ, как ловила лицемерные взгляды и каверзные вопросы.
Константин только смотрел на неё, улыбаясь и смеясь.
Когда Наталья замолчала, заиграла музыка, заполняя тишину.
А затем они танцевали, кружась среди цветков разнообразных пар, нарядно одетых женщин и мужчин, в свете немногочисленных ламп.
Прощание прошло сумбурно, точнее его и вовсе не было. Когда Константина позвали в круг действительно влиятельных людей, где сама Наталья боялась даже появится, она сделала вид, что заинтересовалась столом и напитками, а как только появилась возможность, просто улизнула.
На выходе всё та же парочка привратников склонилась, отдавая честь, а атлетично сложенный паренёк так вообще подбежал и открыл дверь такси. Наталья откинулась на спинку замызганного салона, и отправилась домой, мягко укачиваемая поворотами автомобиля.
На следующее утро, прошлый вечер казался чем-то волшебным, нереальным. Женщина была искренне благодарна Константину за возможность уйти с помпой. Планировала написать письмо, чтобы поблагодарить, но дописав послание красивым каллиграфическим почерком, потянулась за печатью рода, вспоминая о том, что больше не является благородной аристократкой.
Ком снова поселился в горле, а письмо отправилось в стол.
Раздавшийся звонок остался проигнорированным, только когда позвонили второй раз, она услышала, как Нина пошла открывать. Смаргивая влагу с глаз, Наталья не заметила, как подошла служанка.
— Наталья Алексеевна, вам посылка, — заинтересованный голос служанки заставил её повернутся. Увидев слёзы в глазах хозяйки, Нина поставила коробку и быстро покинула комнату, но ей было не скрыть жадного любопытства во взгляде, бросаемом на посылку.
Спустя пару минут, Наталья собралась, глубоко вздохнула и тихо прошептала парочку успокаивающих фраз, переместившись к столу и осматривая здоровенную коробку. Не коробка, целый кейс, украшенный позолоченными завитками и имеющий пару отщёлкивающихся замков.
С интересом открыв его, женщина потрясённо уставилась на содержимое.
На дне кейса в замшевых углублениях были три пары туфель, совершенно одинаковых, различались только размеры. Сверху расположился конверт, запечатанный печатью рода Фонвизиных, открыв который Наталья прочитала короткое послание.
