class="p1">– Т-с-с! – предупреждающе шикнул Карлош. – Никто не должен нас увидеть.
– Какие у нас планы насчет двери? – деловито осведомилась Лея, подергав закрытую дверь подъезда.
– Я планировала превратить ее в тополиный пух, – высказалась Лариса.
Получив согласие волшебников, девочка взяла волшебный предмет – варежку и осуществила задуманное. После этого Лея сделала то, что Коля от нее совсем не ожидал: она улыбнулась Ларисе и дала ей пять. Видимо, они действительно понравились друг другу. Правду говорят: ничто так не сближает волшебника и его выдумщика, как совместные сотворения чудес и другие проделки.
Коля посмотрел на других своих спутников. Моросик и Бирмингем, которые тоже видели, как Лея дала пять Ларисе, переглянулись с почти одинаково приподнятыми бровями. Выражения их удивленных лиц при этом были так похожи, что Коля чуть не рассмеялся. Видимо, со временем все волшебники и выдумщики понимают друг друга с одного взгляда.
А Карлош и Марианна совсем по-одинаковому споткнулись на пороге подъезда, но испугались не за себя, а друг за друга: выдумщица попыталась подхватить падающего волшебника, а волшебник попытался подхватить ее. В результате, конечно, оба упали, растянувшись поперек порога на животе напротив друг друга, как две прямые линии. Что ж, видимо, со временем волшебники и выдумщики становятся похожими друг на друга и даже падают одинаково.
Итак, наши друзья вошли в этот просторный и чистый подъезд, вступили на длинный красный ковер на полу и… увидели стойку консьержа, за которой сидела строгая на вид седовласая женщина в прямоугольных очках.
– Вы к кому? – тут же спросила она.
Лея не растерялась. Она выступила вперед, держа на руках надменного кота и табличку «Бродячий цирк „Аврора“» на английском.
– Здравствуйте, мы приглашенные артисты, идем к семье Петит, – уверенно произнесла пожилая фея по-французски. – Они нас ждут, уже открыли нам по домофону.
Консьерж, приподняв очки, удивленно рассматривала эту странную компанию. И прежде чем она начала что-то говорить, «артисты» поспешили пройти мимо нее. Особенно комично в этой ситуации выглядел серьезный Феладиум Скорнелли с зелеными волосами и клоунским носом, который, проходя мимо консьержа, спокойно сказал ей: «Добрый вечер». Опасаясь, что женщина заподозрит, что он не имеет никакого отношения к искусству, Лютенция быстро взяла сыщика под руку и двинулась с ним в сторону лестницы, по которой уже бодро поднимались все остальные друзья.
Выдумщики тихо открыли дверь нужной квартиры (не спрашивайте, что они сделали с замком, потому что в итоге он временно оказался на дне Средиземного моря) и осторожно вошли в коридор. В квартире было темно – Люси и Бланш Петит с их мамой спали.
– Так, я попробую восстановить замок, а вы идите в детскую, – шепнул Карлош выдумщикам, поправляя упавшие на глаза разноцветные волосы. Затем он взглянул на Бирмингема: – А ты, Бирмингем, проводи Сонников в ванную.
– Мы пока подождем с отъездом, – тихо сказал Сэм. – Вдруг вам сейчас в чем-то понадобится наша помощь.
– Спасибо большое, – выдохнул Бирмингем.
Но продолжение этого диалога Коля уже не слышал: он вместе с Ларисой, Марианной и Моросиком на цыпочках зашел в спальню сестер Петит.
Это была приятная светлая комната. Все в ней было расставлено очень со вкусом – мебель и другие предметы были в коричнево-белых тонах. В целом создавалось впечатление, что юные хозяйки комнаты не держали никаких старых вещей и лишнего здесь не было. Для сравнения, в комнате Тибо Питерса нельзя найти ни одного свободного местечка на полках и в ящиках: мальчик хранит старые игрушки, открытки, даже какие-то баночки из-под печенья – все эти вещи имеют для него значение, и наверняка некоторые из них станут в будущем волшебными предметами. В общем, Коля удивился тому, какими разными бывают комнаты – совсем как люди.
Сами же Люси и Бланш Петит спали на двухъярусной кровати у стены. Коля посмотрел на них, спящих, и смутился. Все это время, когда друзья оказывались в домах других людей, мальчик чувствовал сильное смущение, но в то ж время радость, волнение и ни с чем не сравнимое ощущение предчувствия волшебства…
– Что будем им дарить? – прошептала Марианна.
– Хм, не знаю, – Моросик задумчиво потрогал свой подбородок. – Ситуация очень похожа на безнадежную.
– Надо изучить комнату волшебными предметами, – выдвинул предложение Коля.
– Я изучу, – вооружившись блокнотом, Марианна двинулась на расследование.
Но ее маленькое расследование не дало ожидаемых результатов: ни изучение предметов в комнате при помощи блокнота, ни изучение воспоминаний хомяка при помощи фарфоровой птицы не принесло друзьям особых сведений.
Коля, Моросик, Лариса и Марианна обессиленно опустились на пол у стены и задумались. Некоторое время они просидели молча, слушая ровное дыхание спящих девочек.
– Между прочим, Люси хорошо рисует, – сказал Моросик, внимательно рассматривая рисунки на стенах. – Хм… Я бы даже сказал, очень хорошо.
Блондин переглянулся с Колей, Коля переглянулся с Марианной, а та – с Ларисой.
– Я так понимаю, нам сейчас пришла в голову одна и та же мысль, – пробормотал Моросик. – И вы думаете, мы правы?
Коля пожал плечами:
– Если звезда зажжется, то да.
Мальчик посмотрел на Ларису и вдруг заметил, с каким пониманием она смотрит на спящую Люси. Никто из друзей, наверное, не рассуждал о мечтах и творчестве больше, чем она. Кого, если не ее, наиболее сильно волнует эта проблема?
Коля подошел к Артуру Трусишке и взял звезду, которую заботливо протянул ему рождественский эльф. Затем мальчик присел на колени возле Ларисы:
– Лариса. Держи звезду. Мне кажется, что…
Коля заметил, как Моросик и Марианна кивнули ему, и поправил себя:
– Нам кажется, что именно ты должна вложить волшебство в эту звезду.
Лариса удивленно посмотрела на него с примесью чувств, совершенно ей не свойственных. Что это было? Смущение? Робость?
Не глядя на друзей, Лариса стянула со своей головы шапку Шерлока Холмса и тихо спросила:
– Точно я?
– Точно ты.
Лариса приняла из рук Коли звезду и с непривычной серьезностью на лице вышла с ней в центр комнаты. Коля смотрел на подругу с замиранием сердца, ведь сейчас все зависело только от нее. А Лариса все молчала, глядя на звезду на своей ладони.
– Дорогая Люси, – произнесла она едва слышно. – Пожалуйста, не теряй интереса к жизни. Ты потеряла возможность стать балериной, но по-прежнему можешь стать счастливым человеком. Мы заметили, что ты очень хорошо рисуешь, и нам кажется, что у тебя в ближайшее время может появиться еще одна мечта – связанная с рисованием. Поэтому мы хотим пожелать тебе умения в любой трудной ситуации находить новую мечту и то, ради чего стоит жить.
Звезда заблестела в руках Ларисы и перестала
