мое прошлое, настоящее и будущее неотрывно связаны с этим местом. Путы мира на поверхности будто полностью спали с моего тела. Все знаки вычитания, которые появлялись в моей жизни, сошли на нет, и я наконец смогу нарисовать «равно»…
Нулю.
* * *
В тот самый миг, когда мужчина помог мне выбраться на поверхность по лестнице, мне хотелось и плакать, и смеяться. Я и представить не могла, что выход окажется так близко к «комнате». Когда я приподняла свечу в руке, в бурлящей тьме канализации передо мной открылась дорога домой.
Когда он толкнул люк, я почувствовала, как на меня льется теплый солнечный свет. Тут же мои уши заполнили различные звуки и шум голосов, отчего моя голова сразу же загудела. Сколько же времени я пробыла в этом темном и отрешенном от всего мира месте?
Но у меня не было желания размышлять об этом. Мужчина пролез через отверстие колодца, и я вслед за ним выбралась на поверхность. Как только моя рука коснулась сухого асфальта дороги, и я наконец вдохнула свежий воздух, из моих глаз все-таки брызнули слезы.
Вслед за этим я побежала. Я не понимала, почему это было первое, что я сделала. Наверное, хотела убедиться, что еще жива… Пробежав несколько метров, я вспомнила о нем. Он все еще стоял за моей спиной. Запыхавшись, я повернулась к нему. Он неотрывно смотрел на меня, стоя возле открытого люка. Это был первый раз, когда я увидела его под резкими лучами солнца. Спутанные волосы, борода, густо покрывающая лицо, потертая военная шинель непонятого оттенка и холщовая сумка через плечо. Я помахала ему рукой, однако фраза «спасибо тебе» застряла у меня в горле. Он медленно поднял руку и, подражая мне, помахал на прощание.
«Я вернусь навестить тебя. И принесу много вкусного. Я подарю тебе чистую одежду. Я попрошу папу привести тебя к нам, чтобы ты помылся и постригся. Вот вырасту – и даже помогу тебе найти работу…»
Бесчисленное количество мыслей пронеслись в моей голове. Но одна была самой-самой сильной и четкой: «Я возвращаюсь домой».
Затем я снова повернулась и побежала.
Дорога передо мной была не длинной – я быстро пересекла перекресток. Здесь было оживленно – много людей и машин. Я стояла рядом с проезжей частью и оглядывалась по сторонам, к своему удивлению, понимая, что знаю эту дорогу. Прохожие бросали на меня удивленные взгляды. Ну конечно: перед ними стояла чумазая девчонка в вымокшей обуви, с каждым шагом оставлявшая за собой зловонный запах. Но мне было не до их мнения – я определила правильное направление и помчалась домой.
Эти знакомые переулки… Знакомые здания… Знакомые улочки с уличной едой… Как же хорошо!
Наконец, миновав множество улиц и кварталов, я увидела свой дом. И заплакала. То место, по которому я так скучала, пока была окутана темнотой, сейчас появилось перед моими глазами…
Но у меня совсем не осталось сил. Я привалилась к ближайшему дереву; хватая ртом воздух, почувствовала жжение в горле. Вверх поднялся густой жуткий запах. Я опустила голову и осмотрела себя. Я была такая грязная, словно тряпка, которая долгое время мокла в нечистотах…
Я подняла взгляд на небо – было примерно три часа дня. Около дома, скорее всего, не будет много людей. Я не позволю другим увидеть старшую дочь семьи Су в таком виде. Репутация родителей важнее всего. Я не хочу, чтобы из-за меня они потеряли лицо.
Я шла вперед широким шагом, избегая людные места, и спустя несколько минут наконец-то смогла укрыться в подъезде своего дома. Мама с младшим братом наверняка дома, и дедушка Гу тоже… Затаив дыхание, я аккуратно толкнула дверь и зашла в общий коридор. Быстро прошла к квартире 101 и легонько постучала.
Но ответа не последовало.
Конечно, я постучала еще, но никто так и не откликнулся.
Уже не помню, куда я дела ключи. Подумав, вышла и завернула за здание. Даже просто глядя на окно и кусочек моей квартиры, я ощущала несравненную теплоту. Мама с младшим братом не дома – значит, они наверняка пошли искать меня… Насколько же они будут счастливы, когда наконец увидят меня!..
Я сидела в цветочной клумбе, поросшей высокими сорняками и цветами, – так меня точно не будет видно. Решила, что буду ждать их здесь. Никто не увидит меня, выглядящую словно черт, но когда они придут, я улучу момент и сделаю им сюрприз. Родители с братом наверняка будут безумно рады. Затем я хорошенько помоюсь, вкусно поем и спокойно лягу спать…
С этими мыслями я и заснула.
* * *
В одной книге было сказано, что сон – это кратковременная смерть. Для некоторых людей сон превратился в вечность. С моей бабушкой было так. Сейчас я ей очень завидовала.
Если я, прячась в этих сорняках, не проснусь…
В этом месте, забытом людьми, у меня остановится дыхание…
Если я закрою глаза и никогда больше их не открою…
Мое тело разложится, распадется, станет удобрением, питающим растения. Потом моя душа станет одним из цветков, который раскроется, а затем тихонько увянет, дожидаясь следующей весны, чтобы прорасти снова…
Тогда я не услышала бы их разговор.
Да-да, их.
Проснувшись, я легла на бок и свернулась калачиком. Хотя я очень старалась в это не верить, я осознала одну вещь.
Меня бросили. Все, что у меня было, обменяли на прописку для моего брата – законное социальное положение ребенка, который теперь может ходить в школу. И, возможно, на какую-то сумму денег. Как там сказал отец: «Представим, что ее будто и не было…»
Раньше я думала, что мама меня не любит, но оказалось, что и отец тоже.
Когда мой брат заплакал и сказал, что очень хочет меня найти, мне так хотелось выскочить и встать перед ними… Однако я этого не сделала. Просто неподвижно свернулась в клумбе, широко раскрыв глаза и глядя в темноту.
Я мертва. По крайней мере, в их сердцах. А мертвый человек не может шевелиться.
Ладно. Хорошо. Если моя смерть может решить то, о чем они беспокоились, пусть будет так.
Братик, я сломала твоего робота… Теперь отвечу за это.
Не нужно прощаться. Изначально они и не планировали со мной прощаться. Но…
Я тихо встала и медленно подошла к
