факт, что люди не заметят необычное поведение члена команды. Зачем недоверие по отношению к командиру и ненужные разговоры?
Следующие два дня я занималась созданием парализующих артефактов. Их получили все новенькие, за исключением Антона. Доверия к нему по-прежнему не было, и ничего тут было не поделать. Посмотрим, как он себя проявит в бою и насколько ему можно доверять.
На войну с сатанистами собрались почти все. На базе остались шесть женщин. Юлька и Катерина тоже пошли с нами. Некоторая тревога по поводу оставленных на базе была, хотя Вадим ещё раз основательно укрепил здание и территорию. Закрывшись внутри, женщины смогут выдержать серьёзную осаду. К подсобным помещениям теперь вели закрытые галереи, что позволяло попасть в банный комплекс и коровник прямо из основного здания, не выходя на улицу. База действительно стала напоминать неприступную крепость, в которую просто так не попадёшь.
Раздав последние указания остающимся, Владимир приказал выдвигаться. Колонна получилась внушительной. Командир двигался в авангарде на бронетранспортёре, за ним следовал грузовик Вадима, в кабине которого находились мы с Максимом. Затем шёл транспорт Кузнецова с Катериной и Юлькой в кабине. Следом двигались кунги омоновцев, а замыкал колонну ещё один БТР.
На совещание по разработке тактики и стратегии меня не приглашали, хотя примерный план действий я и так понимала. В том смысле, что у десантников как такового плана и не было. Мы толком не знали местонахождения сатанистов и собирались воевать с ними, ориентируясь на невнятные предсказания Максима. Принцип звучал примерно так: «Главное ввязаться, а там война покажет план».
Монахиням же командир выдал уверенную версию: мол, сначала подъедем поближе к логову, затем проведём разведку (тут пригодится моя помощь с тропой), а дальше ка-а-ак нападём и всех уничтожим! Женщины из монастыря ни по одному пункту не возразили и даже не спросили про делёжку трофеев. Возможно, просто не подумали, что такое возможно.
Выглядели эти дамы по-прежнему необычно и, на мой взгляд, не совсем практично. Длинные до пят одежды не предназначены для быстрого перемещения. Если бы не луки и не заправленные за пояс топоры, то от обычных монахинь и не отличить. Нас всех они осмотрели, сказали, что скверны нет, благословили поездку и без вопросов забрались в один из кунгов омоновцев.
Самое удивительное, что никого не смутило, что место своего пленения я толком не запомнила. Хорошо, что омоновцы рассказали, как после плена они брели через сугробы, где добывали транспорт и добирались до своей базы. К тому времени рогатые помощники сатанистов её полностью опустошили.
Группе Анны повезло, что изначально они «не складывали все яйца в одну корзину». Точнее, после сокращения числа людей техники осталось много, и часть её они оставили в одном из посёлков, куда с трудом, но добрались на лыжах. Откуда они взяли лыжи, я так и не поняла, зато сообразила, что у этой группы было четыре точки обитания. Если бы мы даже захотели их найти, вряд ли удалось бы это сделать.
По случайному совпадению их последнее место проживания оказалось всего в десятке километров от сатанистов, чья разведка действовала очень эффективно. Предположу, что если бы группа Анны сидела тихо, как мужчины из Дома культуры, то их обнаружили бы не скоро. Но омоновцы активно занимались мародёрством и в очередной раз попали в плен.
В тот опорный пункт омоновцев мы и направились. Съедобные припасы и все вещи рогатые существа утащили, но дома с печками остались на месте. Правда, топить печи в нашем случае было неблагоразумно. Для этого у нас имелись тепловые артефакты.
До старой базы омоновцев мы ехали долго. Приходилось маскировать следы. Маги воздуха устраивали снежно-воздушные торнадо, засыпая за нами дорогу. К тому же колонна была большой и быстро двигаться не могла. По этой причине весь световой день ушёл на преодоление 280 километров.
Наконец мы добрались до базы омоновцев и неожиданно столкнулись с сопротивлением монахинь. Они чувствовали какую-то остаточную энергию от созданий тьмы и категорически отказывались устраиваться на ночлег «в осквернённом месте». А куда ехать на ночь глядя? Честно говоря, я не ожидала, что Владимир пойдёт на поводу у монахинь. Но он велел всем водителям надеть гогглы и, не включая фар, двигаться дальше до любого дачного посёлка. Раз монахиням не подошло более комфортное жильё, пусть ночуют в насквозь промороженных домиках.
Артефакты тепла им выдали. Как и омоновцам, которые остались в кунгах. Наши же все ушли в личные схроны.
Командир, конечно, оставил дежурную пару, которая сменялась каждый час, но остальные спрятались в подпространстве. Что, между прочим, для омоновцев стало сюрпризом. Они изначально раскритиковали дачные домики, заявив, что почти пятьдесят человек здесь не поместятся. Потом похвастались своими тёплыми кунгами, а затем сообразили, что в домиках остались лишь восемь монахинь, а остальные люди исчезли неизвестно куда.
Наводить порядок в домиках и приспосабливать их для проживания начали на следующий день. На разведку по теневой тропе вместе со мной отправилось десять человек. Остальные, чтобы не скучать, занимались укреплением обороны посёлка. Вадим остался специально для этих целей. Он не только умел разбивать предметы на атомы, но и собирать их обратно в более прочном виде. Вот пусть и делает из простых стёкол бронированные, попутно укрепляя все стены и крыши.
Монахини выбрали в посёлке три рядом стоящих дома, заселившись в один. В остальных разместилась наша группа. Во все эти перемещения я особо не вникала. Мы с Владимиром пытались разобраться по атласу дорог, где именно я нашла церковь и откуда могла убежать от сатанистов. Примерно поняли, куда идти, и выдвинулись сразу после завтрака.
Для любого транспорта расстояние пустяковое, но пешком это не так быстро и немного скучно. Пейзаж вокруг был очень уж однообразным: снег да поля.
Ширина тропы позволяла идти по двое. Мы с Владимиром шли, держась за руки. Чтобы скрасить дорогу, обсуждали планы на будущее. Периодически поворачивались к парням, чтобы послушать их мнение по тому или иному вопросу.
– Вов, а может, когда закончится срок испытания, рванём на юга? — предложил Ромка. — Как-то эти снега меня уже утомили. На юге почва плодородная, можно заняться сельским хозяйством.
– А своё хозяйство и кров куда денем? — возразил ему Кузнецов.
– Тоже увезём.
– На юге горячие кавказские парни могли создать большие кланы, — заметил Владимир. — Мы же не в курсе, что и где происходит. Мы по своему региону и то не особо знаем места проживания групп.
– Я бы вообще остров захватил!
