трудолюбия. Но, по словам Кэма, Хейс даже не станет флиртовать с девушкой, если она попытается пристать к нему в баре. Он ни за что не стал бы трахать одну из моих подруг, пока я сплю в другой комнате.
— Что, черт возьми, он тебе сказал? — спрашиваю я, наконец-то начиная успокаиваться.
Она надулась. — Он сказал, что с ним все в порядке и пожелал спокойной ночи.
— Да, это похоже на него. — Всегда такой джентльмен.
Хейс умеет отказывать девушкам так, что они даже не понимают, что их отвергли, пока он не уйдет. Это впечатляющий набор навыков, и, вероятно, он очень полезен, когда ему приходится работать в баре. Нет ничего более неловкого, чем отказывать кому-то, но когда ты выглядишь как он, то, наверное, к этому привыкаешь.
— Фу, — хмыкает Нолан. — Не могу поверить, что ты замужем за таким красавчиком и даже не упомянула об этом.
Я еще раз оглядываю комнату, замечая, что ничто не указывает на то, что он вообще был здесь в последнее время. Даже зарядного устройства для телефона нет на его тумбочке. Нет и пустых бутылок из-под воды, от которых мне всегда приходилось избавляться, когда они начинали накапливаться. Все просто… безжизненно.
В этой комнате у нас было столько хороших воспоминаний, и мы планировали сделать еще столько же.
Все было так прекрасно, а теперь это исчезло.
Нам пришлось ехать на Uber в дом моих родителей, чтобы забрать мою машину, а затем я проехала двадцать минут, чтобы высадить Нолан у ее машины. Она едет за мной до мотеля, в котором я остановилась, когда раздается звонок от Кэма. Я нажимаю кнопку на экране, чтобы ответить на звонок через динамик.
— Привет, как все прошло? — спрашиваю я.
Он тяжело вздыхает, и я уже знаю, что это нехорошо. — У нас проблема.
— Ненавижу проблемы.
— Ну да, хакер пропал, — говорит он. — Кто бы ни занимался этим дерьмом, он добрался до него раньше, чем мы.
Мое сердце замирает. — Что значит «добрался»?
— Тела нет, — уточняет он. — Но судя по тому, в каком состоянии находится его дом, это выглядит не очень хорошо.
Мне становится плохо. Тошнота подкатывает к горлу, желчь поднимается вверх. Текстовые сообщения и угрозы — это одно, но если этот человек действительно причинил кому-то вред, то это переходит на другой уровень. Я не уверена, что кто-то из нас сможет с этим справиться.
— Слушай, я хочу, чтобы ты сегодня была в баре, — говорит мне брат. — Там, где я смогу за тобой присмотреть.
Я киваю, хотя он меня не видит. — Все в порядке. Только мне придется взять с собой друга.
— Да, конечно. Только приезжай туда, как можно скорее. Я не смогу расслабиться, пока тебя там не будет.
Я понимаю. Я тоже хочу быть в состоянии присматривать за ним. И Хейсом.
— Я скоро приеду, — обещаю я.
Когда мы разговариваем по телефону, в воздухе витает ощущение, которое я не могу описать. Оно мрачнее, чем раньше. Чувство опасности усиливается, и я не могу избавиться от него. Надеюсь, что бы ни случилось, мы выберемся живыми.
Всю дорогу до бара я вбивала в голову Нолан важность того, чтобы она ничего не говорила о встрече с Мали до приезда сюда. Она сначала не понимает, но я объясняю, что я уехала не самым лучшим образом, и ничего хорошего не получится, если Хейс или Кэм узнают, что она общалась со мной, пока меня не было.
— Поверь мне, — говорю я ей. — Это просто то, что мы должны держать в секрете.
Она делает вид, что захлопывает рот и закрывает его на замок. — Ты же знаешь, я люблю хорошие секреты.
Мы выходим из машины и забегаем внутрь, укрываясь от дождя. Пляж пуст, поэтому неудивительно, что в баре то же самое. Внутри только Хейс, Кэм и Мали. К счастью, Райли здесь нет.
— Там отвратительно, — говорю я им, пытаясь стряхнуть с себя воду. — Нолан, это Кэм и Мали, а с Хейсом ты уже встречалась.
Глаза Мали сужаются. — Она встречалась, да?
Я поджимаю губы, и, когда она понимает, что сейчас ей не удастся вытянуть это из меня, она поворачивается к Хейсу. Протянув руку, она ждет, пока он ее пожмет.
— Привет, Хейс. Чья бы корова мычала, да?
Я, честно говоря, не понимаю, к чему это, но это вызывает у Хейса смех, когда он отмахивается от нее — и, честно говоря, мне все равно, над чем он смеется, лишь бы он продолжал это делать.
— Откуда ты знаешь Нолан? — спрашивает Кэм.
Ну, блин. — Она моя соседка. Я жила у нее почти все время, пока меня не было.
Нолан ярко улыбается. — Ага! Спасла этого маленького утенка от тяжелой жизни на улице.
Кэм хмыкает с неким подобием юмора. — Не то чтобы добровольно покинуть свой дом — это то, от чего нужно спасаться, но, конечно. Мы согласимся.
Я надеялась, что они с Хейсом поймут, почему я ушла, но, признаться, они никогда этого не сделают. Будь их воля, я бы рассказала им об этом в тот момент, когда наш преследователь впервые связался со мной. Они до сих пор думают, что смогли бы вычислить его и остановить.
Очевидно, они правы. Ведь в последнее время у них это очень хорошо получается.
Вот тут-то я и закатываю глаза.
К счастью, как раз в тот момент, когда ситуация начинает становиться неловкой, дверь открывается, и в комнату входит мрачный серфер, которого я никогда раньше не видела. На нем гидрокостюм, содранный до половины, а влажные волосы говорят о том, что он только что вышел из океана.
— Привет, Финн, — приветствует его Хейс.
— Бармен! — взволнованно говорит он. — Позвольте мне Blue Moon, добрый сэр.
Хейс кивает и идет за пивом, а Финн поворачивается к моей лучшей подруге.
— Мали, — прошептал он. — Выглядишь прекрасно, как всегда.
Я наблюдаю за тем, как он осматривает комнату, понимая, насколько она пуста, пока его взгляд не останавливается на мне. Он улыбается так, что его улыбка совсем не похожа на сексуальную, как мне кажется.
— Привет, — говорит он. — Я Финн, а ты?
Мали фыркнула позади него. — Ну вот, началось.
— Лейкин, — отвечаю я.
— Лейкин. Это великолепное имя. — Он подходит и прислоняется к столу рядом со мной. — Я думаю, оно подходит для такой великолепной девушки.
Заткните мне рот. — Будь осторожен. Ты собираешься получить кариес со всеми этими сладкими речами.
— Ничего страшного.
