— Ты, Николай, после бессонной ночи страдаешь излишним многословием. Я это терплю исключительно из благодарности к тебе. Но терпение мое не безгранично — ты это знаешь. В своих делах я разберусь сам. В твои, заметь, не лезу, хотя пара вопросов меня давно интересует. Ты, наверное, забыл, что с Клавой мы не всегда были как кошка с собакой. Кое-что интересное из твоей прошлой банковско-страховой деятельности она успела рассказать. Но ведь я ни разу не спросил тебя, где и сколько ты имеешь. И ни разу — особенно это заметь! — не копался в тех делах, что провернул ты уже будучи моим заместителем. Докладывали, скажу тебе, регулярно. Не скрою, и досье имеется, сколько прилипло к твоим рукам — приблизительно знаю. Так что не прибедняйся и не выступай тут в роли великого праведника. Я тебе обязан, но и ты мне тоже. Будем продолжать разговор?
Ращинский, улыбаясь, развел руками.
Минеев отвернулся:
— Ну и хорошо. Иди. У меня еще много дел.
«Вот ведь черт какой — не достанешь! — думал Ращинский, спускаясь по лестнице. — Досье у него! Ох, напугал, прямо коленки дрожат! Знал бы ты, какое у меня досье! А в принципе прав Аркадий: делить нам, к счастью, нечего. Но ведь каков, а? Ангел безгрешный — не меньше. Неужто и про негативы забыл? Нет, трясется, боится и в папку Клавдии наверняка залез, чтобы посмотреть, не там ли они».
У входной двери он увидел трех замов губернатора. Молодцы, поспешили выразить соболезнование. На вопрос: «Как там Аркадий Борисович?» — ответил лаконично:
— Тяжело ему. Очень тяжело.
* * *
Лева Бессарабов не любил загадок. Сложные вопросы утомляли его. Любое дело он понимал так: наметил — сделал. Что мешало этой простой конструкции, убиралось сразу и без обдумываний. Он злился, когда что-то возникало у него на пути, и особенно, если не знал, как обойти препятствие.
С утра он съездил к матери Кирилла, в своем горе Раиса Григорьевна была безутешна: Киря был единственный сын. Помощь в организации похорон не потребовалась, все уже было заказано — и дорогой гроб, и хорошее место на старом кладбище, и с поминками проблем не ожидалось: во всех ресторанах, принадлежащих Маслову, кроме того, в котором он погиб, будут накрыты поминальные столы. Как дальше быть с масловской империей, будет решено после сороковин. Лева обещал Раисе Григорьевне, что возьмет это дело в свои руки.
В один день с Кирей будут хоронить и Клавдию Минееву. Свой человек был у Бессараба в губернаторской охране, и о том, каким образом жена губернатора свела счеты с жизнью, ему доложили еще ночью. Утром звонил Ращинский, намекнул, что неплохо бы собрать с директоров фирм деньги на похороны. Еще просил уговорить мать Кирилла уступить для поминок губернаторской жены ресторан на Горького. Это сделать было нетрудно: Раиса Григорьевна заявила, что не ступит туда ногой. Собрать деньги — тоже не проблема, любой директор предприятия знает, что лучше дать больше, чем недодать. Минимальную ставку Лева назвал — тысяча долларов. К вечеру, по его прикидкам, тысяч сто наберется.
Возвращаясь домой, он специально сделал крюк, чтобы проехать мимо дома, мысли о котором не покидали его вторые сутки. Заметив в густом кустарнике машину Рыжего, дал знак, чтобы тот следовал за ним. Отъехал подальше, остановился. Темная «БМВ» пристроилась рядом.
— Ну что?
Рыжий зевнул:
— Глухо как в танке. Никакого шевеления внутри дома, я биноклем пошарил по окошкам, никто не выходил.
— Серега когда обещал сменить тебя?
— Сказал, как проснется. Уже почти одиннадцать, через час-два должен появиться.
— Слушай, Серега говорил, что машина ночью была во дворе, сейчас вроде ее нет. Или не заметил я?
