class="p1">– Сам знаешь, – протянул адвокат. – Кстати, что тебе известно об этой чаровнице?
– Ну, – нерешительно пробормотал юноша, – она сирота.
– Это, пожалуй, единственная правда, которую она тебе рассказала, – кивнул адвокат. – Еще?
– Ее родители погибли в автокатастрофе, а еще у нее есть двоюродный брат, который за ней присматривает: он забирал ее из фитнес-центра, где мы вместе занимались, но она нас не знакомила.
– Очень интересно. А теперь послушай меня, дружок: твоя Наташа – записная врушка. Ее мать и вправду умерла, папаши своего она никогда не знала, зато у нее имеется отчим-алкоголик, но нет никаких братьев, ни родных, ни двоюродных – во как!
– Откуда вы знаете? – растерянно спросил молодой человек.
– Следователь по делу твоей зазнобы – мой бывший университетский приятель. Он поделился со мной кое-какой информацией, представь себе: девчонка-то с прошлым, причем с тюремным, прикинь?
– Но она же… совсем молодая!
– Колония для несовершеннолетних как раз для таких и предназначена. А знаешь, за что она туда загремела?
Молодой человек не ответил, и адвокат продолжал:
– Клофелинщица она. Имеешь представление, что это значит? Она подлила в рюмку клиента снотворное, чтобы ограбить!
– Клиента?
– Ах, да, – стукнул себя по лбу ладонью Григорий. – Я же не сказал тебе главного: девочка – труженица российских дорог… Нет-нет, она не асфальтоукладчица и даже не водитель большегруза, она – шлюха. Путана, ночная бабочка, проститутка, если угодно!
* * *
Регина не находила себе места с тех самых пор, как позвонила Наташа. С девушкой явно что-то произошло: ее голос в трубке звучал истерично, и она отказалась объяснить, в чем дело.
С некоторых пор супруга Рудольфа Светлогорова пересмотрела приоритеты. Она поняла, что раньше жила так, будто никогда не состарится и не умрет, – не испытывая сожалений, не задумываясь о завтрашнем дне. А ведь у нее растет дочь! Столько лет потеряно зря, причем не только годы, проведенные с Рудольфом: с тех самых пор, как Регина вошла в мир так называемой высокой моды, она словно бы потеряла связь с реальностью. Время неслось, как в угаре – друзья, вечеринки, ожидание прихода мифической славы, разочарование и, как следствие, необдуманное замужество. Где-то на заднем плане остался ребенок, почти не знающий собственной матери. Можно ли все изменить сейчас, или уже поздно? А главное – хочет ли Регина перемен или временные трудности просто заставляют ее искать выход из положения?
Но в одном она не сомневалась: Виктор с Наташей помогли ей в трудную минуту, хотя она им не родственница, даже не близкая подруга. Девчонка возилась с ней, больной и депрессивной, как с собственной сестрой, а Виктор, не задумываясь, схватился за пистолет, чтобы помешать Рудольфу забрать жену. Следовательно, она должна отплатить добром за добро: муж считает ее пустоголовой куклой, которую можно использовать как боксерскую грушу, но это не так! Регина, конечно, вряд ли станет нобелевским лауреатом в области ядерной физики, но она далеко не дура: этот гад еще не знает, на кого руку поднял!
Она полдня пыталась связаться с Наташей или Виктором, но безуспешно – ни один так и не ответил. За окном темнело, и Регина не могла больше оставаться одна в пустой квартире: одиночество и неизвестность стали страшить ее больше, чем вероятность встречи с мужем. Сняв с вешалки шубу, она замотала голову пуховым платком и нацепила темные очки. Взглянув на себя в зеркало, молодая женщина осталась довольна результатом: узнать в ней бывшую модель не представлялось возможным!
Выйдя из подъезда под удивленным взглядом консьержки, она опасливо огляделась и только потом осторожно ступила на подмороженный асфальт. Медленно бредя по улицам, Регина глядела по сторонам с интересом и удивлением – как же она отвыкла от обычной жизни! В последние годы та мелькала только в окне автомобиля, а люди, оказывается, живут вот так – торопятся с работы домой, заскакивают по пути за продуктами, штурмуют переполненные в часы пик автобусы… Когда-то и Регина была такой, но с тех пор много воды утекло! В прошлой жизни было меньше комфорта и денег, но зато были легкость, независимость, свобода. Свобода… Значение этого слова Регина по-настоящему осознала только сейчас, потеряв ее и вновь обретя!
Мимо быстрым шагом прошла молодая женщина, ведя за руку девочку лет шести в шубке из искусственного меха.
– Я же говорила тебе, не дерись с мальчишками, они все равно сильнее! – выговаривала мамаша своей дочурке. – Надо было Галине Ивановне сказать!
– А они тогда скажут, что я – ябеда, – резонно возражала малявка в шубке. – Я – не ябеда, вот я и дала ему в нос…
Парочка исчезла из виду, а Регина все продолжала стоять, глядя на угол, за которым скрылись мать и дочь. У нее ведь тоже есть ребенок! Она исправно высылает тетке деньги, покупает игрушки и одежду для дочки, но сама почти не присутствует в ее жизни. Сначала мешала карьера, потом – муж. Может, пора вернуться туда, откуда Регина родом – ну не пропадут же они, в конце концов! Конечно, без материальной поддержки Рудольфа жить будет непросто, ведь Регина ничему не училась, кроме как быть красивой: в маленьком заштатном городке эти «знания» ни к чему, но она еще молода и может попробовать заняться чем-то другим… Правда, сначала нужно развестись, а муж не отпустит ее, пока не получит вожделенного губернаторства!
Тряхнув головой, Регина двинулась дальше, вдоль освещенных множеством огней магазинов, готовых гостеприимно распахнуть двери перед каждым пожелавшим войти. У Регины впервые за несколько лет почти не было денег! Виктор показал ей ящик, где они лежали, но она не посмела взять больше пары тысяч, ведь художник и так сделал для нее больше, чем она могла ожидать.
Взглянув на другую сторону улицы, она вдруг заметила припаркованный у бара «Додж» Виктора! Постояв пару минут в раздумьях, Регина перебежала дорогу в неположенном месте: переход располагался довольно далеко. Распахнув двери бара, она окунулась в задымленную, пропахшую табаком и алкоголем атмосферу времен своей юности. Помещение оказалось полупустым, и в царившей там сизой полумгле силуэты людей выглядели размытыми, словно во время дождя. Стоя в нерешительности у барной стойки, Регина услышала вежливый вопрос:
– Что будем пить?
– Темное нефильтрованное.
Несколько лет она не пила ничего, кроме дорогого шампанского, но, похоже, настало время вернуться к истокам.
– Присядьте, – улыбнулась барменша. – Ваш заказ принесут.
Оглядевшись по сторонам, Регина заметила Виктора в глубине зала. Она направилась было к нему, но увидела, что художник не один. Со своего места она могла видеть только спину его спутницы и длинные, очень красивые темные
