Читаем без скачивания Повод для паники - Роман Глушков

Судя по тому, как откровенно Ахиллес пялился на Кэрри, он думал не столько о мировых проблемах, сколько о том, каковы у него шансы затащить в постель несговорчивую брюнетку. Ранее в подобных вопросах ему всегда играл на руку титул чемпиона, но на сей раз у Блондина оказались незавидные карты – Каролина пока не выказала к нему расположения даже полунамеком. Ахиллес спешно искал причины этой странной, по его мнению, холодности. Искал старательно, но пока безрезультатно.

О чем размышлял арбитр Хатори, предположить было трудно. И потому, когда он наконец-то нарушил растянувшуюся на несколько минут паузу, пришлось признать, что если бы я даже очень постарался, то все равно не угадал его мысли. Как выяснилось, все это время Санада не просто обдумывал вышесказанное. Он еще и собирался с духом, дабы раскрыть нам кое-какую правду. А вот с каким умыслом он это сделал, неизвестно. Слабо верилось, что только из чувства гражданской солидарности с Кауфманом. Я сильно сомневался, что помимо дяди Наума и его дочери вижу здесь еще хотя бы одного порядочного человека.

– Вам не воспользоваться терминалом удаленного доступа даже при поддержке маршалов, – неожиданно заявил арбитр. Судя по твердости его голоса, он не предполагал, а утверждал.

– С помощью маршалов я намеревался отыскать местного контролера, – пояснил дядя Наум. – По логике, он тоже должен являться одним из них. Доверять государственные секреты гражданскому лицу – дело сомнительное.

– Вы совершенно правы, – подтвердил Санада. – Только смею вас заверить, что даже если вам повезет и вы найдете этого маршала, пользы от него будет немного. Контролера правительственного терминала зовут Семен Петренко. Я с ним знаком и случайно встретил его, когда он бежал из центра. Теперь это совершенно другой человек. Семья Петренко погибла в аварии на инстант-коннекторе, и Семен сошел с ума. Как мне показалось, уже безвозвратно.

– Но… вы таки убеждены, что мы говорим об одном и том же человеке? – растерялся Кауфман.

– Разумеется. Больше никто из маршалов, кроме Петренко, не служил на правительственном терминале.

– И у него не осталось дублеров?

– Зачем ему дублеры? Терминал использовался редко: сеансы связи с Женевой проводились два-три раза в неделю. Семен даже не присутствовал на терминале постоянно – при срочных сеансах его просто вызывали туда.

– Что ж, очень жаль бедного господина Петренко, – приуныл Наум Исаакович. – А я так рассчитывал на его помощь… Значит, придется выкручиваться самому.

– Повторяю: в одиночку вы ничего там не сделаете, Наум-сан, – напомнил Хатори. – Доступ в Закрытую зону виртомира защищен паролем. Не спорю, во взломе войс-блокираторов вам нет равных. Но пароль – эта штука посерьезнее. Ваши железные игрушки против него бессильны.

– Я должен попробовать в любом случае, – сверкнул глазами несгибаемый дядя Наум. – Буду биться над паролем столько, сколько потребуется. Хоть целый год…

– Могу ускорить вам работу на триста шестьдесят четыре дня, – снисходительно улыбнулся арбитр. – Я знаю пароль для входа в Закрытую зону.

– Вы?! – изумился Кауфман. Меня тоже не оставила равнодушным такая сногсшибательная новость. – Но откуда? Вы же не маршал, а всего-навсего… главный спортсмен!

Применительно к тучному арбитру словно «спортсмен» звучало весьма забавно, если не сказать – издевательски, но Санада не оскорбился.

– Все очень просто, – не стал темнить Хатори. – Каждая отрасль игровой индустрии контролируется государством, но с реал-технофайтингом случай особый. Мы не просто находимся под контролем правительства, а принадлежим ему со всеми потрохами. В действительности хозяин здесь не я, как принято считать, а Макросовет. Я всего лишь его доверенное лицо и главный исполнительный директор. Для Гроулера-сан это, несомненно, большой сюрприз.

– И не говорите, – согласился я. – Сроду бы не подумал, что работаю на правительство.

– Тем не менее, по сути, это так. Когда сотню лет назад реал-технофайтинг стал чрезвычайно прибыльным предприятием, разгорелась грандиозная подковерная борьба за обладание его контрольным пакетом акций. Нечто подобное происходило когда-то с Единым Информационным Пространством и Транс-сетью.

– Победил в этой борьбе, естественно, сильнейший, – заметил я. – Против закона не попрешь, а против тех, кто его творит, – тем более.

