настроенными на свою аудиторию во время выступления, уделяя внимание вербальным и невербальным намекам и энергетике помещения для оценки количества заинтересованных слушателей. Вы поступаете похожим образом, когда выбираете разный подход и стиль общения при разговоре, например, с бабушкой по сравнению с подругой, с коллегой по сравнению с клиентом или с либеральным другом по сравнению с консервативным.
Истории, которые вы рассказываете, и стиль изложения зависят от способности распознавать реакции слушателей. Вы можете иметь прочные ценности и убеждения, но не можете выступить четко и убедительно, если не принимаете во внимание чувства тех, кто находится перед вами. Далеко не все имеют одинаковые интересы, эмоциональные особенности или уровень понимания услышанного. Если вы не пытаетесь распознавать и уважать эти различия, то в лучшем случае будете утомлять или раздражать людей, а в худшем упретесь в глухую стену непонимания.
Слушание – не просто некое занятие, пока говорит кто-то другой. Вы должны слушать, когда сами говорите с кем-то. Проявляет ли собеседник реальный интерес к вашим словам или, по крайней мере, больший, чем ваш сын к домашней работе? Кривится ли он, когда вы заводите речь о политике? Слышите ли вы тихий вздох облегчения, когда произносите: «Короче говоря…»? Если вы не очень хорошо умеете читать реакции других людей во время разговора, можно просто задать вопрос. Вот примеры: «Я не утомил вас?», «Я не перегнул палку?», «Что вы думаете?», «Вы еще со мной?», «Наверное, хватит?», «Это имеет смысл?», «Я не слишком распространяюсь?».
В идеальном случае, разговор представляет собой непрерывную петлю обратной связи, которая влияет на его содержание и общую тональность. Поэт и философ Ральф Уолдо Эмерсон написал: «Чтобы книга была хорошей, нужен хороший читатель» [301]. Похожим образом, для хорошего разговора нужен достойный слушатель. Когда оба увлечены и сосредоточены, беседа похожа на фантастический танец; вы напряженно слушаете друг друга независимо от того, кто говорит. Это подразумевает не только синхронизацию мозговых волн, как обнаружил Ури Хассон со своими коллегами. Исследования показывают, что человек также начинает физически и тонально настраиваться на собеседника. Вы зеркально отображаете его манеру речи, осанку, взгляды и жесты [302].
Разговор с человеком, который плохо слушает и не следит за вашими словами или не принимает во внимание то, как вы реагируете на его высказывания, похож на танец с партнером, который двигается в ином ритме или вообще его не чувствует. Вы испытываете неловкость и следите за тем, чтобы вам не отдавили пальцы. На уме у такого собеседника могут быть ценные вещи, но потребуется больше времени, сил и самодисциплины, чтобы слушать и выяснять их.
Кроме того, человек может оказаться не слишком хорошим. Впрочем, люди редко бывают полными ничтожествами. Самовлюбленный стиль разговора обычно свидетельствует о глубоких сомнениях в себе, тревогах и слепых пятнах. Иногда, будучи выслушанными, они тоже начинают слушать – не только себя, но и собеседника. В таких случаях разговор становится связным и осмысленным. Сила слушателя состоит в том, что вы сами решаете, сколько усилий хотите вложить в это занятие и когда с вас будет достаточно.
Любой, кто страдал после неудачного свидания, хорошо знает, сколько усилий приходится тратить, когда вы безнадежно не совпадаете друг с другом. Если забыли, послушайте несколько эпизодов радиошоу «Второе свидание». Для непосвященных скажу, что оно выходит по утрам на музыкальных станциях таких крупных городов, как Хьюстон, Сиэтл, Чикаго и Бостон. Мужчина или женщина звонит на радио после великолепного свидания и жалуется, что не может понять, почему партнер не отвечает на его звонки или текстовые сообщения с просьбами о втором свидании. Радиоведущий звонит указанному человеку и спрашивает, что пошло не так. При этом ухажер, который надеется на второе свидание, подслушивает вместе с бесчисленным количеством радиослушателей. Разговор попеременно становится увлекательным или ужасающим, комичным или трагичным, когда люди, надеявшиеся сблизиться друг с другом, оказываются совершенно глухи к словам своих партнеров.
Возьмем Джонаса, который не уловил дискомфорт Мэри во время их первого свидания, когда он познакомил ее со своими «маленькими бандитами». Так он называл диких енотов, которых подкармливал с рук и с удовольствием наблюдал за их проделками на огороженной площадке, сооруженной на заднем дворе его дома. Потом была Ханна, не заметившая неодобрения Ната, когда она начала раздавать визитные карточки и рекламировать свои услуги на благотворительном мероприятии для детей, куда он ее пригласил. Можно предполагать, что заигрывание с животными, которые переносят вирус бешенства, или неустанная самореклама – не лучший способ завязать отношения, но неспособность слушать партнера и наблюдать за его реакциями – верное средство охладить его чувства.
Это делает «Второе свидание» таким отвратительным и одновременно притягательным шоу. Звонившие не слушали своих партнеров, когда находились в их обществе, и это практически гарантировало, что второго свидания не будет. Тем не менее они предлагают ведущим выслушать их, а когда получают объяснения их чувств, то по-прежнему не слушают и часто влезают с комментариями, настаивая на том, что их неправильно поняли. «Мы способны понять и признать, что были не правы, – написал Роберт Зайонц, социопсихолог польского происхождения, – но мы никогда не можем ошибаться в том, что нам нравится или не нравится» [303]. Лучше прислушиваться к тому, как чувствуют себя другие люди, чем пытаться убеждать их, что нужно чувствовать по-другому. Вы не можете добиться близости логическими аргументами, но умение хорошо слушать гарантирует такую связь.
* * *
Прекрасно найти романтического партнера или просто доброго друга, с которым легко говорить и который понимает вас с полуслова. Однако не стоит ожидать, что вы будете всегда поддерживать один и тот же уровень близости. Внимательное слушание производит опустошительный эффект независимо от склада личности, предпочтений или мотивации. Вы не можете постоянно заниматься этим. Даже авиадиспетчеры имеют полуторачасовые или двухчасовые смены, после чего им нужна передышка. Новичкам она нужна еще чаще, потому что у них пока нет достаточной стойкости. Авиадиспетчерам приходится не только слушать информацию, такую как запросы пилотов и передача инструкций, но и распознавать любые признаки беспокойства или смятения в голосах, когда дела принимают неожиданный оборот.
«Когда вы так долго слушаете, у вас наступает психическое истощение, – сказал мне авиадиспетчер, работавший на линии Даллас – Форт-Уэрт. – Вы становитесь похожи на выжатую тряпку. Лучше соблюдать осторожность, потому что с одними людьми это происходит раньше, чем с другими». По его словам, после рабочей смены он не раз испытывал
