ожидании. Фогт тоже. Внезапно из темноты вынырнула одна рука. Следом – вторая.
И наконец из колодца показались мокрые вихры Йорана. На его спине сидел бледный Ларс, и при виде него все разразились криками радости. Фрёкен Ловиса радовалась больше всех.
Фогт дрожащими руками принял своего сына и крепко прижал его к себе, шепча успокаивающие слова.
Затем он повернулся к Йорану, который как раз перевалился через край колодца.
– Ты спас его, юный скалолаз. Это настоящий подвиг.
Йоран смутился от похвалы фогта и лишь застенчиво кивнул в ответ. Но потом покосился на черную бездну колодца.
– Там внизу дети, – сказал он тихо.
– Дети? – переспросил фогт.
– Я видел их… Они почти подобрались к нам с Ларсом, но тут как раз подоспела веревка.
Фогт нахмурился.
– Это не дети, – произнес он. – Это хвитры, которые покинули замок и укрылись в подземных туннелях… Но мы этого так не оставим. Скольких ты видел?
Йоран покачал головой.
– Штук двадцать пять, наверное… Но это были дети.
– Как твое имя, скалолаз? – спросил фогт.
– Йоран Вострый, господин Георг. А это мои братья Никлис и Самуэль.
Фогт с острова Фрёсён кивнул им и решительно произнес:
– Я не забуду твоего подвига, Йоран Вострый! Тебе будут поручать важные задания как искусному скалолазу, и ты будешь щедро вознагражден. Как и твои братья.
Йоран почтительно склонил голову и чихнул от волнения.
Вперед выступила служанка с двумя одеялами. В одно она закутала Ларса, другое накинула на плечи Йорана.
Фогт хлопнул его на прощание по плечу и зашагал со своим сыном к большим воротам замка. Фрёкен Ловиса последовала за ними, одарив напоследок братьев Вострых теплой улыбкой.
– Увидимся, – шепнула она.
Улыбка девушки была адресована всем троим, но Никлис смотрел в сторону, а Йоран чихал в одеяло.
Поэтому единственным, кто ответил на улыбку девушки, был Самуэль.
Пир в замке
– Король и королева хвитр схвачены! – возвестил фогт. – Наконец-то наступят долгожданные мир и спокойствие!
Войско во дворе замка разражается криками ликования, и фогт продолжает:
– Я вижу здесь только вас, воины! А пожирателей людей больше нет!
Снова ликование.
– Салаяк – наш! С победой!
Солдаты кричат, обезумев от радости. Крики эхом гремят в горах и разносятся по долине. Фогт улыбается, стоя у высокого окна над воротами замка хвитр вместе со своим маленьким сыном. Ловиса тоже здесь и, счастливая, машет своим красным платком. Позади них господин Сейениус с супругой и пятеро рыцарей.
– А теперь настал черед вручить серебряный венец! – объявляет фогт. – И награду за смелость и отвагу!
Фогт вызывает кнехта по имени Густав Перссон, который первым пробрался в замок хвитр, сохранив при этом в целости хотя бы руки-ноги. У Густава не хватает левого глаза, на голове толстая повязка, из-под которой до сих пор сочится кровь, но он все равно широко улыбается, принимая серебряный венец.
Между тем фогт продолжает:
– А награду за проявленную смелость и отвагу получит молодой человек по имени… Йоран Вострый!
Йоран вздрагивает, заслышав свое имя. Он как раз стоял и изучал стену замка, прикидывая, как бы влезть по ней на крышу. И тут все разом уставились на него.
– Иди, брат! – шепнул ему Самуэль.
Йорана вытолкнули вперед, и его тут же встретил господин Сейениус, который показал ему дорогу до лестницы.
И вот Йоран уже стоит возле окна и смотрит вниз на ряды ликующих солдат. Господин Георг кладет свою руку ему на плечо.
– Спасибо тебе за то, что спас жизнь моему сыну!
Фогт вручает ему светлый плащ и серебряную застежку к нему. Йоран молча принимает награду.
Наконец настало время праздновать победу. Медленно, но верно кнехты навели порядок в последней твердыне хвитр, сломив последние остатки сопротивления.
– Им помогал Габриель Грау, – рассказывал потом братьям Самуэль. – Именно он выследил королевскую чету и ее охранную гвардию в подземном туннеле.
– Как же это ему удалось? – спросил Йоран.
– Понятия не имею… Может, он умеет видеть в темноте, как сова?
Йоран собственными глазами видел, как царственным хвитрам, совсем дряхлым и измученным, связали руки и заключили под стражу.
Теперь замок переделывали, приспосабливая его под нужды людей. Кузнецы устанавливали на дверях железные засовы. Плотники строили конюшни для лошадей, а в тронном зале установили конторку для письма, чтобы господин Сейениус мог строчить на ней приглашения и слать их на юг с победной вестью.
Повара переехали вместе со всем своим скарбом в большую просторную кухню замка. Йоран с братьями изучили припасы, обнаруженные в многочисленных кладовых. В основном там были бочки с грибами, высушенными ягодами и незнакомыми желтыми мясистыми листьями, при нажатии на которые выделялся сладкий сок. Все это братья осторожно попробовали и, как ни странно, еда пришлась им по вкусу.
Человечьего мяса в бочках, к счастью, обнаружено не было.
Павшие воины были погребены со всеми подобающими почестями. Они лежали бок о бок в одной большой свежевыкопанной могиле на вершине горы с головами, обращенными на запад. Йорана с Никлисом позвали помочь засыпать их тела и поставить крест.
– Теперь они могут покоиться с миром, – сказал Никлис. – А их убийцы уже получили сполна.
Йоран видел, как у задней стены замка у самого края обрыва принялись возводить из высоких кольев ограду для пленных. Сверху на колья насадили железные наконечники, чтобы ни одна хвитра не сумела выбраться за ограждение.
Закончив закапывать могилу и оставив лопату возле кузни, Йоран увидел, как всех схваченных хвитр собрали в небольшие группы и отвели за ограду.
А поздно вечером в замке состоялся праздничный пир.
За крепостными стенами собралось порядочно народу. Крестьянам пришлось удовольствоваться длинными столами, которые поставили прямо во дворе, но никто не жаловался – летний вечер был теплым, а вино – пряным. Весело трещали костры, посылая искры в ночное небо, и в их свете повара бегали туда-сюда, таская жареных поросят и кур, приправленных шафраном. На десерт было имбирное печенье и миндальный сыр.
Так же шумно и весело проходил пир в самом замке. Рыцари и фогт Георг сидели за почетным столом в большой пиршественной зале хвитр, чьи своды были изукрашены чистым серебром.
– За победу!
Господин Георг пребывал в отличном настроении и первым запевал победные песни. Но Йоран замечал, как время от времени фогт бросал быстрые взгляды в сторону Ловисы и Ларса, которые сидели рядом с ним.
Братья Вострые как убийцы хвитр были в числе избранных гостей и в первую очередь конечно же Йоран – мастер скалолазания. Его усадили за почетный стол, рядом с Габриелем Грау и Густавом Перссоном. Йоран сидел на высоком помосте, как на троне, и счастливо улыбался.
– Выпьем, братец! – кричали Никлис и Самуэль.
Они сидели чуть пониже, за обычным длинным столом, но в их взглядах не было ни малейшей зависти. Йоран смеялся и чокался с солдатами. Его тело ломило от лазанья по стенам колодца, но сейчас он ощущал лишь легкость и небывалую жгучую радость.
Хасверос Мудрый также
