Читаем без скачивания Страсть за кадром - Мэри Джойс

Она набрала код страны и города, затем номер телефона, который все еще хранила в памяти. После удивленных и радостных восклицаний-приветствий Натали вкратце сообщила последние парижские сплетни и сказала, что Бретт своим звонком опередила ее. "Вуаля!" начинает свою деятельность в Нью-Йорке. Натали будет выпускающим директором и уже настояла на том, чтобы Лоренс Чапин не принимал участия в нью-йоркской операции.

Первый выпуск намечается на сентябрь, и она собиралась предложить Бретт снимать пятнадцать страниц и обложку. Еще она хотела, чтобы Бретт сделала все необходимые съемки для вспомогательного материала, а также несколько вариантов обложек для рекламодателей. Она сбросила весь свой груз на плечи Бретт и наметила встречи с ней в первый же день своего приезда в Нью-Йорк.

"Какая ирония судьбы! - подумала Бретт. - "Вуаля!" второй раз дает мне шанс встать на ноги". Она пометила в календаре встречу с Натали.

На этот раз нет никаких уловок и нет Лоренса. Это было решением редактора, основанным исключительно на ее достоинствах. Нью-Йорк был мал для фотографов такого уровня, и любой из них был бы рад получить ангажемент. Но Натали выбрала ее, и у Бретт возникло чувство давно забытой уверенности в своих силах.

Возбужденная такими хорошими известиями, Бретт взглянула на часы: они с Натали проговорили около часа. Она решила дождаться по крайней мере девяти утра и уже тогда сообщить кому-нибудь о своей радости.

Она просмотрела несколько отпечатков, полученных вчера из лаборатории, затем сварила кофе. С дымящейся чашкой в руке она возвратилась в кабинет и уселась на подоконник.

Свет туманного раннего утра пробивался сквозь темноту, и она увидела нескольких голубей в поисках еды. Ей захотелось, чтобы день был ясным и солнечным - редкость в это время года в Нью-Йорке, ведь только солнце могло растопить серую корку льда, покрывшую весь парк. Посмотрев снова на часы, увидела, что они показывают девять. Вернувшись к столу, она придвинула к себе телефон, автоматически набрала номер Дэвида и тут же положила трубку. В раздумье она взяла лупу и покрутила ее в руках.

Бретт знала, что реакция Дэвида будет искренней, как и их отношения, которые зародились между ними. Их свидания были не частыми и спонтанными, но страстными и многообещающими, и, когда Бретт была рядом с ним, она чувствовала себя беззаботной и ребячливой. Она могла говорить ему все, что приходило в голову, не боясь и не стесняясь его реакции. Казалось, Дэвид ничего не хотел и не ждал от нее. Они просто приятно проводили время. Бретт все еще не была уверена, было ли это старое детское чувство или уже развивалось новое. Наконец, она пришла к заключению, что не имеет никакого значения, ей просто нравится его общество.

"С другой стороны, может, первому надо позвонить Джефри?" - подумала она, положив лупу. На следующий день после их обеда в ресторане Бретт позвонила его секретарю и сообщила все сведения, необходимые для квартиры. Двумя днями позже Джефри удивил ее, прислав цветы. Он позвонил и извинился за свое поведение. Она постоянно ощущала присутствие Джефри около себя. Без его помощи ей пришлось бы потратить месяцы для поиска мастерской в Париже. Он также проявил участие во время болезни Лилиан и, наконец, помог ей без хлопот перебраться в Нью-Йорк.

"И что бы я делала, если бы он не нашел мне Терезу?" - подумала она. Несмотря на его замечания во время обеда, Бретт знала, что Джефри заботится о ней и, очевидно, заботился также и о ее карьере. "Он мне на самом деле нравится, - подумала она. - Он столько хорошего сделал для меня".

Она сидела и смотрела на телефон в нерешительности, взвешивая все "за" и "против". Затем, приняв решение, набрала номер.

- Это Бретт Ларсен. Пожалуйста, попросите Лиз Пауэл.

Глава 25

Бретт бросила жетон, полученный при сдаче пальто, в сумочку-косметичку и...

- Извините, я не понял, - сказал невысокий бородатый мужчина, чей взгляд придавал загадочность его в общем-то ординарной фигуре.

Она оглядела приемную, похожую на серебристо-синюю капсулу. Приемная была настолько необычной, что она вообразила, что попала в XXI век. Не увидев больше никого в комнате, она ответила:

- Я ничего не сказала. Затем звонкий голос повторил:

- Мы очень рады видеть вас сегодня вечером. Я - Лотти, модуль-секретарь приемной "Хендс ал". Простите, как ваше имя?

- Это же робот, - сказала Бретт, указывая на металлический ящик слева от входной двери.

Мужчина посмотрел на Бретт и смутился.

