– Дельное замечание, – согласился виконт, доставая лопаты и мотки толстой веревки. Вдвоем с Калхоуном они вытащили из задка фургона тяжелый мешок с телом Росса. Затем Себастьян кивнул груму, одетому вместо ливреи и броского полосатого жилета в обычную темную курточку и штаны: – Жди на Гросвенор-сквер, мы туда подойдем.
– Лады, хозяин, – хлестнул мула мальчишка. Щедро смазанные колеса фургона бесшумно тронулись с места.
– Готовы? – поинтересовался Себастьян, удобнее перехватывая рогожный куль.
Гибсон взвалил на плечо лопаты, замотанные в мешковину, – чтоб не стучали друг о дружку.
– Славная из нас шайка кладбищенских воров: одноногий ирландец, расфранченный, будто в оперу, лорд и джентльмен для джентльменов[43].
Калхоун рассмеялся.
Мужчины нырнули меж высоких стен узкого прохода. Порывистый ветер бросал в лицо холодный дождь и шелестел листвой полузасохших кладбищенских деревьев.
– Темень адская, – пожаловался Калхоун, споткнувшись о неровные булыжники и чуть не выронив свой конец ноши. – Это как же мы сможем разглядеть, что делаем?
– Фонарем накличешь неприятности, – заметил Себастьян. – Слишком много окон по соседству.
– Тебе легко говорить, – заворчал ковылявший сзади доктор. – У тебя глазищи, как у чертова филина.
Впереди открылось кладбище – широкое огороженное пространство, полное замшелых надгробных плит и ржавых железных оградок, оплетенных диким виноградом и заросших бурьяном.
– Это здесь, – шепнул Себастьян, указывая путь к темневшему на лужайке возле морга раскисшему бугорку.
– Господи, спаси и помилуй, – уткнулся носом в сгиб локтя камердинер. – Что за вонь?
– Из мертвецкой, – объяснил хирург. – Паромщики вчера выудили из реки труп, и судя по всему, довольно несвежий.
Невзирая на фешенебельность округи, в морг на Маунт-стрит доставляли все неопознанные тела, выловленные в Темзе между мостом и Челси.
Калхоун обвел взглядом ряд элегантных домов, примыкавших к погосту:
– Только представьте – быть знатным лордом, жить в одном из этих шикарных дворцов и нюхать такое всякий раз, как из реки вытащат утопленника.
– Может, они привыкли, – предположил виконт, опуская останки Александра Росса на мокрую траву.
– Думаете, церковный сторож, придя откапывать могилку утром, не заметит, что ее потревожили? – изучающе уставился на рыхлый холмик слуга.
Себастьян расстелил кусок парусины, чтобы скидывать туда землю.
– Покойного хоронили не так уж давно, а непогода уничтожит оставленные нами следы.
Компания взялась за лопаты. Дождь мягко шлепал по увеличивавшейся куче сырой земли. Похитители трупов настолько усовершенствовали свое мастерство, что обычно откапывали только изголовье могилы, вскрывали ломиком крышку и вытаскивали тело с помощью веревок. Но, поскольку сейчас стояла задача положить покойника обратно, требовалось отрыть гроб полностью.
Лопаты без шума вонзались в мокрый грунт. Они были не железными, а деревянными, чтобы избежать предательского звона металла, если инструмент неожиданно наскочит на камень или дерево. Землекопы как раз счищали грязь с разломанной крышки россовской домовины, когда Себастьян вскинул голову, чутким слухом улавливая приглушенное цоканье лошадиных копыт и шарканье крадущихся шагов.
– Что такое? – глянул на друга хирург. – Гости?
– Похоже, конкуренты. – Девлин достал из кармана заряженный двуствольный пистолет. – Я их задержу, а вы верните Росса на место так быстро, как только получится.
Неслышно проскользнув между покосившихся надгробий к узкому проезду, виконт вжался спиной в грубо сложенную каменную стену морга.
– Говорю же тебе, – донесся свистящий шепот осторожно пробиравшегося по проходу мужчины, – не глянулся мне тот фургон на площади. Как пить дать, кто-то на нашем месте промышляет.
– Вечно ты, Финч, попусту тревогу подымаешь. В том вся твоя беда.
Теперь Себастьян уже мог рассмотреть двух воров: одного – низенького и полненького, второго – более высокого и коренастого. Отделившись от стены, Девлин негромко произнес:
– Добрый вечер, джентльмены.
– Боже правый! – сдавленно взвизгнул кругленький коротышка и попятился, так вытаращив глаза, что в белках отразился свет далеких окон особняков. – Я со страху чуть в штаны не наложил!
Его напарник – постарше, покрупнее и покрепче – воинственно шагнул вперед, но, услышав щелчок взведенного Себастьяном курка, тут же остановился.
– Это наше место, понятно? – выдвинулась упрямая челюсть.– Наше.
– Вообще-то, – небрежно прислонился плечом к стене виконт, – если не ошибаюсь, это участок Джека-Попрыгунчика.
– А хоть бы и так. Все знают, что в конце июля Попрыгунчик уезжает в Брайтон. А когда Джека нет, тут работаем мы.
Девлин кончиком дула пододвинул вверх край своей шляпы.
– Говорят, сейчас не лучшая пора для торговли трупами. Тела на жаре разлагаются быстрее. А с закрытием медицинских школ и сбыт невелик.
– Летом цена, вестимо, падает, но кушать-то хочется всегда, – задушевно отозвался толстяк и подмигнул: – Да и другие потребности имеются, если понимаете, о чем я.
Виконт покосился в сторону могилы Росса. Доктор с камердинером уже вытащили с помощью веревок гроб наверх, и Калхоун с неподражаемой сноровкой занимался одеванием и укладыванием покойника.
– Видите ли, джентльмены, – перевел взгляд обратно Себастьян, – мы здесь вовсе не для того, чтобы посягать на ваш промысел.
– Да ладно вам. А зачем еще тут ошиваться? Хотя, – прищурился сквозь темень на виконта Финч, – вы, должно быть, совсем новички, если так расфуфырились для грязного дельца.
Девлин уловил поскрипывание веревок и глухой стук о дно ямы нагруженного и спущенного обратно гроба.
– По правде сказать, мы ищем череп.
– Череп?
С погоста послышалось мягкое шлепанье о деревянную крышку мокрой земли, торопливо набрасываемой лопатами.
– Всего-навсего, – подтвердил Себастьян. – Для маскарада у леди Леннокс. Видите ли, мне пришла фантазия нарядиться темным ангелом.
– Чем-чем?
– Безжалостным жнецом. Олицетворением Смерти.
Похитители трупов обменялись настороженными взглядами. Старший из напарников покосился на Девлина сквозь моросящий дождь:
– Парень, поди, наклюкался – или сбрендил. Ты кто тогда будешь? Вроде лорда, что ли?
– Разве лорд пойдет промышлять на кладбище? – оттолкнулся от стены виконт при виде приближающихся компаньонов. – А теперь, джентльмены, с вашего позволения мы удалимся.
