по моей коже.
— Не совсем, — хрипло отвечаю я ей.
— Могу ли я потрогать?
Был ли когда-нибудь мужчина так измучен? Я киваю, затаив дыхание.
Эл-ли кладет свою руку на меня, обхватывая мой член пальцами — или, по крайней мере, пытается это сделать. Они не могут полностью обхватить мой член, и ее рука выглядит маленькой и бледной по сравнению с моей толстой длиной. Она позволяет своей руке двигаться вверх и вниз в легкой ласке.
— Твердый и мягкий одновременно, — говорит она мне. — Твоя кожа мягкая, но под ней… как скала.
Я сейчас взорвусь. Я закрываю глаза и пытаюсь думать о чем-нибудь другом, кроме умопомрачительного удовольствия от того, что моя пара прикасается к моему члену. Вместо этого я думаю о клетках, и это отрезвляет меня настолько, что я возвращаю себе самообладание. Пальцы Эл-ли прослеживают выступы, идущие вверх по всей длине моего ствола, а затем она обводит головку, позволяя своим пальцам поиграть с густой, вязкой предсеменной жидкостью там. С тех пор как я вошел в резонанс, мое семя стало гуще, менее прозрачным, и я знаю, что это для того, чтобы я мог поместить комплект в живот моей пары.
Наконец она убирает свою исследующую руку и бросает на меня застенчивый взгляд.
— Я бы сказала тебе спасибо, но…
Я рычу на нее.
Она хихикает, и это самое милое, что я когда-либо слышал. Я снова сжимаю свой член и сильно поглаживаю его, двигаясь от основания ствола к головке. Ее смех переходит в судорожный вздох, и она бросает на меня зачарованный взгляд. Мне нравится, что моя пара так пристально смотрит на мой член, и я снова поглаживаю его для нее. Снова и снова я поглаживаю свой ноющий член. В прошлом я много раз использовал свою руку, чтобы доставить себе удовольствие, так что я знаю, как сделать это быстро, и резонанс делает мою потребность сильнее, чем когда-либо. Я хочу продержаться долго, чтобы покрасоваться перед своей парой, но на этот раз этого не произойдет. Не сейчас, когда она сидит на мне верхом, ее лицо так близко, выражение ее лица такое сосредоточенное. Я продолжаю работать над своим членом, взмахивая запястьем, когда добираюсь до головки, и усиливая хватку при этом. Я хочу рассказать ей обо всех вещах, которые, как я представляю, делаю с ней, когда поглаживаю себя — представляю, как ее соски трутся о мой член, или как ее рот опускается ниже, чтобы провести языком по головке. Или как она наблюдает сверху, как я погружаю свою длину в горячий канал ее влагалища. Переворачиваю ее и проливаю свое семя на розовые изгибы ее попки. Все эти мысли проносятся у меня в голове, но я держу их при себе. Для этого еще будет время позже. А пока я показываю представление для своей пары.
Мое дыхание с шипением вырывается сквозь зубы, и я чувствую, что вот-вот кончу. Я намеренно замедляю свои движения, растягивая их, и когда она наклоняется, это становится слишком сильным, чтобы сопротивляться.
— Отойди, или я обрызгаю твое лицо, моя пара.
Она выглядит испуганной и откидывается назад. Я борюсь с приливом разочарования — у меня будут другие дни, чтобы окрасить ее рот своим семенем, — и работаю над своим членом сильнее. Мои поглаживания становятся более грубыми, рваными, и я чувствую, как сжимается мой мешочек под членом. Я провожу другой рукой по своей шпоре, а затем кончаю с низким рычанием, мое семя выстреливает в воздух и разбрызгивается по моему животу и бедрам. Эл-ли ахает, а я продолжаю работать над своим членом жесткими движениями, выталкивая каждую частичку семени из своего тела, пока окончательно не изнемогаю. Я тяжело дышу, пытаясь отдышаться, и наблюдаю за своей парой.
Губы Эл-ли приоткрыты, и она выглядит очарованной.
— Тебе было приятно?
Я киваю, но было бы лучше, если бы я был глубоко внутри нее, а ее стенки крепко сжимались бы вокруг моего члена.
— Тебе тоже будет приятно, — хрипло говорю я ей.
Она облизывает губы и бросает на меня неуверенный взгляд.
— Я не знаю. — Ее руки скользят между бедер, и она гладит себя, затем снова прикусывает губу. — Думаю, я хочу, чтобы ты это сделал. — Она слегка извивается у меня на коленях, и я вижу, что ее соски напряглись, а кожу покрывают бугорки.
— Это доставило бы мне огромное удовольствие. — Я хватаю свою набедренную повязку и использую ее, чтобы привести себя в порядок, затем отбрасываю ее в сторону. Эл-ли немедленно заползает обратно в мои объятия, ее соски намеренно задевают мою кожу. Несмотря на то, что я только что кончил, мой член реагирует на ее близость. Я игнорирую это, прижимая ее к себе, пока ей не становится удобно. Она обнимает меня за шею и наклоняет лицо для поцелуя, и мне не нужно больше уговаривать, чтобы завладеть ее ртом.
Когда наши губы соприкасаются, я кладу руку ей на бок и позволяю ей скользнуть вниз к бедру. Она стонет под моим языком, снова прижимаясь ко мне сосками.
— Скажи мне, что ты хочешь, чтобы я прикоснулся к тебе, Эл-ли.
Она запечатлевает крошечный поцелуй на моих губах и кивает, ее глаза сияют так же ярко, как звезды, которые она любит.
Я позволяю своей руке скользнуть по внутренней стороне ее бедра, а затем поглаживаю ее складочки. Она еще более влажная, чем раньше, такая скользкая и сочная, что у меня слюнки текут. Ее пальцы сжимаются на моей шее, когда я глажу ее, и она стонет. Сначала я избегаю ее маленького чувствительного третьего соска, потому что это заставляет ее нервничать. Но я хочу, чтобы она кончила. Мне просто нужно, чтобы она хотела этого так же сильно, как и я. Поэтому я продолжаю ласкать ее, поглаживая ее скользкие складочки и дразня вход в ее сердцевину. Мой рот завладевает ее ртом в еще одном страстном поцелуе, и наши языки продолжают переплетаться, когда я провожу пальцем по ее сердцевине и медленно проталкиваю его внутрь. Она хнычет, и я замираю, но потом она целует меня сильнее и покачивает бедрами, и я знаю, что она моя. Когда мой палец погружается глубоко в ее тепло, я начинаю медленно толкаться в нее, как будто хочу использовать свой член, а не палец.
Я запечатлеваю легкие поцелуи на ее губах и позволяю ей оседлать мою руку, делая свои толчки нежными и медленными. Она никогда раньше не спаривалась, и ее влагалище тугое; я не хочу
