обреченно прошелестело из глубины комнаты.
Опомнившись, я заскочил внутрь, чтобы не попасться на глаза этим странным клановцам. Вроде ничего плохого не делаю, но демонстрировать свое присутствие не желаю абсолютно. Снова сыграли инстинкты. Прикрыв дверь, я, хоть и с нервной, но широкой сверкающей улыбкой повернулся к пауку Укмаку, собираясь толкнуть одно из своих отрепетированных приветствий. Но увидел хозяина дома и поперхнулся первым же словом, выдав вместо «Еще раз доброго солнечного подводного дня» что-то вроде «Ыквах!»…
— Укмак, — мирно поправил меня лежащий на небольшом возвышении ужасно изуродованный не слишком крупный паук.
Это точно другой вид. С куда более длинными лапами. Хотя я не сразу понял это — ведь большей части лап просто не было. Передо мной лежал паук-инвалид, имеющий в наличии две целые лапы и еще шесть различной длины обломанных палок, которые торчали из его лежащего на выцветшему коврике тела.
— Боги подводные, — глухо произнес я, скользя взглядом по многочисленным шрамам, избороздившим паучье тело. — Я прошу прощения за мое неуместное любопытство и разглядывание, почтенный Укмак.
— Ничего, — Укмак несколько раз щелкнул жвалами и удивительно эмоционально развел в воздухе уцелевшими волосатыми лапами, украшенными длинными изогнутыми когтями. — Но я не настолько беспомощен. Паутина помогает справляться самостоятельно, и я не жду подачек от других пауков… Я паук Укмак! И я справляюсь! — чуть сдвинувшись, он навел три уцелевших глаза на дверь и с отчетливой тоской добавил: — Справлялся… без норы будет куда сложнее…
— Твоя тревога как-то связана с только что прибывшими чужеземцами?
— Клан Летучая Рыба.
— Верно. Они самые, — кивнул я, медленно опускаясь на глинистое дно, что служило в этой старой красной раковине полом.
— Они… выкупили нашу улицу, добрый Бульк. Не знаю зачем, но не могу одобрить их агрессивный настрой…
— Вы продали свой участок?
— Он не мой. Я старый израненный паук. Откуда у меня деньги на покупку даже такой старой, хотя и обжитой раковины блопа? Я всего лишь арендую это уютное местечко, и надо признать, что старая владелица, госпожа Дух-Клара, никогда не торопила меня с уплатой долга. Но все изменилось. Вчера пришло письмо — такие же пришли к остальным, еще не покинувшим свои дома. Клан Летучая Рыба вежливо оповестил, что желает полного выселения из этих домов до того, как начнется снос и стройка.
— Ого, — присвистнул я. — Что же они собрались здесь строить?
— То ведомо лишь им. Я рад твоему визиту, Бульквариус. Прости, что не могу предложить никакого угощения. Я сам последний раз ел три дня назад — сумел вцепиться когтем в проплывающего мимо шального соседского кальмара. Надеюсь, что никто не будет скучать по этому вкусному бедокуру…
Кажется, паук Укмак только что признался, что поймал и сожрал соседскую кошку.
— И улиток соседи больше не заводят, — еще горше вздохнул Укмак. — Они были хорошим подспорьем для прозябающего паука. Глупые и вкусные улитки… эх…
— Эх, — поддержал я его порыв и подскочил было — рвануть на рынок и купить чего мясного, — но вовремя опомнился и вернул седалище на место. — Почтенный Укмак… обещаю, что сегодня же угощу тебя обильным обедом. Я друг пауков. И видел от них лишь добро. Не знаю, что случилось с тобой… кто нанес тебе столь ужасные раны…
— Мои увечья? Это последствия таранного удара вооруженного трезубцем тяжелого конного рыцаря из королевской стражи. Тот бледный морской конек был очень быстр и нес своего тяжелого всадника, как невесомую пушинку… он пронзил меня насквозь… и еще пол-лиги тащил за собой по каменистому дну. Так я получил свои раны, потеряв почти все глаза и лапы. Но ты не подумай — я не держу зла. Война… на то она и война. Я уже стар и рад даже тому, что просто дышу свежей водой и хотя бы раз в неделю имею шанс поймать соседскую жирную улитку… я умею радоваться жизненным мелочам…
— Мрачно-то как, — просипел я. — Ух…
— Поэтому ты не обязан угощать меня…
— Нет-нет, паук Укмак! Я хочу угостить тебя от всего сердца. Повторю: пауки — мои друзья, и от них я видел лишь добро. И многому научился у паучьего племени. Но сейчас не время для обеда — по улице шагают те, кто собираются…
— Сегодня я лишусь дома, и этого не изменить. Дно подо мной принадлежит им — клану Летучая Рыба.
— Позволь, я послежу за ними?
— Следи, Бульк, следи. В прошлом я и сам был разведчиком. Убивать — убивал, но никогда в штурмовой лавинной атаке. Мой удел — таиться, наблюдать и выжидать момент для единственного убийственного выстрела… Я понимаю всю важность наблюдения…
— Благодарю, — на этот раз мне удалось не выказать изумления.
В красной старой раковине обитал паучий снайпер, который отправил на тот свет немалое количество ахилотов. И сейчас я подставил его голодному снайперскому взору свою спину, когда прильнул к дверной щели, откуда открывался достаточно хороший вид на улицу. И там было на что взглянуть.
Игроков прибавилось. С дружелюбными извиняющимися улыбками они вежливо стучались в двери, помогали вынести из обиталищ узелки и ящики с пожитками. Они даже помогали усесться выселяемым ахилотам на подоспевшие донные телеги с высокими бортами и широкими колесами. Запряженные крабы — крабы и это могут! — быстро увозили подводы по направлению к центру города. Боюсь, там их высадят, и на этом дружелюбие клана Летучая Рыба закончится.
Как только очередная хибара лишалась жильцов, один из игроков тут же лепил на ее стену странный лист с отчетливо видимыми даже издалека светящимися печатями. Жилище тут же накрывалось мерцающим красным куполом некой ауры. А некоторые здания получали вместо листа длинную светящую полосу над дверью. После чего, выждав буквально пару минут, игроки подступали к дому с кирками и молотами, туда же пер один из группы прибывших гигантских раков. Наносился первый удар, в воде появлялось мутное облачко пыли, следом удары начинали сыпаться один за другим, и здание быстро превращалось в руины. Раки, действуя как бульдозеры и экскаваторы, грузили мусор на телеги. Улица сносилась прямо на моих глазах…
— Нам надо уходить, почтенный Укмак, — в моем голосе было столько спокойной уверенности, что паук аж привстал со своего ложа.
— Уходить куда, Бульк? — с осторожностью спросил он.
— Ко мне, — улыбнулся я и пояснил: — На другой стороне Приглубья, совсем недалеко от башни паука Дроса, я арендую большой просторный склад с хорошей удобной крышей. Ты не боишься высоты, паук Укмак?
— Не боюсь. Но…
— Никаких условий. Ты ничем не будешь мне обязан за приют, — моя улыбка стала шире.
— Но почему? Я давно не