– Как и во все времена, – кивнул арбитр. – Открытая монополизация игорной отрасли не делает чести правительству, так что анонимность наших хозяев вызвана скорее этическими соображениями, нежели правовыми. Я, как доверенное лицо, подчиняюсь непосредственно Макросовету и потому владею паролем для входа в Закрытую зону. Так что оказать содействие в вашей благородной миссии, уважаемый Наум-сан, будет для меня не прихотью, а исполнением гражданского долга.

Опять высокопарные речи! Вот только, в отличие от дяди Наума, в искренность арбитра мне почему-то верилось слабо…

В город вошла новая сила, внушающая уважение одним своим видом. Сила эта была уже хорошо известна в центре, но раньше она не покидала пределов стадиума «Сибирь». Не потому, что боялась другой, более серьезной силы – таковой здесь попросту не существовало, – а потому, что у нее просто отсутствовала цель. Истекшие сутки кардинально изменили ситуацию. Сила не только нашла для себя достойное применение, но и стала еще внушительнее, заполучив мощное оружие и пополнив ряды новыми бойцами. Было бы чересчур амбициозно заявлять, что сила эта являлась в данный момент самой могущественной на планете, но в пределах гигаполиса Западная Сибирь конкурентов у нее, бесспорно, не имелось.

Мое недоверие к старым знакомым понемногу улеглось – нам с Кэрри не приказывали снять «форсбоди» и сдать оружие. С негласного дозволения хранителей стадиума мы просто примкнули к ним на равных правах (так, по крайней мере, мне казалось). Нам была уже растолкована причина их внеурочного собрания. Оказывается, эта пестрая компания околачивалась на стадиуме в преддверии грядущего юбилейного чемпионата и готовила для церемонии его открытия какие-то показательные выступления. Команда чемпионов – «Всадники Апокалипсиса» – и три десятка специально приглашенных игроков других команд под руководством арбитра Санада репетировали рекламное шоу, когда грянул гром и все они очутились отрезанными от своих домов, разбросанных по планете. Со слов Хатори, кое-кто из «шоуменов», проживающих, подобно мне, поблизости, отказался дожидаться окончания кризиса и отправился домой пешком. Оставшиеся на стадиуме арбитр, реалеры и турнир-корректоры сочли преступлением бросать без надзора переполненный оружием арсенал. Тот хоть и был замурован наглухо, однако, как показала практика, для смекалистых людей ринголиевые двери не являлись непреодолимым препятствием.

«Вот и вся загадка, капитан Гроулер, – убеждали меня кристально честные глаза Хатори и товарищей по оружию. – А вы что про нас подумали?»

Что подумал? Да полная ерунда вся эта ваша история, вот что! Мыльный пузырь, который я при желании прихлопну одним щелчком. Показательное шоу? Тогда почему я наблюдаю аж два десятка реалеров из команд второго и третьего эшелонов, а из «Молота Тора», до сих пор стойко удерживающегося в первой пятерке, нет ни единого представителя? Неужели под моим командованием не играют достойные реал-технофайтеры? Про себя умолчу: я давно не эталон – старик, по гроб жизни замаранный в скандалах, – но птенцы под моим крылом подобрались как на подбор – талантливые, целеустремленные, рвущиеся в небо. Весьма странно, что никто не вспомнил о них, когда зашел разговор о перспективных реалерах следующего поколения, обязанных участвовать в юбилейном мероприятии.

Впрочем, я решил пока оставить свои сомнения при себе: худой мир лучше доброй ссоры. Однако не прекратил приглядывать краем глаза за бывшими соперниками по аренам. Сегодня превращать их в соперников было опасно. По количеству пролитой крови эти парни за два месяца догнали и с лихвой перегнали меня. Так что кичиться перед ними своей пресловутой кровожадностью у меня теперь вряд ли получится. Разумнее было бы вообще не поворачиваться к ним спиной, но такое было просто физически невозможно: личная гвардия арбитра окружала нас с Кауфманами со всех сторон.

Заперев арсенал и оставив на его охране маленькую, но вооруженную до зубов группу, мы покинули «Сибирь» через главные ворота и зашагали по направлению к Пирамиде. Шли не таясь, гордо расправив плечи, – так, как всегда выходили на турнирную арену. Что ни говори, а мы до сих пор оставались той силой, принизить которую было не так-то легко. За отсутствием маршалов пришлось возложить на себя почетную обязанность хозяев этого города. Да, это выглядело противозаконно, однако иного пути для нас не существовало – претендентов на звание короля улиц имелось предостаточно, только цели, к которым рвались соискатели трона, радикально разнились с нашими.