Смирившись, Эмили вздохнула и быстро скользнула под одеяло. Она напряженно застыла на самом краешке кровати, пока Саймон укладывался рядом.
— Ну хорошо. Ради здоровья я согласна разделить с вами постель. Но любовью со мной заниматься вы не будете, Саймон.
— Не тревожьтесь, Эмили. Я не обрушусь на вас во сне, Я согласен ждать, пока вы придете ко мне сами.
— Этого не случится до тех пор, пока я не буду убеждена, что вы чувствуете ко мне то же, что чувствовала к вам я, когда прошлой ночью вы разбили мне сердце, — поклялась она.
— Посмотрим, мадам жена. А сейчас предлагаю вам немного поспать. У вас был очень напряженный день.
— Да, и очень запоминающийся, — призналась она, зевая. — Как романтично с вашей стороны отправиться за мной в погоню. Я чувствую, для нас еще не все потеряно, Саймон.
Он открыл рот от удивления:
— Это потому, что я побежал вас догонять? Я отправился за вами, потому что вы принадлежите мне, а я храню то, что мне принадлежит. Никогда больше не забывайте об этом, Эмили.
Ему ответило молчание. Саймон подождал хоть какого-нибудь подтверждения своему суровому требованию. Когда же его не последовало, он повернулся к Эмили.
Она крепко спала.
Некоторое время Саймон смотрел на нее в полумраке, а потом осторожно придвинул к себе поближе.
Не просыпаясь, Эмили уютно прижалась к нему, словно всю жизнь спала в его объятиях.
Через несколько минут крепко заснул и Саймон.
Глава 11
Заслышав шумную возню в коридоре, Саймон оторвался от деловых бумаг. Очевидно, его тетка и Эмили вернулись из своего похода по магазинам. Желая узнать о результатах их набега на Оксфорд-стрит, Саймон встал и пересек свою пещеру, полную изукрашенных драгоценностями драконов, открыл дверь библиотеки и улыбнулся забавному зрелищу, представшему перед его взором.
Два лакея спешили перенести в дом из стоявшего у крыльца экипажа множество свертков и пакетов, Эмили, одетая в одно из тех платьев пастельных тонов, которые она привезла с собой из дома, металась на лестнице, взволнованно отдавая распоряжения. Ее рыжие кудри выбились из-под соломенной шляпки, украшенной цветами, очки на курносом носу съехали немного набок.
Леди Араминта Мерриуэдер стояла в стороне, наблюдая за происходящим, которое забавляло ее не меньше, чем Саймона.
— Несите, пожалуйста, прямо наверх, — говорила Эмили, внимательно осматривая каждый сверток, извлекаемый из кареты. — Передайте Лиззи, чтобы она все сразу же распаковала. Я сейчас поднимусь и посмотрю, все ли в порядке. Ой, осторожнее, Гарри. Здесь самый красивый зонтик от солнца, какой вы когда-либо видели. Он весь изукрашен маленькими зелеными и золотыми дракончиками!
— Ага, мэм. — Гарри одарил хозяйку беззубой улыбкой — улыбкой, которая когда-то повергала в ужас взрослых мужчин. — Чего зря-то волноваться. Пригляжу не хуже, как если бы для себя чего прихватил…
У этого бывшего пирата сломаны и утеряны были не только зубы. В список значительных потерь входил и перебитый нос, так и не выправленный как следует, и левая рука, вместо которой торчал крючок довольно зловещего вида. Из-за совершенно непредсказуемого впечатления, которое производил Гарри на гостей, Гривз не брал его прислуживать за столом в тех редких случаях, когда Блэйд принимал гостей у себя дома. Но когда дворецкий по указанию Саймона поручил Гарри заботливо опекать новую хозяйку дома, Эмили отнеслась к его крюку совершенно спокойно. Гарри был покорен мгновенно.
— Спасибо, Гарри, вы очень добры. — Эмили сияюще улыбнулась ему.
Видя, как Гарри краснеет и заикается, словно школьник, Саймон с усмешкой подумал, поняла ли Эмили, что» «прихватить» на воровском жаргоне служило дипломатичной заменой слова «украсть».
Эмили радостно повернулась к леди Мерриуэдер:
— Просто потрясающее утро, Араминта. Как мне благодарить вас?
— Мне приятно было поучаствовать, Эмили. — Араминта отступила, поскольку в холл внесли особенно большую коробку.
— Ради бога, аккуратнее, Джордж, — напутствовала Эмили другого лакея, который нес поклажу наверх в ее комнату. Она с беспокойством заспешила за ним, без конца проверяя состояние коробки. — Это от мадам Клод… И это самая превосходная шляпка на свете! — Она поймала взгляд Саймона, прислонившегося плечом к дверному косяку, ее глаза засияли. — Подождите, вы сами убедитесь, милорд! Шляпка выполнена a la militaire , и я заказала к ней красивую амазонку — с эполетами, аксельбантами и еще разными другими военными украшениями. Она будет просто сногсшибательна.
— Мне не терпится увидеть вас в ней, — серьезно произнес Саймон.
Лакей Джордж с иссеченным шрамами лицом, когда-то сполна хлебнувший бурной нелегкой жизни в портах восточных стран, нежно, словно младенца, баюкал драгоценную коробку со шляпкой.
Эмили заметила, что внесли еще один сверток, и полетела отдавать распоряжения.
— Здесь мои новые полусапожки, — доложила она Саймону через плечо. — Я еще купила несколько пар разных туфелек. Истратила целую кучу денег, но ваша тетушка полагает, что у меня должна быть отдельная пара для каждого платья.
Саймон скрестил на груди руки и, вздернув бровь, многозначительно взглянул на свою модную тетушку:
— Леди Мерриуэдер можно верить. Араминта одарила его невозмутимой улыбкой.
— Я купила еще несколько вееров и сумочек! — прокричала Эмили, ухе взлетая по ступенькам. — Я сейчас спущусь.
Она исчезла за поворотом, взметнув юбками своего светлого платья.
Проходя с Саймоном в библиотеку, Араминта посмотрела на него смеющимся взглядом:
— Она очаровательна. Совершенно очаровательна. И будет очень необычно выглядеть, когда приоденется… Пока еще ей приходится напоминать, чтобы в обществе она снимала очки, да и буйные рыжие кудри надо бы немного укротить с помощью пары гребней, но и сейчас я предрекаю, что зрелище будет весьма эффектное.
— Вверяю ее в твои руки, тетушка. Проследи только, чтобы она не накладывала на лицо никаких дурацких мазей с ртутью, свинцом или серой, пытаясь убрать веснушки.
— Не волнуйся, я сторонница домашней косметики, приготовленной из трав. Я так понимаю, веснушки ее тебе нравятся?
— Да, — подтвердил Саймон, — нравятся. Араминта хохотнула:
— Мне следовало бы догадаться, что, когда ты наконец выберешь себе жену, это окажется что-нибудь совершенно оригинальное. Я никак не могу поверить, что она Фарингдон.
— Она не Фарингдон. Уже нет. — Саймон решительно закрыл дверь и прошел к столу.
Араминта бросила на него проницательный взгляд, усаживаясь в одно из резных лакированных кресел и снимая перчатки. Похоже, полностью твоей женой она себя пока тоже не считает. Так кто же она тогда?
