никому. Я рассчитываю на твое благоразумие.
– Разумеется.
Процокавшие в нашу сторону каблучки напомнили, что мы не одни, но мне хотелось задержаться подольше. Он еще раз сжал руку на прощание и отпустил меня. Возвращаясь на место, я обдумывала несколько вещей сразу. Во-первых, было очень приятно, что Максон доверял мне настолько, что позволил узнать его секрет. Во-вторых, я так увлеклась, что на миг возникло чувство, что, кроме нас с ним, вокруг никого больше нет. Потом я задумалась о повстанцах и о том, что король обыкновенно очень быстро узнавал об их действиях, но от меня требовалось держать эту новость при себе. Это казалось нелогичным.
– Джанель, моя дорогая, – приветствовал Максон следующую девушку. Я улыбнулась про себя этому избитому обращению. Он понизил голос, но я все равно услышала. – Пока не забыл, вы свободны сегодня днем?
У меня засосало под ложечкой. Наверное, это была запоздалая реакция на нервное потрясение.
– Должно быть, она сделала что-то ужасное, – твердила Эми.
– Да нет, по ее словам, на это было непохоже, – возразила Крисс.
Тьюзди потянула Крисс за локоть:
– Что, ты говорила, она сказала?
Джанель отправили домой.
Нам необходимо было понять, чем вызвано это исключение, потому что Джанель стала первой, кого отсеяли прицельно и не за нарушение правил. Она совершила неверный шаг, и все хотели знать, какой именно.
Крисс, чья комната располагалась через коридор от комнаты Джанель, видела, как та возвращалась со свидания, и единственная успела пообщаться с ней перед тем, как она уехала. Крисс вздохнула и принялась в третий раз пересказывать одну и ту же историю.
– Они с Максоном отправились на охоту, но это и так известно. – Крисс взмахнула рукой, как будто пыталась навести порядок в мыслях.
О том, что Джанель идет на свидание с принцем, действительно знали абсолютно все. После вчерашней фотосессии она растрезвонила о предстоящем свидании всем, кто готов был слушать.
– Это было ее второе свидание с Максоном. Она единственная успела побывать на двух, – подала голос Бариель.
– А вот и не единственная, – буркнула я.
Несколько голов повернулось в мою сторону, соглашаясь с заявлением. Впрочем, это правда. Джанель действительно была той девушкой, которая успела побывать на свидании с Максоном дважды, кроме меня. Хотя я и не зацикливалась на подсчетах.
– Вернулась она в слезах, – продолжила Крисс. – Я спросила ее, что стряслось, и она пробормотала, что уезжает, так как Максон выгнал ее. Я обняла ее, потому что она была совершенно убита, и попыталась выяснить, что случилось. Она ответила, что не может об этом рассказать. Не понимаю. Мы не имеем права разглашать причины отсева?
– Но в правилах об этом ничего не было, разве нет? – спросила Тьюзди.
– Меня никто ни о чем таком не предупреждал, – поддакнула Эми, и еще несколько девушек согласно закивали.
– Что еще она сказала? – поторопила Крисс Селеста.
Та снова вздохнула:
– Что советует мне хорошенько думать, что я говорю. А потом ушла к себе в комнату и захлопнула дверь.
В зале на миг повисло напряженное молчание.
– Наверное, она нагрубила ему, – предположила Элейн.
– Если ее из-за этого исключили, то это несправедливо, потому что, по словам Максона, кто-то из присутствующих оскорбил его в первую их встречу, – возмутилась Селеста.
Девушки принялись оглядываться по сторонам, пытаясь определить виновницу, видимо, для того, чтобы ее – то есть меня – тоже выгнали. Я с беспокойством покосилась на Марли, и та немедленно ринулась в бой.
– Может, она сказала что-то про нашу страну? Про политику или что-нибудь в этом роде?
Бариель прищелкнула языком:
– Я тебя умоляю. Это как же нужно заскучать на свидании, чтобы начать обсуждать политику? Кто-нибудь из вас говорил с Максоном на темы, хотя бы отдаленно связанные с управлением страной?
Все промолчали.
– Вот видите, – сказала Бариель. – Максон ищет не соратницу, он ищет жену.
– А тебе не кажется, что ты его недооцениваешь? – возразила Крисс. – Ты не думаешь, что Максону нужна девушка со своими идеями и своим мнением?
Селеста запрокинула голову и расхохоталась:
– Максон в состоянии управлять страной самостоятельно. Его учили этому с детства. К тому же в его распоряжении куча советников, которые помогают ему принимать решения, так что зачем ему еще кто-то, кто будет пытаться указывать, что делать, а что нет? На твоем месте я поучилась бы держать рот на замке. По крайней мере, пока он на тебе не женится.
Бариель приблизилась к Селесте:
– Чего никогда не произойдет.
– Вот именно, – с улыбкой подтвердила Селеста. – Зачем ему связываться с заумной Тройкой, когда он может жениться на Двойке?
– Эй! – возмутилась Тьюзди. – Максона не волнуют касты.
– Еще как волнуют, – отозвалась Селеста таким тоном, каким обычно говорят с непонятливыми детьми. – Почему, по-твоему, всех, кто ниже Четверки, отправили домой?
– Ну, одну все-таки оставили, – напомнила я. – Так что если считаешь, что сумела его раскусить, то ошибаешься.
– Ой, да это же та самая девушка, которая не умеет вовремя заткнуться, – с насмешливым удивлением протянула Селеста.
Я стиснула кулаки, пытаясь удержаться и не ударить ее. Может, это все часть ее плана? Однако не успела я шевельнуться, как в зал ворвалась Сильвия.
– Девушки, почта! – объявила она, разрядив напряжение.
Стычка была забыта: всем хотелось поскорее получить то, что принесла наша начальница. Мы находились во дворце уже почти две недели, и, если не считать писем от родных, которые пришли на второй день, это первая настоящая весточка из дома.
– Ну-ка, что у нас тут, – сказала Сильвия, проглядывая стопки писем, словно и не была свидетельницей перепалки всего долю секунды назад. – Леди Тайни!
Она обвела глазами зал.
Тайни подняла руку и подошла за письмом.
– Леди Элизабет! Леди Америка!
Я едва ли не бегом бросилась к ней и выхватила конверт из руки. Я так изголодалась по общению с родными! Завладев посланием, я отошла в уголок, чтобы никто не мешал.
Дорогая Америка.
Я уже жду не дождусь, когда же наступит пятница. Мне просто не верится, что ты будешь разговаривать с Гаврилом Фадеем! Какая же ты счастливица.
Вот уж кем-кем, а счастливицей я себя не чувствовала. Завтра вечером нам всем предстояло отвечать на каверзные вопросы Гаврила, а я понятия не имела, о чем он будет спрашивать. Зато была уверена, что выставлю себя полной идиоткой.
Здорово будет снова услышать твой голос. Мне так не хватает твоего пения. Мама не поет, и с тех пор, как ты уехала, в доме стало очень тихо. Ты помашешь мне рукой из студии?
Как продвигается
