— Ты ничего о них не знаешь!
Ах, я и сама не верила собственным словам! По-моему, Эйб прочел мои мысли.
— Все эти девушки говорят, что с ними такого никогда не случится. Но увы, случается. Всегда. И с тобой случится, если ты здесь останешься.
— Снова та же песня, — насмешливо сказала я. — Я знала — без угроз не обойдется. Ты снова прикажешь мне покинуть страну, или произойдут просто ужасные вещи.
Он показал на дверь, в которую входили новые морои и дампиры.
— Мне даже не надо прикладывать никаких усилий, чтобы приключилось нечто ужасное. Ты сделаешь все сама, оставшись здесь. Впустую растратишь свою жизнь, бегая на посылках у Алены Беликовой. Покупка продуктов станет самым волнующим занятием в твоей жизни.
— Они хорошие люди, — проворчала я. — Нечего издеваться над ними.
— О, этого я не отрицаю. — Он поправил шелковый шарф. — Они и впрямь хорошие люди. Но они не твои люди. Это всего лишь игра воображения. Ты обманываешь себя. — Сейчас он был сама суровость. — Горе погнало тебя сюда. Ты оказалась оторвана от своего возлюбленного, а потом сама покинула старых друзей. И пытаешься восполнить эту пустоту, убеждая себя, что Беликовы твоя семья, что здесь твой дом. Но это не так.
— Я могу сделать так, чтобы их дом стал моим.
Я по-прежнему не была уверена в этом, но упрямая натура заставляла противоречить ему.
— Ты не создана для Бийска. — Его темные глаза вспыхнули. — Ты создана для лучшего. Возвращайся домой, в свою школу, к принцессе Драгомир.
— Черт возьми, откуда тебе известно о ней? Кто ты? Когда ты, наконец, скажешь мне, на кого работаешь? Чего ждешь от меня?
Возникло чувство, будто у меня вот-вот начнется истерика. Когда он упомянул Лиссу, внутри словно что-то оборвалось.
— Я просто сторонний зритель, который видит, что здесь ты впустую тратишь время. Эта жизнь не для тебя, Роза. Твоя жизнь там, в Штатах. Говорят, из тебя должен получиться выдающийся страж. Ты понимаешь, какая это честь — получить назначение к последней из Драгомиров? Твоя жизнь будет проходить среди власть имущих, в элитных кругах. Твоя репутация уже такова, что статус и всеобщее уважение тебе обеспечены. Перед тобой открыт путь к великолепной карьере, и еще не поздно снова встать на него. Пока не поздно.
— Кто ты такой, чтобы указывать мне, как жить? Я слышала, у тебя на руках кровь, Змей. Ты сомнительный образец для подражания. Чем ты сам-то занимаешься?
— Своими собственными делами. И как раз из-за той жизни, которую я веду, ты должна прислушаться ко мне и вернуться домой.
Его слова звучали настойчиво и властно; интересно, что позволяет ему разговаривать со мной в таком тоне?
— Та жизнь осталась позади, — холодно ответила я.
Он хрипло рассмеялся и повел рукой по сторонам.
— Вот это теперь твоя жизнь? Ты хочешь стать «кровавой шлюхой», как твоя подруга?
— Не называй ее так! — Закричала я. — Мне плевать, есть у тебя телохранители или нет. Если скажешь о Виктории еще хоть одно плохое слово, старикан, я сделаю тебе больно, поверь!
Он даже не вздрогнул.
— Это было грубо, готов признать. Пока она не «кровавая шлюха». Но именно пока. Ей остался один шаг. Как я уже говорил, конец всегда один и тот же. Даже если тебя не использует кто-то вроде Ролана Кизляка — а поверь мне, он использует ее в точности так, как ее сестру, — в итоге ты окажешься одна с младенцем на руках, в той роли, для которой слишком молода.
— Постой… — Я замерла. — Ты сказал, что он — тот парень, из-за которого забеременела Соня? Почему Виктория связалась с ним после этого? После того, как он бросил ее сестру?
— Потому что она ничего не знает. Соня ничего не рассказывает, а мистер Кизляк считает это забавной игрой — затащить в постель двух сестер. И наверняка сожалеет, что Каролина умнее других и всех их ему не заполучить. Кто знает? — Он одарил меня иронической улыбкой. — Может, стань ты частью семьи, еще что-нибудь обломилось бы.
— Черта с два! Я никогда не свяжусь с таким типом. Я вообще больше ни с кем никогда не свяжусь. После Дмитрия.
Суровость Эйба сменилась веселым изумлением.
— Ох, Роза, ты еще так молода! Твоя жизнь только начинается. Все думают, что первая любовь — единственная и другой никогда не будет.
Он действительно сумел по-настоящему разозлить меня, но я достаточно хорошо владела собой и решила, что не стоит его бить. Вместо этого я попятилась к стене здания.
— Я не собираюсь играть в твои игры. И ты можешь сказать мне, на кого работаешь, потому что в их игры я не собираюсь играть тоже. Как и возвращаться обратно. — Так или иначе, охотясь на Дмитрия или оставшись с его семьей, но я буду в России. — Тебе придется упаковать меня в ящик и отправить туда морем.
Я не опасалась подавать ему новые идеи, не сомневаясь, что он может сделать все, что угодно — если захочет. Проклятье! Кто за всем этим стоит? Кто так сильно желает найти меня, что отправил на розыски этого типа? Самое странное, что, кто бы это ни был, он был достаточно осторожен, чтобы сначала попытаться урезонить меня. Если бы Эйб хотел похитить меня, он уже сделал бы это. Хотя бы той ночью, когда привез меня в Бийск. От него требовалось лишь проехать мимо и дальше, в ближайший аэропорт. Хорошо, это понятно. Теперь задача — как отделаться от Эйба?
Я отступила еще дальше.
— Я ухожу, и ты не остановишь меня. И прекрати шпионить за мной. С этим покончено.
Задумчиво сощурившись, Эйб несколько минут внимательно вглядывался в меня. Я почти видела, как колесики всяческих замыслов и интриг крутятся в его голове. Потом он заговорил, так тихо, что я едва расслышала.
— С ними, однако, еще не покончено.
— С кем?
Он кивнул на дверь.
— С Викторией и Роланом.
— Что ты имеешь в виду?
— Ты знаешь, что я имею в виду. Она думает, что влюблена в него. Он понимает, что завтра утром она вернется в школу. Сегодня ночью у него есть последний шанс, и уж он не упустит его. Там много очень милых спален. В данный момент они, скорее всего, в одной из них.
Я почувствовала, что задыхаюсь.
— Наверно, я должна пойти и все рассказать ее матери.
— Будет слишком поздно. Она не успеет, завтра Виктория уедет в школу, и он утратит к ней всякий интерес. Что может сделать мать, оказавшись перед свершившимся фактом? Всыпать ей?
Я злилась все больше, главным образом потому, что чувствовала — он прав.
— Прекрасно. Тогда я сама вытащу ее оттуда.
— Нет, не получится. Она хочет, чтобы это произошло. Даже если тебе удастся оторвать ее от Ролана, она снова найдет его.
Я во все глаза смотрела на него.
