приключений в жизни нам начинает хватать. Тем более, что теперь мы знаем, что хозяева игры действительно хотят замести все следы игры, включая те, что пока еще живые. Теперь точно придется найти всех членов обеих команд, чтобы хотя бы предупредить их об этом.
Глава 9. Декор
— Я познакомился с Герти, когда меня послали решить проблему с терминалом в магазине декора на тридцать шестом, — вспоминает Морис.
Мы втроем сидим в его апартаментах и пытаемся восстановить некоторые пробелы в своих знаниях об игре и заодно понять, как нам добраться до остальных ее участников. Контакты, которыми мы все обменялись еще в самом начале, оказались стерты, так что ради решения этого вопроса приходится поворочать мозгами.
Я очень жалею, что мы пришли для разговора именно к Морису. Он усадил нас на втором ярусе за небольшим квадратным столом у самого ограждения. Отсюда и в зал можно выглянуть, и вокруг нас продолжение его коллекции, которую я в прошлый мой приход не успела доизучить. Жуткие жуки в рамочках, развешанные по стенам, мне лично сосредоточиться не помогают. Когда я не смотрю на них прямо, мне начинает казаться, что они не висят себе высушенными трупиками на местах, а ползают между рамками и все вместе издают тихое навязчивое шуршание. Кроме того мне снова мерещится то сине-серое чудовище, которое я впервые увидела в столовой. Оно бродит туда-сюда прямо за спиной у Лекса. Хоть запаха нет — и то радость.
— Так что мы сможем найти ее по месту работы, — продолжает Морис по поводу Герти. Я стараюсь снова включиться в обсуждение или хотя бы слушать, что говорят ребята.
— А поподробнее? — просит Лекс. — Как она попала в игру? Это ты ей предложил?
— Нет, не я, — Морис разводит руками, — но предложение присоединиться к игре пришло ей, как раз тогда. В тот день управляющий магазином послал Герти объяснить мне суть проблемы с терминалом, и пока я с ним возился, мы немного поговорили. Она показалась мне очень одинокой девушкой и мне даже пришла в голову мысль поговорить с ней об игре, хотя я тогда не знал, как можно в нее кого-то пригласить.
— А сам-то как в нее вступил?
— Мне пришла реклама игры на электронную почту с адреса, который был очень похож на адрес одного моего товарища. Я просто не заметил разницы, иначе ни за что бы его не открыл. В сообщении были правила и вступительное задание для меня. Оно выглядело очень простым, и так оно и оказалось в дальнейшем, но когда я пришел к Герти, на тот момент я его еще не выполнил. Закончив с терминалом, я увидел на экране открытую почту Герти, и там как раз было сообщение для нее от хозяев игры. Задание для нее оказалось похожим, в том же месте и в то же время. Так что я уговорил ее принять предложение и пойти туда вместе.
Лекс уточняет детали, я выписываю все на лист бумаги.
— Значит, все началось с тебя, — предполагает мой друг. — Потом они следили за тобой, набирая остальных участников, так?
— Не-ет, — качает головой Морис. — Ворчуна и Палому мы впервые встретили на месте выполнения задания. Это был людный перекресток, где скрещивались два потока людей из галереи и тоннеля. Я считал людей, выходящих из тоннеля, Герти должна была посчитать количество колесных средств, которые они использовали. Через некоторое время мы заметили еще двоих, занимавшихся, очевидно, тем же самым, только для выхода из галереи. Когда заданное время вышло, мы все получили новое сообщение, в которых говорилось, какие манипуляции мы должны были провести с теми числами, которые у нас четверых получились, чтобы получить адрес ячейки в хранилище и код от нее. Таким образом, мы и поняли, что состоим в одной команде.
— То есть вас четверых ввели в игру практически одновременно, а нас двоих отдельно позже, — удивляется Лекс.
— При этом во второй команде так и осталось четыре человека, — недоумеваю я.
— Ну это если в последнем задании участвовала вся их команда, — уточняет Морис. — К тому же у нас Ворчун сбежал раньше, чем мы познакомились со второй командой. У них могло произойти то же самое. Так что мы точно не знаем, сколько с той стороны участников.
— Верно, точно не знаем, — кивает Лекс. — Нужно проверить. Отметь это как-нибудь, — просит он меня. — Итак, Герти мы найдем на работе, про Палому мы, — он запинается, — все знаем. Остался Ворчун. Кто что о нем помнит?
— У него оранжевая карта и он живет на семьдесят втором уровне, — сразу выпаливаю я, как мастер запоминать о других людях несущественные подробности. Правда в этот раз информация нужная, но, когда я разглядывала карту Ворчуна, я не знала, что это может понадобиться.
— То есть он чей-то агбрат, и его шинард аж с продвинутого уровня, — хмыкает Лекс. Учитывая, какой транспорт он выбирал для возвращения домой, можно еще сузить границы его возможного обитания, — друг по привычке тянется за своим планшетом, но он все еще в ремонте на изгнании.
— Как-то при нас Ворчун столкнулся с бывшим одноклассником, — встрепенувшись, говорит Морис. — И тот спросил у него, что-то вроде…”как там твоя училка?”
— Интересно, — усмехается Лекс.
— Да, и “как вы переехали, ты вниз и носа не кажешь”. Примерно так.
— Его шинард — училка в школе, — снова усмехается Лекс. — Думаете, она была его училкой?
— Возможно, хотя… — Морис задумывается, — Ворчун не намного старше вас. Но он мог ходить в школу другого сектора и пересечься с этой учительницей уже позже.
— Интересно, отношения с учительницей, — задумчиво произносит Лекс, уже явно начав перебирать в голове своих школьных преподавательниц, глядя на них, скажем так, с другого ракурса.
— Она, наверное, уже в возрасте, раз проживает на продвинутом уровне, — предполагает Морис с улыбкой.
— Судя по фразе одноклассника, она переехала туда не так давно, — возражает Лекс. — К тому же что, по-твоему, учителя не могут отличиться чем-нибудь? Получают повышение только за выслугу лет?
— Понятия не имею, честно говоря, — Морис пожимает плечами. — Значит, нам нужно влезть в базу данных научной гильдии и скопировать адреса всех
