хоть вешайся. Будто трогаешь больной зуб. Но если не трогать… жить можно».
Жить и не давать жить другим. Хазгат, например.
— Подойди, милый. Я могу тебе помочь.
Обернулся на голос Геллы.
— Помочь?
— Да. Помнишь, я говорила, что умею вырабатывать не только снотворное, но и наоборот — состав, придающий сил?
Помню. Только вот стоит ли пробовать перед боем незнакомый препарат? В родном мире я энергетики редко пил. Пару раз от них накрывала тахикардия.
— Этот состав тебе не навредит, — улыбнулась Гелла. — Я сделала его специально для тебя. Учла твои особенности. Ты вспоминаешь прошлое, но сейчас твое тело намного сильнее. Раз за разом магия исцеляла его. Не только свежие раны, но и застарелые проблемы. Тренировки, бои, походы. Ещё полгода-год таких нагрузок, и ты будешь на пике физических возможностей человека.
Ха! Пик человеческих возможностей. Такое часто любили писать в биографии всяких там Бэтменов, Карателей и Озимандиев. Достигнуть такого уровня? Никогда не мечтал об этом. Только вот удержится ли на месте моя крыша? Тело вылечит магия, но осилят ли нагрузку нервы?
— Ты справишься, — уверила Гелла. — Подойди.
— Ладно. Попробую твой редбулл.
Гелла положила свою маленькую ладошку поверх моей. Я ощутил едва заметный укол.
— Так это внутривенно?
— Чтобы быстрее усвоилось, — ответила Гелла. — Времени мало. Они приближаются.
Искра закончила установку шипов, принялась было строгать колышек, но затем бросила. Похоже, враг уже был совсем рядом. Не только Гелла, но и зубастая это ощущала.
А тем временем потихоньку начинало светать. Сперва видимость чуть улучшилась, но затем тьму ночи сменил утренний туман. Самая густая белая завеса липла к земле и болоту. В безветренном воздухе же повисла полупрозрачная пелена. Я кожей ощущал ее сырость.
Инъекция Геллы подействовала быстро. Зачатки сна и накопившуюся усталость смела теплая волна энергии. Даже глаза не слипались. Итак, я готов сражаться с игрушками древних магов, упоровшись их же стимулятором для секса. Чудно.
И гадкие игрушки пожаловали к нам. Из туманной чащи раздались их вопли. В этих криках не было даже намека на страх. Хазгат стольких потеряли, но шли на бой как на праздник. Сколько же их?
Я пытался оценить общие силы врага, но уродцы разбились на группки по две-три особи. В первых рядах шли обычные хазгат, составляющие большую часть отряда. За их группками пушечного мяса следовали стрелки. Как минимум — четверо. У троих были трофейные арбалеты, а четвертый носил короткий лук. Редкое оружие для мира с очень плохой древесиной. Кроме стрелков, в первых рядах было еще двое хазгат повыше. Назовем их солдаты. Один носил трофейный орденский шлем и был вооружен сочетанием щит-меч, другой предпочел костяную маску из человеческого черепа и глефу. Ассасина пока не было видно. Но ассасинов как бы и не должно быть видно. Это их главная фишка в большинстве фэнтези франшиз.
В тылу под охраной тройки обычных хазгат маячила фигура, наверное, шамана. Уродец сильно горбился, носил сложную маску из костей, коры и перьев, а в качестве оружия использовал длинное трофейное копье, на котором кривые руки хазгат закрепили множество талисманов на веревочках. Они бахромой свисали под наконечником. Воздух вокруг копья-посоха мерцал сиреневыми огоньками. Рядом с шаманом горбилась еще какая-то тварь, низко стелившаяся к земле. Очертания уродца скрывал черный балахон, на который были нашиты десятки мелких косточек. Тот — шаман, а это — колдун?
Твари медленно пошли в наступление.
Мы с Искрой находились на расстоянии примерно шести метров. Одновременно близко, чтобы прийти на выручку, и не вплотную, чтобы нас было не так легко окружить. Гелла тоже была рядом. Где-то в восьми метрах за моей спиной.
«Следи за нами и помогай тому, у кого самые большие проблемы. Не только мне. Искре тоже», — мысленно передал я. — «И будь готова к атаке ассасина. Думаю, он или кого-то из нас попытается достать в спину, или по тебе ударит».
Боюсь, ещё несколько попаданий красного яда Гелла не выдержит.
Арайт охранял тыл, вооружившись мечом, а его глефу забрал я. Воткнул рядом как запасное оружие. Я укрылся за довольно широким деревом, кривой ствол которого был покрыт крупными влажными наростами. Их облепила мошкара. Мелкий гнус разлетался в стороны от каждого моего резкого движения и лез в глаза. Это очень бесило на фоне общего нервного напряжения. Ну же, уроды! Лезьте поскорее. Я устал ждать!
Словно повинуясь моему призыву, в гости прилетел первый арбалетный болт, вонзившийся во влажный нарост на дереве. Стайка рассерженной мошкары взвилась оттуда к туманным небесам.
Две группки тварей пошли в обход с левого и правого флангов. Всего шестеро хазгат, включая одного арбалетчика. Шаман задергался в подобии ритуального танца. Его хриплый клекот заглушил голоса всех прочих хазгат.
«Ипать, у вас Хельмова Падь», — прокомментировал Первый. — «И я сегодня буду за Гендальфа. К сожалению, сразу накрыть шамана и его дружка не смогу. То свечение — это что-то типа антимагического барьера. Но пока он его кастует, не сможет сам атаковать. Только колдовать всякие баффы на своих».
«Делай, что считаешь нужным. Меня больше обсосин беспокоит».
Второй болт просвистел мимо. Я успел скрыться за деревом, наблюдая приближение хазгат. Мои руки все сильнее сжимали копье. Сердце ускоряло ритм в унисон вражеским крикам и клекоту шамана.
Искра на секунду выглянула из-за дерева. В нее тут же полетели стрела лучника, несколько камней, два копья и топорик. Девушка успела нырнуть обратно, увернувшись от снарядов. Лишь стрела пробила кожаную покрышку ее куртки, но отскочила от бронепластины. Наклонившись и отложив щит, Искра резким нырком подобрала одно из копий. Через мгновение она показалась с другой стороны дерева, метнув снаряд. Короткое копье вонзилось в низ живота обычному хазгат, добавив воплей этому туманному утру. Еще пара уродцев таки вляпались в наши шипы. Твари чуть замедлились, продолжая засыпать нас болтами, копьями и камнями. Я ощутил несколько ударов по броне. Ничего. Терпим!
Вся эта картинка, оборона от превосходящих сил дикарей, извлекла из моей памяти песню Sabaton, под которую я квасил будучи студентом.
Zulus attack,
Fight back to back
Show them no mercy and
Fire at will,
Kill or be killed
Facing, awaiting
A hostile spear, a new frontier, the end is near
There’s no surrender
The lines must hold, their story told, Rorke’s Drift controlled!
Только вот ружей для удержания позиции у нас нет. Но было кое-что другое.
«Пора», — решил Первый, когда уродцы подошли метров на шесть-семь. — «Будь готов. Лучше нам синхронизировать свои атаки. И ещё мне нужно, чтобы ты выглянул из-за дерева».
«Сейчас попробую, но это чревато копьями и камнями в рожу».
«Ничего. Твоей роже не привыкать, а Третий дежурит
