маневры под страхом потерять стену. Сейчас нельзя совершать ни одной ошибки. Вестей от Думгни Железокованного нет?
— Ты спрашивал пару часов назад, ответ все тот же. Если они появятся, ты будешь первым, кому я сообщу об этом, — Ваэль начала осознавать сказанное. Из-за отсутствия возможности отдохнуть в тишине и спокойствии она стала немного рассеянной. — То есть ты хочешь сказать, что мы проигрываем?
— Да. Герцог привел поистине неисчислимое войско, и они все продолжают прибывать.
Ваэль почувствовала легкое головокружение и прислонилась к стене позади нее.
— Госпожа, — Лассаэр понизил голос, чтобы его не услышал случайный солдат, — Вам нужно уходить отсюда.
Она хотела возразить, но эльф, остановив её жестом, продолжил:
— Не сейчас. Но когда враг пойдет на последний приступ, Вы будете просто обязаны покинуть крепость. Вам нельзя здесь погибать.
— Я знаю, что ты говоришь разумные вещи, но прежде, чем размышлять о поражении, давай лучше подумаем о том, как спасти положение. Есть идеи?
— Уничтожить печать. Но для этого нужно как-то добраться до Герцога.
Ваэль много думала об этом и потому уже не так остро реагировала на желание Лассаэра печать именно уничтожить, но эта идея все еще вызывала в ней беспокойство. Что не осталось незамеченным эльфом.
— Я не стану развязывать с Вами вражду. Если Вы считаете, что безопаснее будет её просто изъять, можем попробовать это сделать. Но её уничтожение окажет более быстрый и надежный эффект. Это не только мгновенно ослабит Красного Герцога, но и существенно сократит его войско, — на этом Лассаэр отвернулся, оставляя Ваэль право принимать решение.
Архонт, вновь оказавшаяся перед выбором, последствия которого не могла ни предугадать, ни тем более предсказать, в очередной раз посмеялась над наивностью, которой была подвержена последние три тысячи лет.
Расположившиеся в нескольких километрах от врат Балариэльской Академии Агнолия, Себастиан, Мелисса и Риттер принялись изучать обстановку. Башня мага наполовину обвалилась, и из её центра вверх все еще бил луч света, больше похожий на столб адского пламени. Плотные, полные пепла и крови тучи вихрились вокруг луча и поглощали дым от пожарищ на территории Академии, не потухших и по сей день. По всей крепостной стене, окружающей жемчужину цивилизованного мира, были вывешены на показ истерзанные и разорванные тела студентов.
Глаза Себастиана непроизвольно испускали золотые всполохи. Агнолия и Риттер сохраняли мрачное молчание. Мелисса ледяным взглядом изучала стены.
— Кто бы это ни был, он заплатит за содеянное, — прошипел Архонт Света.
Риттер захотел напомнить спутникам, что им здесь делать нечего, но, уповая на здравый смысл Агнолии или Мелиссы, решил позволить кому-нибудь из них озвучить это. Ожидания оправдались. Сгорая от обиды и собственного бессилия, Агнолия решилась озвучить неприятную правду первой:
— Господин, прошу Вас, смирите свой гнев. Академия была хорошо защищена, и кто бы не сотворил это, боюсь, что нашими силами с ними не совладать. Нам придется отступить.
Все еще не пришедший в форму Себастиан опустил дрожащую от переизбытка эмоций руку.
Мелисса невольно вспомнила, как выходила после встречи с Ваэль из кабинета ректора и как ей было страшно. Она удивилась тому, что сейчас, хоть этот страх был, он ощущался совсем по-другому.
— Агнолия права. Мы едва справились в Топях Глашатая. Мы поступили опрометчиво тогда, и я уверена, что сейчас риски куда выше.
— Вы, безусловно, правы, — Себастиан немного отошел и выпрямился во весь рост, чувствуя, как груз вины давит на него, — но я уже во второй раз вижу, как горит что-то столь важное моему сердцу. Даже в третий!
Агнолия подошла к Себастиану.
— И мы с Вами обязательно отомстим за это.
— Нет. Не отомстим, а принесем праведное возмездие! — голос Архонта стал тверже.
Агнолия вместе с Себастианом начали отходить вглубь леса. Мелисса, немного поколебавшись, пошла за ними, но остановилась, заметив, что Риттер так и остался на месте.
— Подождите! — сказал юноша достаточно громко, чтобы его услышали спутники. — Кажется, мы не одни.
Мелисса тут же вернулась обратно и присела за спиной Риттера, положив руку ему на плечо. Её взору открылась начавшаяся атака на ворота Академии.
“Лилиэль…”
Красный Герцог в своих размышлениях случайно коснулся идеи, что Лассаэр абсолютно лишен магии. Это означало, что сам Король Гнева мог не беречь силы для финальной дуэли, ради которой он сюда и явился. Эта мысль огорчала его, но одновременно с этим и обдавала ностальгией. И хотя это все еще было только теорией, сколько бы Красный Герцог ни пытался найти этому опровержение и другие объяснения, он только сильнее укреплялся в этом мнении. Изо всех сил пытаясь найти причину не рисковать столь грандиозной военной кампанией, демон с каждой минутой все меньше мог противиться соблазну. И, как будто этого было мало, его тело стало вторить этому желанию. Чудовищное сердце билось все быстрее, стопы и руки пылали, а взгляд начал затуманиваться. Череп за пазухой практически полностью перестал воздействовать на его разум, из-за чего Красный Герцог снова стал похож на самого себя.
Вытянув руку вперед и уже практически смакуя грядущие ощущения, он повелительно сжал когтистый кулак, и прямо перед ним разверзлось пламя, из которого медленно, но с ощутимой жаждой крови и резни появился огромный двуручный меч.
Рыцари ада, составляющие личную гвардию Красного Герцога, в страхе начали пятиться назад.
— Испиватель крови…
Каждый участвующий в битве почувствовал появление этого оружия. Кроваво-красные руны на наречии, что старше этого мира, призывали каждого увидевшего их убивать.
Рука сомкнулась на рукояти, и в этот момент сердца гарнизонной стражи познали отчаяние. Все, кроме одного. Лассаэр смотрел на алую дымку, думая только о том, каким будет их первый обмен ударами. Осада больше не имела значения. Ничто не имело. Эльф медленно достал свой клинок.
Два старых врага смотрели друг на друга. Их разделяли сотни метров чуть поутихших битв.
Два старых друга смотрели друг другу в глаза и шепотом, словно слыша друг друга, вели диалог:
— Все, как в нашу первую встречу…
— Этот раз должен быть последним, — демон бросился вперед.
Чудовище словно огненный шторм обрушился на стену, совершив один-единственный удар, расколовший её на части. Лассаэр едва успел отойти в сторону, чтобы не оказаться разрубленным пополам.
Приземлившись, демон увидел почти не изменившего положение надменного эльфа и, превратив землю под ногами в пыль, взмыл ввысь. Когда он оказался на другой стороне от созданной им разлома, ему тут же пришлось уходить в оборону. Лассаэр двигался почти с той же скоростью, что и раньше, из-за чего демон усомнился в своем решении. Отбивая молниеносные и смертноносные удары, Испиватель крови изъявил свое недовольство, совершив
