Мориц принесла с работы материал, отражающий тепло. Она никому не сказала, что это были мешки для трупов. С их помощью они пытались стать невидимыми для охотников Филиппоса. Полину и Генри капитан вооружила гражданскими шокерами, а себе взяла полицейский вариант, более мощный. С такой экипировкой они решили устроить засаду в том самом доме.
За полночь Полина услышала шум, идущий с улицы. Вернее, шум был для ее обостренного слуха, Генри и Алекса ничего не услышали. Полина подала им знак. Все затихли. Шаги одного человека простучали по дорожке и удалились за дом. Потом человек вернулся, походил под окнами и ушел. Спустя полчаса тишины Мориц предположила, что их план раскрыт и преследователи решили не попадаться на заготовленный крючок.
Оказалось, что пустой дом преступники посчитали идеальной ловушкой, а свои способности – достаточными, чтобы избежать неприятностей.
Во время перешептывания Полина замерла и сделала знак остальным замолчать. С улицы донеслись шаги нескольких человек. Одни замерли у входной двери, другие пошли за дом. Их брали в кольцо. Щелкнул замок на входной двери, дверь открылась нараспашку. Вопреки ожиданиям, что похитители попробуют войти в дом бесшумно, те не стали таиться. Открылась дверь, выходящая на задний двор, и дом наполнился топотом, а затем и громкими криками с ругательствами и угрозами расправы. Преследователи применили метод запугивания, желая подавить волю девушки к сопротивлению.
Полина перешла на тепловое зрение. Она знала, какую нагрузку для нетренированного мозга несет эта способность. Если профессор сказал правду, то противники не смогут долго им пользоваться. В доме на первом этаже находился огромный холл и куча подсобных помещений по периметру. На втором этаже расположились четырнадцать номеров. Было слышно, как выламываются двери в них, а преследователи обшаривают комнаты. Полина, Генри и Мориц затаились в простенке на первом этаже. Там находилась лестница, ведущая в подвальное помещение, где стояли стиральные машины и бойлер. Вход в простенок маскировался старым шкафом.
– Выходи по-хорошему, сучка! По-плохому будет хуже! – кричал хриплый мужской голос.
– Твою мать, хватит прятаться! Выходи! – вторил другой мужской голос.
– Мы все равно тебя найдем!
Преследователи перестали ломать двери наверху, наверное, закончились комнаты, и собрались в холле. Они принялись обсуждать дальнейшие шаги.
– Она здесь, – уверенно произнес хриплый голос. – Я чувствую ее запах.
Это вызвало нервный смех его товарищей. Мориц тронула Полину за плечо. Они и так рассчитывали заманить всех в холл. Это было ловушкой. Полина щелкнула включателем. Шесть ярких вспышек, расставленных с определенным умыслом, сверкнули одновременно. Раздались крики. Полина активировала ускоренный метаболизм и выскочила из убежища с шокером наперевес. Четверо мужчин подслеповато кружились на месте. Электроды впились в ближнего охотника, прикрывающего лицо руками. Он вскрикнул и стал заваливаться. Полина, не дожидаясь результата, выстрелила во второго, шарящего сослепу руками перед собой. Электроды впились ему в правое плечо. Мужчину дернуло разрядом и развернуло. Он споткнулся и полетел лицом вниз. К этому времени из убежища выбежали Алекса и Генри. Им достались по одной цели.
Весь процесс от вспышек света до поражения электрошокерами занял несколько секунд. Преследователи, сами превратившиеся в жертв, лежали на полу. У двоих из разбитых носов текла кровь. Их насчитывалось четверо, но Полина была уверена, что людей должно быть больше. Не останавливая ускоренный метаболизм, она пробежалась по холлу.
«Ш-ш-ш-шту-ум-м-м» – рядом с ее головой в стену вошел нож. Полина успела увидеть тень, мелькнувшую по лестнице на второй этаж.
– Он на втором этаже! – крикнула Полина, чтобы предупредить своих товарищей. – Вяжите этих, а я попробую его достать.
