– Леди, слушания по моему заявлению будут завтра с утра. Ровно в десять.
– Хорошо, капитан, мы будем там, – кивнула бронзововолосая девушка, капитан Этуро поклонился и вышел. Когда дверь закрылась, Рамана, поставив блокировку от прослушивания, задумчиво сказала: – Значит, Граон… Что ж, Милисенте виднее, а у нас появляется еще неделя.
В дверь снова постучали, Рамана поморщилась:
– Геронимо Чайата, собственной персоной. Заинтересовался, что нам капитан Этуро тут говорил. Бедные местные маги, они, наверное, дошли до полного истощения, пытаясь взломать мою защиту.
Вошедший третий нобиль, несмотря на безукоризненно выглядевший костюм, имел слегка помятый вид. Рамана усмехнулась. Чайата, заметив эту усмешку, стал оправдываться:
– Много работы, необходимо обеспечить режим секретности. Не спал вторую ночь, извините, леди.
– Да, очень тяжело обеспечивать сохранность сведений о подобных мероприятиях. Тем более о том, что готовится эскадра, знает весь город, – усмехнулась Рамана и, сжалившись над начальником разведки, предложила: – Кофе?
– Не откажусь, тем более слышал, что ваша служанка готовит просто изумительный кофе, как это у нее получается? Может, она поделится секретом?
Рамана усмехнулась и негромко позвала:
– Луланна, будь добра, свари нам кофе. Да покажи уважаемому нобилю Геронимо, как ты это делаешь, ему интересно.
Чайата удивился, Рамана позвала свою служанку, позвала очень тихо. Так тихо, что не расслышать и в противоположной стороне комнаты, но здесь служанки не было! Тем не менее в комнату вошла девушка, одета она была совсем не как прислуга, а скорее как горожанка среднего достатка. Вошедшая держала поднос с тремя джезвами. Улыбнувшись, она подошла к нобилю и попросила его дотронуться до джезвы: та была совершенно холодная. Девушка, продолжая улыбаться, внимательно посмотрела на сосуды, в которых, как успел заметить Чайата, была налита вода и насыпан молотый кофе. Вода закипела, над краями обеих джезв появилась пена, по комнате поплыл божественный аромат.
– Главное, не перегреть, но если недогреть – тоже плохо получится, и обратите внимание на пенку, видите? – Черноволосая показала нобилю на пену над джезвами. – Это говорит о том, что кофе сварен как надо. Спасибо, Луланна!
Девушка слегка поклонилась и при этом выпустила из рук поднос. Нобиль отшатнулся, ожидая падения джезв и брызг горячего напитка во все стороны, но поднос не упал, он остался висеть в воздухе. Девушка стала аккуратно переливать кофе в маленькие чашечки, которые стояли на том же подносе.
– Сахар? – предложила девушка Чайате, тот кивнул, хотел потянуться к подносу, но там сахарницы не было. Девушка улыбнулась, и в ее руке появился недостающий предмет сервиза. Она подождала, пока желающие возьмут себе сахар, после чего пошла к выходу, поднос с посудой поплыл за ней следом. Геронимо Чайата завороженно наблюдал за этим представлением, потом, повернувшись к оставшимся девушкам, спросил:
– Леди, ваша служанка ведьма? Но как она это сделала с сахарницей? Создавать такие сложные предметы…
– Нет, уважаемый нобиль, она не ведьма, она маг-универсал. Довольно сильный, но еще недостаточно обученный. А сахарницу она не создавала, просто переместила из соседней комнаты. И Луланна не служанка, она моя ученица, – ответила бронзововолосая.
– Не так давно вашу ученицу, леди Романа, звали Лулу, и она была… гм… девушкой в заведении мадам Зизи, больше известном как «Дворец наслаждений», – вкрадчиво сказал Чайата, – не в этом ли «дворце» вы проживали первые дни своего пребывания в Венисии? Кажется, там с вами были еще две юные особы, которые отплыли на «Летящей по волнам», шхуне капитана Этуро? Который недавно был у вас с визитом, уж не весточку ли от этих юных леди он вам принес?
– Он попросил нас оказать ему помощь в одном деле. Кстати, уважаемый нобиль, не можете ли вы походатайствовать перед вашей торговой палатой о признании корабля, на котором капитан Этуро вернулся в ваш прекрасный город, собственностью этого уважаемого капитана? – улыбаясь, проговорила черноволосая. Несколько секунд она, ехидно усмехаясь, смотрела на Чайату, а потом продолжила: – О юных леди вообще упоминать не стоит. Не стоит также упоминать о том, где и с кем были наши с леди Стэллой ученицы.
Начальник разведки Венисии некоторое время смотрел на улыбающуюся бронзововолосую леди, потом молча кивнул.
