– Непременно, – ответила «самая покорная девушка на свете» и прижалась к Андрею уже спиной, взяла его руки и обвила ими талию.
Он, не теряя времени даром, поцеловал ее в макушку и ухо – не оттолкнет же, не вырвется… Вкусный и привычный аромат грейпфрута пощекотал нос, подразнил…
Полина, возвращая на плечо упавшую бретельку, охотно продемонстрировала томление – опустила ресницы и еще раз шумно вздохнула. «Обожаю вашего сына…»
На улице Амалия Сергеевна довольно быстро пришла в себя и, промолчав двести метров до перекрестка, наконец-то автоматной очередью выдала полученные впечатления:
– Наш мальчик влюблен по-настоящему. Георгий, у меня стресс! Он на нее так смотрел и совершенно не мог стоять ровно. Жался к ней и жался, а она…
– А она вроде ничего… ну в смысле хорошо к нему относится. Любит…
– Ты думаешь? Очень в этом сомневаюсь. И ее прошлое…
– Прошлое есть у каждого, – вступился за Полину Георгий Иванович (впредь он ни за что не станет участвовать в подобных ревизиях!). – Ты, между прочим, до меня с футболистом встречалась. Я из-за тебя до сих пор футбол спокойно смотреть не могу.
– Да будет тебе вспоминать, – сдвигая брови, ответила Амалия Сергеевна, тем не менее мысленно признавая вину. – Я им, конечно, мешать не стану, чего уж теперь, раз поженились, но, Георгий, навещать их необходимо…
Немного успокоившись, она подошла к ларьку с прессой, остановила взгляд на спортивном журнале и потянула мужа прочь. Футболист ему помнится… да когда это было и было ли?
– Георгий, я тебя люблю, – строго сказала Амалия Сергеевна, ускоряя шаг. – И ничего, что она его жена, да? – добавила она скорее для самовнушения.
– Да, – кивнул Георгий Иванович и усмехнулся. Лучший способ моментально свернуть разговор – это намекнуть на футболиста. Амалия становится удивительно шелковой (часа на два хватает) и как минимум неделю потом балует блинами и пирогами. А Андрей разберется. Видно же, что они и правда друг без друга уже не могут…
Глава 22
Столы стояли иначе, и весенние украшения зала отличались от пышно-помпезной обстановки, царившей на том самом банкете несколько недель назад. Но тем не менее память мгновенно окунула в прошлое. Полина обвела взглядом уже шумевшую публику, помахала танцующей Катюшке и, взяв Андрея под руку, направилась к папочке, по пути отмечая детали.
Вот там она сидела в обществе седой дамы и вроде разговаривала о семье и детях, вон там ожидал своей страшной участи торт со взбитыми сливками, а вон там… нет, лучше не возвращаться к ее «нравственному падению».
– Неплохо мы тогда повеселились, – с легкостью произнесла она.
– Согласен. Повторим?
Они посмотрели друг на друга, заулыбались и пошли дальше. Идиллия, царившая между ними еще с утра, Полину даже пугала. Она ловила начало его фраз и мысленно заканчивала их всегда правильно, Андрей, казалось, тоже понимает ее с полуслова. Ощущение, будто они вовсе не молодожены (не говоря уже о том, что знакомы они меньше месяца), а семейная пара с многолетним стажем теплых и ровных отношений, подкатывало к самому горлу и отчего-то именно пугало.
Конечно, ситуация под контролем. Под ее контролем. И, разумеется, между ними ничего нет… Они вынуждены мириться друг с другом и под влиянием своей игры несколько стерли границы. Вот и все. Она и не думала пускать Андрея в душу, она и не думала его…
«Учти, я тебе Свету не простила», – мысленно подчеркнула Полина и почувствовала некоторое облегчение. Да, она еще познакомит Андрея с досадой и потерей, она доведет план до конца. Он не только проиграет спор, но и влюбится в нее по самые уши! Зачем ей это? Когда-то она знала, а сейчас… не важно.
– Рад, что вы пришли, – Петр Петрович пожал Андрею руку и многозначительно добавил: – Надеюсь, сегодня обойдется без сюрпризов?
– О чем ты, папа? – улыбнулась Полина. О каких сюрпризах речь! Никакой текилы и никакого стриптиза с красочным пилотажем в торт!
Около часа она действительно просидела спокойно. Немного ела, немного пила, достойно отвечала на колкие шутки Андрея и рассказывала папочке, какие грядут перемены в салоне. Она увольняет трех нерадивых мастеров и заменяет их двумя новыми – дипломированными и талантливыми (сокращение штата на одну единицу и повышение профессионального уровня парикмахерской), частично обновляет интерьер, вычеркивает из списка услуг несколько позиций, совершенно не пользующихся спросом, и за счет освободившегося от ненужного оборудования помещения уверенно расширяет спа-территорию (на это нынче спрос, и еще какой!), а также налаживает учет.
К этому внушительному списку плюсов можно было добавить еще один пункт: она выдает замуж Леночку и тем самым выравнивает работу своего заместителя, а соответственно, и салона в целом. Но, во-первых, папочке столь деликатных подробностей знать ни к чему, а, во-вторых, Макс еще не готов… Он пока не осознает, какое счастье на него свалилось.
– А где Оля? – оглядываясь, спросила Полина.
– Надеюсь, отдыхает, а не обсуждает отчеты с подчиненными где-нибудь в сторонке, – ответил Петр Петрович и развел руками, мол, такое вполне возможно.
– Тогда я иду танцевать.
Глотнув «на дорожку» минералки, она встала и провела ладонями по бедрам, будто разгладила и без того обтягивающее фигуру платье.
– Одна? – поинтересовался Петр Петрович.
– Да, – Полина дернула плечиком и отправила мимолетный взгляд Андрею. «Подмени меня – расскажи что-нибудь занимательное и заодно объясни, что твоя жена вправе развлекаться самостоятельно».
О, она прекрасно понимала значение вопроса – папочке хотелось видеть ее танцующей исключительно с Андреем (а то словарь имен, купленный на днях, очень скоро может покрыться пылью).
– Не скучайте, – бросила она и устремилась в центр зала.
Музыка гремела. Народ потребовал хиты прошлых лет, и к громыханию еще добавился нестройный хор голосов. «Белая черемуха» сменилась «лавандой, горной лавандой», а затем сотрудники «Форт-Экст» завертелись, запрыгали под «балалайку в руки возьму…». Официанты, огибая танцующих, пронесли мимо на подносах свежую выпечку, массовик-затейник отпустил пару штампованных острот. Основной свет погас, и по залу заскользили разноцветные пятна цветомузыки.
Полина устала довольно быстро, чему очень удивилась. Еще месяц назад она почти каждую ночь гуляла по клубам и развлекалась: то с бывшими одноклассниками, то с подругами и друзьями, то с недавними знакомыми, а то и одна. И ничего – никаких проблем. На следующий день, правда, она обычно спала приблизительно до трех, что очень не нравилось папочке и Ольге. А теперь… Меньше месяца она живет совсем в другом ритме, и уже хочется элементарного уюта и покоя.