Полина выдернула из стены нож, взвесила его в руке, чтобы получить представление о его баллистических характеристиках. Теперь нож и в ее руке был метательным оружием. Вместо того чтобы броситься по лестнице в погоню, где ее могла поджидать засада, Полина выскочила на улицу и забралась на навес над крыльцом. Заглянула в окно. В комнате было пусто. Полина выбила стекло ногой. Осторожничать было бесполезно. Человек со способностями как у нее мог услышать топот муравья за десять метров. Победителем должен был выйти тот, кто хитрее, искуснее пользуется своими развитыми способностями и терпеливее. По сравнению с новичками Полина с ее опытом была ветераном.
Она сама обратилась в слух. Ее товарищи шумели громче всех в доме. Противник оказался не глупым. Он понял, что в комнату на второй этаж забралась, скорее всего, Полина и что шансов у него в одиночку справиться с девушкой совсем немного. Он побежал к лестнице. Полина услышала его шаги. Этого было достаточно, чтобы знать его точное нахождение. Человек мчался по коридору мимо ее комнаты. Судя по скорости, он находился в состоянии ускоренного метаболизма, времени добежать до двери и перехватить не оставалось. Полина подняла нож и метнула его, ориентируясь на звук. Тяжелое лезвие пробило тонкую дверь. За ней раздался звук падения и крик.
Полина выбежала в коридор. На полу лежал молодой парень, от силы лет восемнадцати. Из ноги чуть выше колена торчала рукоятка ножа. Лезвие вошло полностью. Кровавое пятно растекалось по штанине. Лицо юноши тоже было в крови, хлеставшей из носа. Он кричал, то хватаясь за рукоятку ножа, то размазывая руками кровь по лицу. Полина не стала выдергивать нож. Выстрелила в беднягу шокером, чтобы он затих, и спустилась в холл.
– Что у тебя? – спросила Мориц.
– Поймала, но пришлось остановить его же оружием.
– Ты его прирезала? – Генри вытаращился на Полину.
Двое мужчин, успевших прийти в себя, вздрогнули от слова «прирезала».
– Нет, попала в ногу. Артерия не задета, как медик могу сказать.
– Хорошо, сейчас вызову полицию и скорую, а потом перевяжу его.
Чтобы ни у кого не возникало вопросов о том, что делают пятеро окровавленных мужчин в доме, и кто здесь преступник, капитан Мориц идентифицировалась перед полицейскими и описала ситуацию. Полицейские выслушали ее, но настояли, чтобы все проехали вместе с ними в участок. Во время составления протокола, когда первого из задержанных проверили на ДНК, случилось то, чего не смогли предусмотреть ни капитан Мориц, ни Полина. Все задержанные разом скончались. Они умерли как по приказу: закатили глаза, задергали конечностями и отдали богу душу. Филиппос подстраховался.
Смерть задержанных в полицейском участке наконец-то всколыхнула правоохранительное болото. Все забегали, зашевелились, стали разбираться, восстанавливать хронологию. Полину и Генри много раз вызывали на допрос в качестве свидетелей, и каждый раз это были разные полицейские. Можно было подумать, что роковое событие поменяло работу полиции с минуса на плюс. До этого они совсем ничего не делали, а после развили небывалую активность, больше похожую на праздник в дурдоме.
Капитан Мориц тоже попала под допросы. Начальству были не совсем понятны ее мотивы заняться работой в отпуске. К тому же оно не верило в то, что преступники, посланные неким Филиппосом с безызвестного острова, являются запрограммированными сверхлюдьми. Оно вообще не рассматривало эту гипотезу. Их неверие автоматически ставило под подозрение саму Мориц и защищаемых ею свидетелей. Капитан поняла, что над ней начали сгущаться тучи, а свидетельств угрожающей людям опасности она так и не раздобыла. Времени оставалось мало, и нужно было что-то решать.
Полина и Генри имели возможность бродить только по одному крылу Интерпола, где не имелось следящей аппаратуры. В основном здесь были пустые комнаты. Эта часть использовалась активно, только когда проводились международные семинары. Тогда народ со всего мира съезжался и занимал свободные помещения. Аналитическая программа подсказывала Полине, что у капитана Мориц не все складывается гладко. В последние дни она появлялась всего два раза, выглядела хмурой и озабоченной. Все шло наперекосяк, это было ясно и без слов. Активность полиции не вылилась во что-то конструктивное. Активность ради активности, все для того же самоуспокоения.