– Красиво, правда? – спросила Киламина, разглядывая скалы Граона. Освещенные восходящим солнцем, они выглядели очень необычайно. Другие девушки тоже зачарованно смотрели на скалы, меняющие свои цвета по мере того, как поднималось солнце.
– Листик, а куда ты дела детей? – спросила Миларимо задумавшуюся о чем-то девочку.
– Посадила на корабль, идущий в Венисию, написала письмо мадам Зизи с просьбой приютить малышей до нашего возвращения. Я их потом заберу, у меня есть место, где их можно будет пристроить, – продолжая думать о чем-то своем, ответила Листик.
– А их там не обидят? Это же… – начала Миларимо.
– Не-а, – усмехнулась девочка. – Пока мы жили в этом «Дворце наслаждений», мадам заработала больше, чем во время самого удачного сезона. Я пообещала ей заплатить еще больше и пообещала, что если она обидит хоть одного ребенка, то лично с ней разберусь.
– Ну это уже лишнее, – засмеялась Киламина. – Мадам Зизи любит деньги и будет с детьми очень ласковая, это же ей принесет хороший доход, притом что затрат и забот меньше, чем при обслуживании привычных клиентов. А девочки переквалифицируются в нянечек и воспитательниц. Хм, не «Дворец наслаждений», а детский дом имени леди Лионеллы!
– Ага! – Листик посмотрела на Киламину и засмеялась, к ним присоединилась и Миларимо.
Три орчанки смотрели на смеющихся девушек с недоумением, вернее, две, так как третья была не совсем настоящей, а только наполовину, хотя и выглядела как настоящая орчанка. Зилану, в новом обличье, ее служанки сразу не узнали, а когда узнали, стали горячо благодарить за свое спасение, они решили, что именно Зилана командует прибывшими в Граон, чтоб их спасти. Каково же было их удивление, когда оказалось, что это не так – сама Зилана была спасена четырьмя девушками. Еще большим шоком для Чаюмь и Гюлань оказалось то, что эти четыре девушки обращаются к заскийской принцессе как к равной, а она не возражает. Мало того, и к ним, служанкам, эти четыре девушки тоже обращаются как к равным.
Возросшая женская часть команды «Летящей» уже не помещалась в пассажирской каюте. Капитан Каратто уступил девушкам свою, но туда никто не захотел переходить. Ни Миларимо, ни Киламина не пожелали уходить от Милисенты и Листика, не захотела и принцесса Зилана, а Чаюмь и Гюлань тем более не решились бросить свою госпожу. Выход нашла Листик, она просто проломила большую дыру в стене, разделяющей каюты, благо они были рядом.
– Листик, твое решение, как всегда, самое радикальное, если не сжечь, так сломать! – засмеялась Милисента. А Листик на это замечание заявила:
– Ага, самое радикальное и самое верное! А остатки переборки я сейчас сожгу!
– Не надо! – Все дружно замахали на девочку руками. – Нам же плыть будет не на чем, ты все сожжешь – и переборку, и корабль вместе с ней!
– Ага! – согласилась Листик и с сожалением посмотрела на остатки переборки, их пришел забирать корабельный плотник, ведь материал может пригодиться, в море-то его взять неоткуда.
На следующий день заскийки были еще больше поражены: рыжие сестры, как всегда, пошли купаться. После боя с пиратами и до прибытия в Граон девушки не купались. Поэтому Зилана была удивлена не меньше чем ее служанки, когда сестры разделись и прыгнули в море. Команда «Летящей» привычно высыпала на палубу, а наемники с Граона – так и вовсе застыли с отвисшими челюстями.
Милисента и Листик, будто желая похвастаться своими драконами, далеко не заплывали. Вот из воды появились оба дракона, без всадниц, видно, сестры до них еще не доплыли. Потом из-под воды появился изумрудно-золотистый дракон с сидящей на нем Милисентой, потом появился золотисто-изумрудный с Листиком. Так повторилось несколько раз, а потом, видно, сестрам наскучило, и они уплыли куда-то далеко.
– Да, охрана у вас, как у короля, – покачал головой Тремаз. – Насколько я понимаю, это драконы? Правда, они какие-то маленькие. В рукопашной схватке при абордаже от них мало толку будет.
– Эти два маленьких дракона уничтожили трех кракенов, – возразил Рен. – Два дракона с двумя всадницами – трех морских чудовищ! Драконы-то огнем могут дохнуть, да и всадницы маги не из последних.
– Драконы – огнем! Да не может быть! – удивился наемник из Граона. Остальные матросы из старой команды «Летящей по волнам» поддержали Рена, они же видели, как драконы били огнем, ну и команда считала драконов сестер своими, ведь «Летящая» теперь принадлежала старшей сестре.
