И он не ушел. Рядом с ним люди молились и крестились, пели, что-то шептали, нестройным хором славили бога. Красивый, высокого роста и с аккуратной бородкой батюшка густым басом пел молитвы, важно расхаживая с кадилом. Александр наблюдал все это действо с любопытством: в храмах он бывал нечасто. Очень захотелось поверить, что вся эта чуждая ему церковная церемония поможет Машеньке, успокоит ее душу.
На выходе он подал милостыню двум калекам и старой сгорбленной старушке. Выйдя из храма, глубоко вздохнул. Что-то томило его в течение двух часов, проведенных в церкви. На душе не стало легче.
Привязанный к дереву Демон терпеливо дожидался его. На кладбище, куда они сразу поехали, было пусто — ни одного человека! Ну и хорошо. Он положил цветы на могилу, над табличкой с датами рождения и смерти укрепил небольшой портрет Маши. На фотографии она не улыбалась, глаза смотрели настороженно и пытливо, словно тогда, при жизни, когда щелкнул затвор, она что-то узнала очень важное для себя.
Демон жалобно заскулил. Умница-пес, чувствует, как скверно на душе у Одинцова.
В автобусе пришла мысль: надо узнать телефон редакции и позвонить Аристовой. Пусть посмотрит негативы. Может, узнает Ольга человека, изображенного на них?
Телефон Ольги долго не отвечал, потом был бесконечно занят. Когда она ответила — снова незадача: Одинцов ее слышал, а Ольга, несколько раз повторив «Слушаю вас», бросила трубку. Ну, значит, не судьба, решил он.
Калитка в дом была приоткрыта. Одинцов снял намордник с собаки. Демон глухо заворчал, потом громко залаял. Хлопнула дверь, Одинцов слышал, как затрещали кусты, — кто-то, сминая все на пути, быстро мчался вниз к реке.
Он даже не стал особо осматриваться в доме, проверил спортивную сумку — все было в целости, ничего не пропало.
* * *
Анна проснулась давно, но не спешила вставать. Голова была тяжелой, она чувствовала себя разбитой, уставшей. Наверное, еще оттого, что снились ей сны, наполненные тревогой, погонями, страхом. То оказывалось, что Киря, пролетевший длинный лестничный пролет, вдруг, зло смеясь, поднимался во весь рост и, глядя на нее цепко и пристально, изо всех сил дергал красную ковровую дорожку, на которой она стояла, — и Анна летела вниз кубарем, ударяясь головой о белоснежные мраморные ступеньки. А потом вдруг снова они вместе с Кириллом застывали на верхней ступени лестницы в крепком поцелуе, и длилось это нестерпимо долго — ей не хватало воздуха, она задыхалась, пыталась высвободиться из жестко обнимающих ее рук. Громко стучали, высоко подпрыгивая по лестнице, зеленые камни разорвавшихся бус — и наконец оттолкнув Кирю, который с каменным лицом падает вниз, она пытается бежать, но ноги словно ватные, шагу не сделать, и опять прямо перед ней вырастает мощная фигура — это Лева Бессараб. «А меня поцелуешь?» — спрашивает он и властно притягивает ее к себе. «Поцелует, поцелует», — глупо ухмыляясь, приговаривает пьяненькая Ксения и грозит тонким пальчиком. Анна, крепко держась за перила, пытается бежать по лестнице, но каждый шаг дается с неимоверным трудом, и она снова, больно ударяясь, летит вниз и падает рядом с Кирей. Он открывает один глаз, подмигивает и кричит дурашливо: «А мы знаем, кто ты. Ты — Анечка Терехина…»
Хватит думать об этом дурацком сне! Она поднялась со стоном, поплелась в ванную. После холодного душа стало полегче, но сил не прибавилось, ломило в затылке, подташнивало. Это состояние ей знакомо: когда сильно волновалась или переживала, давление, которое и так у нее было пониженным, падало. Но эта беда поправимая. В кухне она включила настенное радио, заварила крепкий кофе, нашла в шкафу плитку черного шоколада. Собралась пойти в столовую, чтобы взять из бара бутылку коньяка, но замерла на пороге — передавали местные новости. Диктор печальным голосом читал некролог. Так вот что случилось ночью в губернаторском доме: умерла Клавдия. Ни радости, ни сожаления не шевельнулось в душе. Только подумала: как бы из-за этого не сорвалась встреча с Ращинским — с Коленькой ей необходимо сегодня повидаться.
Анна налила полную рюмку, неспешно выпила ее до конца, следом исчезло содержание дымящейся чашки с кофе, отломила кусочек шоколада. Сейчас она придет в норму — такое «лечение» не раз уже выручало ее.
Сегодня она уедет. Сразу, как только разберется с Ращинским, — для этого соберет все свои силы. Остается Бессараб. Слишком серьезный и опасный противник, с ним просто так не сладить. Ну что ж, значит, придется еще раз вернуться в этот город. За внешней респектабельностью удачливого бизнесмена скрывается зло. Оно не должно быть безнаказанным. Это сейчас у нее нет сил и никаких подходов к Бессарабу. Но она придумает, как встретиться с ним. И не успокоится, пока не отомстит. За себя, за Стасю, за Марию.
Анна позвонила в гостиницу. Серж ответил сразу, будто держал руку на телефоне. Она поблагодарила переводчика за работу. С этой минуты он свободен от своих обязанностей. Уезжать лучше сегодня. Напоследок она просила об одолжении: нужно упаковать вещи в номере Анны Морель, пусть Серж лично проконтролирует. Два больших чемодана с одеждой, обувью и прочим — косметикой, украшениями — нужно передать редактору городской газеты Ольге Аристовой, она наверняка сейчас в редакции — ведь Сержу не трудно будет через справочную службу узнать рабочий телефон Аристовой и попросить ее заехать в гостиницу? Ничего объяснять не требуется — презент от мадам, и более ни слова.
— Серж, — сказала она, — все деловые бумаги, они в черной папке на столе, пусть будут у вас. К семи вечера я приеду попрощаться и заберу их.
Она минуту размышляла, нужно ли звонить Ольге. Нужно. Жаль, если та вдруг откажется от подарка незнакомой мадам Анны Морель.
Прямой редакторский телефон был занят. Она набрала номер заместителя. Приятный мужской голос поинтересовался, кому понадобилась Ольга Владимировна.
— Скажите, что беспокоит ее Анна, журналистка из Москвы.
Через минуту Ольга взяла трубку:
— Привет, подруга. Куда пропала? Ты мне нужна. И не только мне. Доблестная милиция просит тебя не обойти ее своим вниманием. Им требуются формальные показания, чтобы закрыть дело о несчастном случае, происшедшем вчера на твоих глазах. Если тебя интересует, а именно так квалифицировали причину смерти Маслова — несчастный случай, запиши телефон, по которому нетерпеливо ждут от тебя весточки. Когда появишься у нас?
Анна вздохнула:
— Вряд ли это удастся. Я сегодня уезжаю — срочные дела. Оля, ты не удивляйся, если тебя попросят заехать в гостиницу «Центральная», и не отказывайся от предложенного подарка. Это от меня. Если что понравится и пригодится, буду рада. Пока!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