— Да нет, во дворе ее не было точно. Я приехал, когда гроза заканчивалась, часов пять было, ну, может, минут десять шестого, не больше — точно машины не было.
Лева усмехнулся:
— Может, птички уже и нет в клетке? Ладно, возвращайся и жди Серегу. Глаз с дома не своди.
«БМВ» медленно развернулась и через секунду исчезла. Лева осторожно тронулся с места. Пока ехал, всю дорогу морщил лоб: откуда взялась эта непонятная девчонка? Слишком много случайностей в ее контактах: видели с Аристовой, была в доме Одинцова, встречалась с Кирей. Может, все действительно случайно. Но вроде и нет, непохоже. Из ресторана она исчезла вместе с Костиком. И с тем же Костиком откровенничала спьяну Ксюша. Какие же это случайности?! Скорее более чем странные совпадения. Так не бывает. Ну, ладно, обнаружат, засекут эту Анну ребята — что делать-то с ней? Он бы быстро развязал язык этой девке, если бы… если бы не имела она отношения к дому Самого. Раз живет в этом доме, заходит туда, как хозяйка, значит, кем-то приходится она Самому. Кто же в конце концов она, эта Анна?
Он знал, что милиция разыскивает незнакомку: чтобы закрыть дело, нужны ее показания. Почему скрылась с места происшествия? Просто испугалась? Или были какие-то другие причины?
В милиции у Левы тоже был свой человек. Если милиция выйдет на след Анны, Леве дадут знать немедленно. Так что пусть за этой барышней ребята просто пока понаблюдают. А если первыми ее обнаружат, сообщат куда надо. Там дальше видно будет. Хватит голову ломать, других дел много.
* * *
— Да нет, Костик, все это далеко не так просто, как тебе кажется. Большаков, известный по кличке Квадрат, явно шел на встречу с тобой. Что это вдруг потянуло его к телецентру? Квадрат — человек опасный. Есть подозрение в его причастности к смерти двух человек. Но доказательств — кот наплакал. Потому и гулял на свободе.
Александр Смеляков нервничал. Начальник следственного отдела поручил ему уговорить Константина немедленно уехать из города на несколько дней, пока не выяснится, кому понадобилось, чтобы Квадрат замолчал навсегда. Оставаться в городе Константину опасно. Костя же не придавал случившемуся серьезного значения.
— Ну зачем мне уезжать? — спрашивал он. — Вообще ерунда какая-то получается. Ксюшка была пьяна вдрабадан, может, все это она напридумывала насчет Ляхина.
— Но ведь ты так не думал, когда позвонил утром.
— Ну позвонил. Вам сейчас любая информация важна, любой след — подумал, а вдруг? Пусть проверят. Вы, кстати, проверили?
— Проверили. Большаков действительно был задержан по подозрению в угоне машины. Вот познакомься с заявлением потерпевшего. Очень удручен был товарищ, почитай — просто умоляет найти его новенькую «Ауди». Еще с долгами не рассчитался, а машина — тю-тю. Две недели всего и поездил на ней. Сам же и указывает гражданин Стрельченко, что видел накануне во дворе своего дома крепыша с широченными плечами. Вычислить Квадрата не составило труда, тем более что полгода назад мы его прищучили на иномарке, которую он пригнал из Германии и продал очень удачно. А машина, как выяснилось, была в списке украденных. Когда Большакова в воскресенье задержали по подозрению в угоне «Ауди», он, в отличие от прошлого раза, не кричал и не шумел, что его, такого честного, ни за что в кутузку упекли. То, что он оказался в одной камере с Ляховым, — простая случайность. Правда, теперь кажется, что и здесь все не так просто. Ночку всего провел в КПЗ Квадрат, а наутро объявился хозяин пропавшей «Ауди» со счастливыми слезами на глазах: нашлась его красавица, с раннего утра стоит под окошком дома в целости и сохранности. Сказка! Пришлось извиниться перед гражданином Большаковым. Так что в пьяном рассказе Ксении Бессарабовой что-то есть…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