- Что только Дэвид не придумает, - промямлил он и подошел к терминалу. Он поискал на клавиатуре клавишу, с помощью которой смог бы ответить.

- Не пугайтесь. Я реагирую на речь. Пожалуйста, назовите свое имя.

В это время Бретт тоже подошла к компьютеру. Когда Лотти говорила, ее слова проявлялись яркими голубыми буквами на синем экране.

- Профессор Харрисон, надеюсь, ваше путешествие из Сакраменто было приятным, и я поздравляю вас с выходом вашей новой книги. Пожалуйста, проходите.

С пневматическим шипением открылись стеклянные двери, замыкающие окружность стены, и Ричард Харрисон с улыбкой скрылся за ними. "Дэвид не рассказывал мне об этом", - подумала Бретт, но Лотти перебила ее размышления.

- Спасибо за ваше ожидание, - начала она, продолжив приветствие.

Когда Бретт назвала свое имя, Лотти ответила:

- Ваша фотография Дэвида Пауэла в "Нью-Йорк стайл" превосходна. Дэвид предвидел ваше появление. Пожалуйста, входите.

"Только Дэвид мог придумать компьютер, который мне бы действительно понравился", - изумлялась Бретт, последовав за гостями, приглашенными на презентацию нью-йоркской штаб-квартиры фирмы.

Она была поражена, что недавно заброшенное помещение превратилось в контору будущего.

- Бретт, иди сюда, - услышала она и увидела Джо, махавшего ей рукой. - Мы потеряли тебя, - сказал он, целуя ее. - Бретт, я бы хотел представить тебе Энид Уолкер Синклайр. Она - дизайнер-оформитель фирмы. Это она приобрела все картины для этой коллекции.

- Очень приятно познакомиться, Энид, - сказала Бретт, пожав руку высокой худой женщине, чья прическа из синих волос была похожа на колючку каштана. - Я еще не осмотрела всего помещения и поэтому не успела увидеть все работы. Это будет постоянная коллекция?

- Она задумана как сменная экспозиция, с обновлением каждые четыре месяца. Некоторые картины предназначены для продажи, другие просто позаимствованы на время, но я нашла это идеальным для многих художников, - ответила Энид.

- Если это только не касается герцогинь из Граерси парка, - вставил Малколм Кент, консервативно одетый в традиционный смокинг из черной кожи с замшевой отделкой, рубашку в черную полоску и узконосые ковбойские ботинки.

- Вот уж кого не ожидала увидеть здесь, - сказала Бретт, пытаясь не показать волнения.

Она долго искала причину, с чего вдруг Малколм мог дуться на нее, и ее стало раздражать его открытое пренебрежение.

- Я как волк-одиночка. У меня широко распространенная среда обитания, сказал он.

- На уровне инстинктов, - съязвила Бретт.

Лицо Малколма было цвета подрумяненного хлеба, как следствие его поездки в Рио на карнавал, но Бретт увидела вдруг, что он еще больше похудел. Она с трудом сдерживалась от его словесных нападок на нее.

- Я попросила Малколма сопровождать меня, хотя не была уверена, что смогу выдержать его целый вечер, - заметила Энид. - Мы познакомились давно, когда я стала оформлять его выставки. А как вы узнали друг друга?

- Я спас Бретт от мучительных ощущений ее привилегированности, приняв на работу и дав ей навыки ремесла. Скажи мне, дорогая, ты работаешь под своим именем, с тех пор как вернулась? Что-то мне не встречаются твои работы, ядовито спросил Малколм.

- Нет, Малколм. Имя то же, но пока его действительно не видно. Надеюсь, ты еще увидишь.

- Это верно. Я слышал, что парижские тряпки приезжают в Нью-Йорк. Это то, что нужно этому городу, - новый магазин, - сказал Малколм.

Бретт чувствовала, что еще одно его слово, и она вопьется ему в лицо, чего он добивался?

- Джо, как Лизи? - спросила она.

- Несколько минут назад она сидела у окна. Ее родители тоже здесь.

- Энид, было очень приятно с тобой познакомиться. Джо, пойду-ка поищу твою жену... Малколм, - она кивнула ему и, уходя, не сказала ему ни слова.

Живительные звуки электронной арфы были прекрасным аккомпанементом шумной болтовне гостей. Они собрались около дисплея в центре зала, где были представлены все модели компьютеров фирмы "Хендс ал".

"Здесь не меньше двухсот человек, - подумала Бретт. - Дэвид должен быть доволен". Неожиданно она заметила оживление и смех в группе людей, стоящих справа от нее. От группы отделился пятифутовый робот с монитором вместо головы и бочкообразным стальным туловищем на резиновой гусеничной основе. В его руках был поднос с искусно разложенными на нем яствами. Он подъехал к Бретт и остановился: толпа любопытных теперь окружила ее.